Чтение онлайн

2. Александр

Голова болела. Нет, не так, голова, раскалывалась. Такое ощущение, что она развалилась на две части и теперь пытается срастись обратно, но не правильно. Со стоном обхватил голову руками. Да еще и жарко, будто в печь сунули. Я умер и попал в ад? Не удивительно, что жарко. Кто-то меня обложил электрическим автомобильным обогревом. Полным набором, черт возьми! Видимо, чтобы обжарился равномерно. Что вообще происходит? Отбросил от себя и обогрев и пледы, в которые был укутан как египетская мумия. Голову снова стрельнула болью, что даже в глазах потемнело.

– Эй, не вставай!
– Звонкий женский голос прошелся по нервам новым взрывом головной боли. Меня аккуратно удержали на ложе.

– Жарко и больно.
– Не хотел жаловаться, но не смог сдержаться. Как же паршиво. Такое ощущение, что меня пережевали и выплюнули.

– Тише-тише.
– Голос звучал теперь мягко. Она коснулась плеча в успокаивающем жесте.
– Все хорошо. Я сейчас лекарство принесу. Главное, что не замерз. Все пальцы чувствуешь?
– Пальцы? Какие пальцы? Я все тело чувствую, и оно вопит о боли, каждый мускул, каждая клеточка тела просто надрывается от того, как ей хреново.

– Все.
– Что происходит? Где я вообще? И тут в мозгу как прострелило. А где я должен быть? Попытался вспомнить последние события - пустота. Все пустота, никаких воспоминаний, будто я только родился. - Я ничего не помню.
– Девушка что-то говорила, но я не слышал и не видел ее. Взгляд носился по незнакомой комнате. Не одна деталь не подсказывала ничего из прошлого. Нет, я знал обычные вещи. Вон там шкаф с дисками. Даже помнил какие-то фильмы. Большой телевизор, колонки. Диван, кресла. Я знал, что это за предметы. Но о своей жизни ни черта не помнил. Замер, только когда девушка внезапно обняла меня. Она гладила меня, еле касаясь волос, по голове.

– Все хорошо!
– Ее голос звенел в сознании, и на этот раз не причинял боли.
– Ты жив, ничего не отморозил, остальное приложиться.
– Она была теплой, нежной. И пахло от нее приято. Не духами, но чем-то приятным, успокаивающим. Принюхивался к ней сильнее, надеясь, что ее аромат пробудит память.
– Ничего страшного, если что забыл. Такое бывает после алкоголя.
– Алкоголя? Я что, напился? Хотя, да, напился. Голова трещит, и во рту будто рота солдат сдохла.

– Ты не понимаешь. Я даже имени своего не помню.
– Тело девушки напряглось. Она отстранилась, глядя широко открытыми глазами на меня. Она была красива. Просто ангельская внешность. Светлые волосы спадали на хрупкие плечи мягкими волнами. Кожа светлая, с нежным румянцем, милыми ямочками на щеках, и пухлыми розовыми губами. А глаза яркие, по-кошачьи вздернутые, голубые как небеса и глубокие, как воды горного озера. Может, я поэт? По крайней мере, возникло желание посвятить ей стихи, книгу, да что угодно посвятить.

– Совсем ничего не помнишь?

– Ничего.
– Ее глаза засияли. Она что, обрадовалась? Девушка спешно опустила глаза, глубоко вздохнула.

– Давай начнем с начала. Тебя зовут Акунин Александр Германович.
– Она вглядывалась в мои глаза, ожидая, видимо, прозрения. Не плохое имя, главное, что не «Иннокентий» или еще что в этом духе. Имя ни о чем не говорило.
– Тебе 29 лет. Скорпион по гороскопу.
– Она сделала паузу, чуть приблизившись.
– Хоть что-нибудь помнишь?

– Ничего. Может, ты мне какие мои вещи покажешь? Не знаю...

– Тут нет твоих вещей.

– Почему? Кто ты?
– Все же приподнялся и сел, облокотившись спиной на спинку дивана, на котором лежал. Девушка так и осталась сидеть на корточках у дивана, глядя на меня теперь снизу. Она закусила пухлую губу, словно сомневаясь.

– Меня зовут Светлана, - осторожно начала она. Кивнул, подбадривая, отчего висок вновь резануло болью.
– Я твоя невеста.

– Невеста?
– Завис на пару мгновений, оглядывая теперь уже свою невесту. Она была облачена в облегающее платье синего цвета. Глубокий вырез демонстрировал высокую грудь. Я очень даже за то, чтобы она принадлежала только мне. Невеста - это хорошо. Улыбнулся ей, старался быть мягче.

– Что со мной произошло?

