Муж в подарок. Снегурочка против!
Шрифт:
— Допустим, — кивнула я, уже откровенно тая. — И что теперь? Ты получишь мечту и успокоишься?
— Нет, — покачал головой Арэн. — Я готов ежедневно доказывать, что достоин тебя.
— Звучит красиво, — задумчиво протянула я, поправляя пеньюар.
— Прости за несдержанность, но в твоём присутствии мне сложно оставаться спокойным, — шагнул он ко мне. — Извини, не хотел обидеть или напугать.
— Я и не испугалась, — ответила, краснея от смущения… и предвкушения.
— Ты так умопомрачительно пахнешь, — прошептал он, обнимая меня.
И я сдалась, просто позволила себе почувствовать немного счастья, отпустила свои ощущения, погрузилась в отчаянное облако чувств. Арэн был рядом, он был везде, его руки, губы, прикосновения. Муж заполнил собой всё. Он стал центром вселенной.
Ну и кто мне виноват, что я не смогла сказать нет, когда поцелуи стали нестерпимыми, а объятия настолько близкими, что отказаться от них уже не представлялось возможным? Никто не виноват, потому что так и должно быть, это правильно. Это нормально, что я больше не хочу бороться с тем, чьи прикосновения и поцелуи бьют в самое сердце, заставляя его трепетать, а дыхание перехватывает от шального влюблённого взгляда мужа, моего мужа. И хорошо, что у них тут нет разводов, никуда он от меня теперь не денется.
В страстном порыве, шепча на ушко всякие нежности, Арэн увлек меня на шелковые простыни, где я всем своим существом ощутила близость его сильного, горячего тела. Муж, не переставая жадно целовать, буквально выпивая каждый вздох, быстренько избавил меня от сорочки, отбросил ее в сторону, словно та была какой-то там тряпочкой, и с восхищением выдохнул:
— Ты невероятно красива…
Стало даже чуточку обидно за сорочку. Марисса наверняка очень старалась, а с ее творением так небрежно обошлись.
Дальше все здравые и связные мысли куда-то ускользнули, оставив лишь острую потребность в сводящих с ума ласках. Я буквально задыхалась, дрожа от наслаждения в опытных и щедрых руках Арэна.
— Ты такая нежная, — шептал он, покрывая поцелуями мое тело и заставляя выгибаться от удовольствия в его руках. — Моя… Яна… моя.
Его горячий, страстный шепот отдельная категория удовольствия. Никогда не думала, что разговорчивый мужчина в постели это так возбуждающе. Оказалось очень даже, особенно когда он так же щедр на ласки, как и на красивые слова.
Жадные мужские пальцы трепетно скользили по груди, животу, бедрам, посылая по телу крошечные разряды, которые рождали напряжение внизу живота, заставляя меня беспомощно стонать и в нетерпении подаваться навстречу каждому движению его чувственных губ, бесстыдных рук.
Я хочу… хочу своего мужа, так, как никогда не желала ни одного мужчину.
— Арэн, — судорожно выдыхаю его имя и на всякий случай оплетаю его руками, ногами, прижимаюсь бедрами, раскрываюсь навстречу.
Сама проявляю инициативу и возвращаю откровенные ласки. От такой шалости выдержка моего и без того изголодавшегося мужа окончательно летит к чертям. Он с глухим стоном сильнее прижимает меня к кровати, впивается в шею поцелуем-укусом и одним движением заполняет собой, выбивая очередной полустон-полукрик, даря чувства и эмоции настолько яркие, мощные, граничащие с болью, что я на миг забыла, как дышать.
Появилось ощущение, словно не только наши тела, но и магии переплелись в каком-то древнем, языческом танце любви. Горячая волна невероятного, фантастического наслаждения захлестнула нас обоих. Так невыносимо сладко, что невозможно не кричать. Так крышесносно, что ни с чем сравнить. И под конец, опустошающее изнеможение, такое, что невозможно даже дышать и двигаться.
У моего мужа оказался бешеный темперамент. Он, словно голодный зверь, не успокоился, пока не насытился мной, пока не истерзал распухшие от поцелуев губы, пока не забрезжил за окном рассвет.
В итоге уснула я под утро, совершенно обнаженная и слегка пьяная от счастья, свернувшись клубочком в нежных объятиях Арэна. И проснулась окутанная его телом, запахом, ощущая на волосах его мерное дыхание. Чуть пошевелилась в крепких руках, улыбнулась теплому клубочку счастья, что поселился в груди, и снова задремала.
Глава 22. Подвигам нет конца!
Во второй раз я проснулась уже от щекочущего ощущения между лопаток и по позвоночнику. Чуть приоткрыла глаза и едва не мурлыкнула, словно довольная кошка, когда теплые губы Арэна прошлись лентой поцелуев по спине, зубы чуть куснули за плечо, а хриплый и низкий голос произнес:
— Жена, ты такая соня…
— Угу, — не стала отрицать я и потянулась всем телом. — А сколько сейчас времени?
— За обед перевалило, — усмехнулся он.
— Уже?! — как ужаленная подскочила я, совсем забыв прикрыться.
Взгляд Арэна моментально прилип к моей груди, кадык на его шее дернулся, будто он жадно сглотнул, а загребущие руки потянулись ко мне.
— О, нет! — строго покачала головой я и, нащупав рукой простынь, прикрыла соблазняющие мужа округлости. — Этак я и до вечера из кровати не выберусь. А у меня дел невпроворот, и вообще, я кушать хочу.
Арэн слегка тряхнул головой, явно прогоняя залипший перед глазами кард с моими прелестями, и искушающе протянул:
— Завтрак в постель…
В то же мгновение, прямо передо мной, в воздухе появился поднос, на котором уместился не завтрак, а самый настоящий обед из четырех блюд. Жерар расстарался даже на какой-то ягодный десерт.
Неспроста это.
Чую, о свершившейся брачной ночи уже знает весь замок, если не вся округа.
Ох, и как стыдно…
Словно прочитав мои мысли, Арэн понимающе улыбнулся и сказал:
— Не переживай, я накинул полог тишины на твои покои.
— Откуда ты узнал, о чём я переживаю? — прищурилась я.
Не хватало только, чтобы муж ещё и мысли мои читал!
Он хитро улыбнулся и ответил:
— Для этого не нужно особых способностей. Ты покраснела до самых ушей.
Блин! Теперь у меня еще и уши красные…
Вероятно, что-то опять отразилось на моём лице, потому что Арэн тихо рассмеялся, коротко поцеловал меня в губы и собрался было кормить, но тут я воспротивилась. Во-первых, потому что есть в постели не очень удобно, а во-вторых, для начала нужно хотя бы зубы почистить.
Быстренько сбегав по своим делам в ванную, накинула красивый, не менее соблазнительный, чем подарок Мариссы, пеньюар и выплыла в комнату. Стрельнула глазками в сторону кресла, где до этого сидел Арэн, и чуть не споткнулась на полпути, узрев, вместо мужа, вальяжно развалившегося там лося, который без зазрения совести трескал мой завтрак-обед.
— Люций! — воскликнула я. — Ты… ты какого лешего тут делаешь?!
— Тебя жду, — ответил он и с самым невозмутимым видом продолжил лопать мой ягодный десерт.