Чтение онлайн

Конечно, на нас периодически обращали внимание, но неудобства это не приносило. Нарушать закон о частной жизни главы безопасности было чревато.

Вот так день за днем мы проводили время только с друг другом, и с друзьями я практически не виделась. Перед Кирой мне было очень неудобно, ведь она осталась совсем одна. И поэтому когда Наран предложил собраться всей компанией на его яхте, я ухватилась за это предложение. Но перед этим выспросила, какая еще собственность есть у моего мужа.

Оказалось, что больше ничего. Просто мой адмирал очень любит море.

На судне мы собрались ближе к вечеру и, поужинав, сразу разошлись по каютам. А утром были уже в открытом море.

Когда все проснулись и позавтракали, как Наран остановил яхту, и мы отправились купаться. Все, кроме меня.

– Фиса, может, все-таки окунешься? – спросил муж, сидя рядом со мной. Он уже вдоволь наплавался, и сейчас вода стекала по его мощному обнаженному торсу, поблескивая капельками на солнце.

– Я не люблю воду.

– А мне казалось, у тебя по заплыву на вступительных экзаменах был превосходный результат.

– Да, но это было до практики.

Наран рассмеялся.

– Может, все-таки попробуешь?

Но я только отрицательно покачала головой.

Весь день я прекрасно провела, загорая и отдыхая. Все купались, периодически вылезали, ели всякие вкусности и пили за здоровье главы безопасности сектора и гостеприимного хозяина.

Вечером я сидела в шезлонге на коленях у мужа и думала, сколько же ему нужно, чтобы опьянеть? Пока это оставалось для меня загадкой.

Немного полюбовавшись морем во время заката, я сказала:

– Знаешь, Наран, я все хотела спросить тебя об одном моменте, который давно не дает мне покоя.

Прижав меня к себе посильнее, адмирал добродушно разрешил:

– Давай.

– Почему ты предложил мне перевестись? Ну, тогда, перед «адской практикой».

Наран улыбнулся.

– Не рассчитывал, что ты справишься. В этом случае тебя отчислили бы или перевели в другой университет. А на гражданском отделении ты была бы у меня на виду. Ну, и жалко тебя было.

Я в шоке замерла. Такое мне и в голову не приходило!

– Значит, ты тогда уже… А вообще когда ты положил на меня глаз? – требовательно спросила я.

– Не знаю, все начиналось очень постепенно. Сначала ты вызвала любопытство…

– Это на первой вводной лекции? – тут же перебила его я.

– Нет, на банкете в честь поступления. Я стоял на балконе, а ты морщилась при виде меня.

– Я не морщилась. Просто ты был таким высокомерным и властным фантастическим мужчиной, что становилось не по себе. И еще, мне сразу стало понятно, какой ты противный, – заметила я, пытаясь не улыбнуться.

Но на мою подколку муж только хмыкнул и снова крепко поцеловал меня.

– А вот на первой лекции ты начала меня раздражать и продолжала делать это на протяжении всего обучения. Именно из-за этой спонтанной реакции ты стала старшей группы – я предполагал, как на это отреагируют ребята. Очень хотелось тебе досадить. Конечно, свою роль сыграли и слухи – бесился я тогда знатно. Особенно мне доставалось от побратимов. Эти эмоции начали вызывать более сильные чувства, а те, в свою очередь, стали провоцировать меня на поступки. Да и кому я это рассказываю? Ты мою расу лучше меня самого знаешь.

– Ну, ты мне льстишь, – сказала я, явно напрашиваясь на комплименты.

Муж улыбнулся и чуть покосился на меня.

– Нисколько. Но и у меня есть к тебе вопросы.

– Какие? – чуть приподнялась я, с любопытством заглядывая ему в лицо.

– Начнем с простого. Почему ты звала меня Железякой? – приподняв бровь, посмотрел на меня Наран. Его губы чуть подрагивали.

Я в полном ужасе уставилась на него.

– Ты знал?!

– Конечно! В учебном учреждении ничего не скроешь.

– Какой кошмар, какой кошмар! – Я не могла осмыслить тот факт, что все это время, общаясь со мной, он знал, что я придумала ему кличку.

Ужас! А муж смотрел на меня и пытался в голос не захохотать.

– Жаль, что ты не видишь сейчас своего лица, – сквозь смех произнес Ремарк, за что и получил кулачком в бок.

– Прекрати! Я в полном ужасе!

– Я вижу, – пытаясь отдышаться после смеха, произнес Наран.

– Ты полностью заслужил это прозвище. Непробиваемая железка!

– Так уж и непробиваемая, – хитро сверкнул взглядом муж.

– Ну-у-у-у-у… Может, я в чем-то и ошибалась, но в остальном ты меня репрессировал.

– Если бы, лапуля, я тебя репрессировал, то вывел бы на чистую воду во всех твоих махинациях.

– Каких это? Я лучшая старшая группы среди остальных твоих групп! – возмутилась я.

– Ну, например, с тем случаем, когда ты помогла своим одногруппникам избежать разбирательства по поводу прогулов.

Сразу притихнув, я ответила:

– Ну вот! Это еще раз доказывает, что я права. Кстати, раз ты догадывался, то почему не пытался докопаться до сути.

– Ну, как все было на самом деле, я и так примерно знал. И потом, эти ребята после твоих уколов так страдали, что я посчитал: свой урок они усвоили.

Вспомнив страдания своих одногруппников, я в голос засмеялась, и муж, не удержавшись, присоединился ко мне.

Потом мы некоторое время сидели, глядя на закат, и молчали. Но я опять не утерпела и спросила:

– О чем ты думаешь?

– О своем прошедшем дне рождения.

Вспомнив это событие, я вздрогнула.

– Это было… очень шокирующее событие, – только и смогла выдавить я. Даже сейчас, вспоминая те моменты, я смущалась.

– Слабо сказано. Когда я открыл глаза и увидел тебя рядом на постели… Это было что-то. Первая моя мысль была о том, что я переспал с тобой.

– А дальше?

– Дальше было больно. Голова гудела как никогда в жизни.

– Похмелье. В наше время мы не испытываем таких ощущений и не привыкли к этому, – заметила я.

– Ты права, но тогда меня это мало волновало. Было очень неудобно. Но когда мы начали передвигаться по квартире, стало уже не до смущения. Там было такое…

Вспомнив наши находки, я засмеялась.