– Мальчишник.
– Она широко улыбнулась, тыкнув обвиняюще в мою грудь тонким пальчиком.
– Ты напился, подрался и заснул в сугробе. Вот только тебя отогрела.

– Мальчишник?

– Напоминаю, так как ты забыл. Мы сегодня расписываемся. Вечером.

– Хорошо.
– Я был в полнейшем шоке. Вроде только имя свое узнал, а уже предстоит расписаться. Для меня эта девушка была незнакомкой. Но, может, это даже интересно? Будет, что рассказать внукам.

– Хорошо.
– Светлана разулыбалась, довольная ответом.
– Я принесу тебе обезболивающее. И тебе поесть надо.

– Я голодный.
– Кажется, сегодня я со всем соглашаюсь. И поесть и под венец. Светлана радостно всплеснула руками у усеменила в соседнюю комнату. Вернулась со стаканом воды и двумя таблетками, потом же вновь скрылась на кухне. А я решил пройтись, может, что вспомню. Голова хоть и раскалывалась, но это последствия возлияний.

Дом оказался частным, двухэтажным. Вполне приличный. Мебель стояла добротная, но старомодная. Может, в доме не Светлана живет? Здесь, скорее, представляется этакая старушка с палкой вместо позвоночника и строгим взглядом. Выбивалась из общей картины только спальня. Здесь стоял новый спальный гарнитур в белоснежном цвете. Раскрыл створки шкафа. От одежды пахло Светланой. Висело несколько платьев, но в основном костюмы. Нашлась и стопка мужской одежды. Может, моя? Принюхался, она была свежевыстиранной. Обычная одежда, штаны, несколько маек. Светлана упоминала, что моих вещей нет в доме. Почему? Неужели мы не живем вместе? Как это я согласился добровольно жить отдельно от этой красотки? Память, я, конечно, потерял, но не ослеп. Она обрадовалась моей потере памяти, про женитьбу говорить не хотела, сомневалась. Прихватил чистое полотенце и отправился в душ. Может, рутина поможет вернуть память.

В ванной нашелся мужской гель для душа. Выходя из душа, понял, что не помню, как выгляжу. Из зеркала на меня смотрел помятый мужчина с растрепанными влажными волосами. А я не страшный. Провел ладонью по подросшей щетине, взглянул с сомнением на «винес» Светланы и пришел к выводу, что щетина придает мне брутальности. Одежда пришлась вполне в пору, чуть свободная, но так удобнее, поэтому пришел к выводу, что это все же мои тряпки. Пойду-ка искать свою невесту, пусть рассказывает мне о моей жизни.

Светлана нашлась на кухне. Она напевала что-то себе под нос, нагнувшись у холодильника. Платье обтянуло аппетитную попку, приподнялось, демонстрируя стройные ноги в ажурных колготках. В паху потянуло, похоже, у нас с ней давно не было секса. Я точно дурак, если жил отдельно от нее.

3. Светлана

Бабочкой порхала по кухне, напевая под нос «какая же я молодец». Исхитряться не стала, согрела вчерашнюю мясную запеканку, достала сметанник, который тоже вчера испекла. Пока кипятился чай, сервировала стол. Нет, само собой мне было страшно. Казалось, в любой момент Александр очнется и придет меня душить. Но ведь ничего плохого не произойдет. Елене Тимофеевне я уже позвонила, отправила фото наших паспортов, через пару часов мне обещали подготовить свидетельство о браке. Как хорошо, когда с начальницей в хороших отношениях, а сама работаешь в ЗАГСе. Не приходится ждать, захотела замуж - хоть сегодня. Что я собственно и собираюсь сделать. Потом помогу бедняге найти свой дом. Нас разведут на следующий же день. В завещании же указано только, что я должна быть замужем. Вот я и буду, сутки. Бабушка жила в достатке, заплачу Александру, если очень разозлиться.

Так увлеклась своими мыслями, что не заметила, как ко мне подобрались со спины. Мужские руки обвились вокруг моей талии, прижали со спины к твердому телу. На краткий миг расслабилась, откинулась на надежную грудь мужчины, пока не вспомнила, что с Андреем рассталась несколько часов назад и обнимает меня кто-то другой.

– Света, я тут подумал.
– Мужские губы касались ушка, щекотали, вызывая россыпи мурашек.
– Может, ты меня поцелуешь? Уверен, поцелуй ангела вернет мне память.
– Поцеловать?! Мы знакомы только... Ой, что-то я не думала о поцелуях и прочем, когда придумала свой гениальный план. Может, не такой уж он гениальный? Чем меньше шампанского оставалось в крови, тем больше возникало сомнений. Где-то у меня еще бутылка была, из Франции начальница привезла, а все повода не находилось открыть. Вот и повод, замуж выхожу.
– Света?
– Александр напрягся, слишком долго думала над его вопросом.