Чтение онлайн

— Парк — лицо дома, поэтому садовника надо подбирать особенно тщательно. Вот леди Васпер, например… Да ты не слушаешь меня, Мири…— Возмутилась, наконец, ее сиятельство, и я виновато склонила голову.

— Простите…

— Волнуешься о муже? — проницательно прищурилась собеседница. — Ладно, пойдем спасать твоего графа, а то Гольвен, и правда, может увлечься. Но прежде…

Она неспеша поднялась, подошла к туалетному столику и открыла одну из своих многочисленных шкатулок.

— Вот, возьми.

На раскрытой ладони маркизы лежало кольцо. Тонкий серебряный ободок, маленький белый камешек — даже с моей точки зрения проще некуда.

— Что это?

— Твое наследство, — Селина опустилась обратно в кресло и только тогда пояснила: — Эта семейная реликвия уже несколько столетий передается в нашем роду от матери к дочери. Традиционный свадебный подарок. А вот какой от него толк, не представляю. И мать моя не знала, и бабушка. Первые годы я носила его постоянно, все надеялась, что артефакт «оживет», но чуда не случилось. К моим платьям он не подходил, сама видишь, вещица дешевая и, судя по всему, совершенно бесполезная. Так что я его сняла и убрала подальше.

Она положила кольцо на край стола.

— В любом случае, теперь оно твое по-праву. Пожелаешь — носи или брось в шкатулку и забудь о нем до свадьбы дочери…

Домой мы вернулись ближе к вечеру, уставшие, но вполне довольные собой и тем, как прошла встреча. Ужинать не хотелось. Мы немного поболтали, обсуждая все, что случилось сегодня, а потом разошлись по комнатам — завтра предстоял очередной трудный день. Перед тем, как отправиться в кровать, я в очередной раз достала колечко, повертела его, а потом, повинуясь странному порыву, надела на палец. Поднесла руку к свету, рассматривая невзрачный тусклый камешек — кольцо как кольцо, ничего особенного, — вздохнула и легла спать.

Долго ворочалась с боку на бок, вспоминая прошедший день, а когда уже почти соскользнула в сон, ладонь вдруг резко обожгло — артефакт сдавил палец и начал стремительно нагреваться. Испуганно подскочила, попыталась стащить серебристый ободок, но коварная вещица не поддавалась. Сидела, как впаянная, только камень стал хрустально-прозрачным, точно капелька воды, и подозрительно напоминал сейчас самоцветы в моем ожерелье.

Во что я опять вляпалась?

Кольцо нагревалось все сильнее, а в душе нарастала непонятная тревога. Спрыгнула с кровати и уже собиралась бежать к Петьке, но ноги, словно сами собой, понесли меня к окну. Палец пекло, грудь тоже. Схватилась за портьеру, чтобы ее отдернуть и вдохнуть хоть немного прохладного ночного воздуха, и замерла.

За высокой кованой оградой, отделяющей наш маленький, залитый лунный светом сад от улицы, стоял человек. Широкий плащ почти полностью скрывал его фигуру, капюшон прятал лицо, но то, что ночной гость наблюдает за окнами моей спальни, не вызывало сомнений.

Некоторое время мы, не отрываясь, смотрели друг на друга, потом незнакомец неожиданно развернулся и быстро пошел прочь.

Через несколько секунд он скрылся за поворотом улицы, и только тогда я заметила, что кольцо остыло и больше не жжется, как прежде. А камень снова стал безжизненно-мутным.

Снять кольцо так и не удалось, но оно потухло и больше меня не беспокоило, так что я не стала будить Петьку.

— И зря… — Брат, которому я за завтраком рассказала о ночном происшествии, выглядел обеспокоенным. — Надо было сразу ко мне бежать.

— И что бы ты сделал? Погнался за незнакомцем? Во-первых, не догнал бы. Во-вторых, мало ли по какой причине он у ограды бродил и в окна заглядывал. Может, просто так, из праздного любопытства. Это вроде не запрещено. И потом мы вообще не знаем, на что этот артефакт отреагировал и почему именно сейчас проснулся.

— Ну, на последний вопрос легче всего ответить. Вероятно, этот раритет когда-то принадлежал хэленни из рода Астон и связан с ее даром. Для остальных женщин кольцо — бесполезная и не особо привлекательная безделушка. А вот почему артефакт на твоего вуайериста отреагировал, неясно. О чем он предупреждал? Об угрозе жизни или, наоборот, о чем-то важном и нужном?

— Угу, о появлении тайного поклонника, — хмыкнула скептически. — Пылко влюбленного и беззаветно преданного, который ради меня готов все отдать и на все согласиться.

— Как вариант, — ничуть не смутился братец. — А тебе не кажется, что это Саллер был? Не выдержал разлуки и пришел порталом, чтобы хоть издали полюбоваться. Говорю же, Мариш, он на тебя серьезно запал.

Петька, следуя договоренности, перестал называть меня Машей и изобретал теперь новые имена — производные от Мэарин.

— Чтобы на меня посмотреть, герцогу вовсе не обязательно ночью по кустам прятаться и в окна тайком заглядывать. Мог бы спокойно через парадный вход зайти, хоть на пару минут. — Сердце, как всегда при воспоминании о Рэме, дрогнуло и тоскливо заныло. — Так что вряд ли. Сидит сейчас его светлость в Аране, развлекает принцессу и явно не торопится возвращаться. По-моему, он и думать обо мне уже забыл.

— А по-моему, ты просто ревнуешь, сестренка, — прищурился Петька.

Ишь, какой проницательный. Да, ревную. Еще как! При мысли о том, что Рэм сейчас ласково улыбается этой сигильской красотке, перед глазами вставала черная пелена.

Объятья… Страстные, крепкие, такие надежные в этом чужом, враждебном мире.

Прикосновения твердых пальцев… Нежные, настойчивые, обжигающие и без того уже пылающее словно в лихорадке тело.

Хмельной вкус поцелуев, которые пьешь… пьешь… и никак не можешь напиться.

Срывающийся шепот… Его не слышишь, а скорее угадываешь:

— Нежная… желанная…

Неужели все это сейчас достается другой?

— Ты ведь завтра собираешься в Хауддан? — тряхнула головой, прогоняя непрошеные воспоминания, и перевела разговор на другую тему. — Я иду с тобой. И, пожалуйста, не надо спорить, — остановила я приготовившегося возражать брата. — Здесь мне все равно делать нечего. А там я хоть с Эари пообщаюсь, покажу ей кольцо. Вдруг она что-то о нем знает?

На том и порешили.

Петька ушел на службу — составлять договор, который завтра должен был отдать Йору, а я отправилась к Ирме, повышенной нами совсем недавно до ранга экономки. Днем графа Ольеса ждала беседа с королем, а меня прогулка с Дареном, но маркиза опередил Орвальд, нагрянувший как снег на голову с внезапным визитом.

Не принять «брата» я не могла, но и в дом его пускать не хотелось. Впрочем, Астон-младший сам не рвался подниматься в гостиную — стоял у окна в прихожей, постукивая пальцами по подоконнику, и ждал, когда я к нему спущусь.