Чтение онлайн

Нет. Не хочу больше такого. Я – новая женщина, или, по крайней мере, немного улучшенная, более сосредоточенная женщина.

Мы поедаем наши закуски в дружеской тишине. Здесь уютно и тихо. Не так, когда ты на первом свидании и чувствуешь себя так, будто готовишься к анализу мазка. Это такая тишина, где нет напряга и тревоги, а только сжатие бёдер – и то только потому, что я взволнована, а не паникую. Затем Том стучит по моей красной подставке. – Готова?

– Дерзай.

Он улыбается мне и переворачивает подставку на зелёную сторону. Через десять секунд происходит две замечательные вещи: наш официант в полу расстёгнутой рубашке ставит на стол два мятных, пенистых напитка. А ещё один полуодетый официант останавливается рядом со мной, поднимая двухфутовый металлический вертел над моей тарелкой. Клянусь Богом, на него направлен вентилятор, потому что его волосы развеваются, как будто он модель для обложки из старой школы. Это заставляет меня захотеть обрызгать его. Чем-нибудь. Потеряла концентрацию. О! Еда. Здесь несколько фунтов сочной, поджаренной свинины, насаженной на металлический стержень. – Окорок? – спрашивает молодой человек.

– Не возражаешь, если мы это попробуем? – интересуется Том.

Мужчина использует страшный нож, чтобы отрезать здоровый кусок мяса с вертела, затем ловко наклоняет его, чтобы тот упал прямо на мою тарелку. Потом делает то же самое для Тома.

– Вау. – Я отрезаю кусочек мяса и кладу себе в рот. – Изумительно. Давай просто переедем сюда, и это чертовски хорошо звучит.

– Ты и правда забавная, - произносит Том, засовывая в рот очередной сырный шарик. – Моя бывшая употребляла только протеиновые коктейли и капустный сок.

– Похоже на вечеринку. – Потом я гримасничаю, и это только отчасти из-за капустного сока. Не спрашивай о его бывшей, наставляю я себя. Ты не хочешь этого знать. Сегодняшний вечер не для реальности. Сегодняшний ужин с бразильским барбекю в большом ресторане, заполненном полуодетыми официантами, которые выставляют десять различных видов мяса по всему залу.

Сегодня чертовски хороший вечер.

– Моя любимая гурманка хочет бокал красного вина к ужину? – спрашивает Том. – Или мы должны остановиться на Кайпиринье.

– Это очень трудный выбор. – Я недолго обдумываю это. – Давай придерживаться Кайпириньи, потому что мы можем выпить красного вина в любое время. – Хотя – подождите-ка – вкус моего напитка заставляет меня задаться вопросом, должен ли мой блог распространяться на экзотические коктейли. Но ингредиенты могут быть проблемой. – Они, должно быть, закупают мяту в бушелях [20] .

Том пожимает плечами. – Мята – самая простая разновидность зелени, которую можно вырастить; она заполонит весь сад, если ей позволить. И орегано тоже. Всё это семейство трав – сорняки в саду. Ты не сможешь избавиться от них, даже, если попытаешься.

– Серьёзно? – Я хочу этого – чудесные травы за моей задней дверью. – Тогда мне нужен травяной сад. Я хочу провальсировать прямо наружу и сорвать мяту и орегано для моих рецептов. И веточки трав будут отлично смотреться на фотографиях моего блога.

– Знаешь, что самое смешное? – спрашивает Том, взмахивая официанту, который несёт гигантский шампур стейка. – Мы с тобой делаем практически одну работу. Я делаю красивые дома, а ты – еду.

Я фыркаю. – Разница в том, что ты добился успеха в этом.

– Посмотрим. – Его лицо темнеет.

– Подожди. Разве не всё хорошо прошло сегодня? – Теперь я чувствую себя идиоткой, что не спросила об этом раньше. Я набросилась на него, как только он вернулся домой. Не было времени интересоваться.

Том вертит вилкой. – Каналу сейчас непросто из-за…

– Нашего видео?

– Да. Они ждут ответной реакции их консервативных зрителей, что выводит меня из себя. Просто решайте сами, трусы. Если меня уволят, я могу разозлиться и двинуться дальше. Но сейчас я нахожусь в неловком положении, пытаясь доказать, что я достоин. – Он закатывает глаза. – Ненавижу это.

– О, милый! – Я накрываю его руку своей. – Мне так жаль. Это полнейшее дерьмо. Они будут полнейшими психами, если уволят тебя. В смысле, я не эксперт, но у тебя отличный способ держать свой молоток.

Он нежно улыбается мне. – Это очень мило с твоей стороны, тем более что ты никогда не слышала о моём шоу, пока мы не встретились.

Упс. Я не собираюсь признаваться, что сегодня возбудилась от запойного просмотра. – Я очень преданная фальшивая невеста.

– Так и есть. – Его улыбка согревает, и он гладит мою руку большим Умелым Пальцем. И этот Умелый Палец заставляет меня трепетать. Вибрировать. Это не красивое слово, но, клянусь Богом, это правда.

Из моей сумки доносится звонок, достаточно громкий, чтобы его можно было услышать в переполненном ресторане. Превосходно. Я хватаю телефон и заставляю его замолчать.

– Что-нибудь важное? – спрашивает Том.

– Это просто звонит моя мама. – Я закатываю глаза. – Безусловно, это не веская причина, чтобы прервать нашу пирушку.

– Дерьмо. – Том откидывается на спинку стула. – У твоей матери тяжёлые времена из-за…

– Порно карьеры её дочери? – Я пожимаю плечами. – Честно говоря, мне кажется, что она не может решить, смущена ли она, или ей нравится дополнительное внимание, которое другие пенсионеры уделяют ей.

Моя мать отчитала меня за то, что я показала своё секс-лицо. Но на следующем вдохе она призналась, что её пригласили на четыре дополнительные бридж-вечеринки, и что каждая крошка её запеканки с тунцом была съедена на воскресном ужине.

Но она не поблагодарила меня.

Я достаю телефон и показываю ему сообщение.

Мама: Я тут подумала, что с тех пор, как посмотрела это видео, ты, возможно, захочешь воспользоваться скрабом для тела, чтобы позаботиться об отмершей коже. Эти вещи имеют большое значение, когда ты становишься старше.

– Видишь? – произношу я. – Очевидно же, что ничего особенного. Она не слишком травмирована для того, чтобы напоминать мне, что я старею. Будем надеяться, что университеты почувствуют то же самое. Что они будут больше озабочены отшелушиванием, чем моральными принципами своего потенциального профессора.

Том прикасается своей большой рукой к моему лицу. – Мне так жаль. Из-за работы уже и так достаточно плохо, но мне никогда не приходило в голову, что я поставил тебя в неловкое положение перед твоей семьёй.

Меня поражает, что он сказал что-то такое странное. – Разве у тебя нет семьи, чтобы скомпрометировать?

– Нет. – Он вонзает вилку в жареную говядину, которая только что приземлилась на наши тарелки.

Это озадачивает. – У каждого есть семья, верно?

– Не у всех. – Он закрывается, и очевидно, что Том не хочет говорить об этом.

Я даже не знаю, зачем выпаливаю. – Ты отстранился? Или же они ушли?

– Они, - бормочет он, и не смотрит мне в глаза.

– О. – Я ошеломлена. В Томе есть что-то такое тёплое и доброжелательное, и я бы поспорила на наличку, что он вырос в большой, шумной семье. Я не знаю, что сказать. Поэтому я накрываю одну из его рук своей свободной.