Чтение онлайн

— Так вы и не отказывались, — заметила резонно, — я сама от вас сбежала.

Но герцог в ответ лишь загадочно усмехнулся. Шагнул наперерез, заставив остановиться. Заглянул в глаза — внимательно, пристально, словно пытаясь увидеть что-то очень важное.

— Я не враг вам, Мири. Многим в этом мире — да, Трэю — возможно, но не вам. Как бы ни настаивал его величество, каковы бы ни были мои собственные желания, я никогда не сделаю ничего против вашей воли. Не стану заставлять, принуждать силой.

Поймал мои подрагивающие пальцы, поднес к горячим губам.

Прикосновение обожгло, растекаясь по телу острым жгучим желанием. Охнула, невольно отпрянув в сторону, но не успела выдернуть ладонь — Саллер сам отпустил меня.

— Простите, миледи.

Слова колючими льдинками разлетелись в воздухе, инеем осыпались на землю, и мне освободили дорогу.

«Танбор простит, — вертелось на языке, — на пару с этим вашим Птархом».

Но я не стала ни язвить, ни иронизировать. Вообще что-либо говорить сейчас не имело смысла. Зачем? Саллер впервые за все время знакомства разговаривал спокойно. Не шантажировал, не угрожал и даже обещал наступить на горло собственной песне и лишний раз не навязываться. К чему нарушать хрупкое, ненадежное перемирие? Желающие и без меня найдутся. Тот же дядюшка-его-величество наверняка ведь не успокоится. Станет зудеть, настаивать, подталкивать. А то что герцог неправильно расценил мою реакцию… Не объяснять же ему, в самом деле, как он ошибся?

«Ах, милорд, не обращайте внимания на мое не совсем адекватное поведение. Просто, стоит вам лишь дотронуться, и я уже готова растечься сладкой лужицей у ваших стройных ног. Короче, Ваня, я вся ваша».

А если серьезно, это черт знает что такое. Книга по приворотам и привязкам сегодня точно первая на очереди. И пусть Трэй только попробует не согласиться… Все равно будем читать именно ее.

Настроение испортилось окончательно. Я и до этого не очень-то рвалась коротать день в такой сомнительной компании, а теперь желание плестись в дальний конец парка и там восторгаться красотами природы совершенно пропало. Мой спутник полностью разделял эти чувства.

Плотно сжатые губы, хмурое лицо, ледяной взгляд… Мэссер не изменился, даже когда к нам вновь присоединились герцогиня с воспитанницей и Ольес с немного успокоившейся матушкой. Мило розовея и смущаясь, чирикала Истель — надувала губы, трогательно заглядывала мэссеру в глаза. О чем-то спрашивала необычно сосредоточенная Дальмира. Даже Аниаш пару раз обращалась к племяннику с просьбой. Все получали короткие однозначные ответы. Саллер явно тяготился нашим обществом и искал подходящий повод, чтобы исчезнуть. Кажется, мы оба вздохнули с облегчением, когда народные гуляния наконец закончились.

Хотя… к водопадам я бы, пожалуй, еще вернулась, но одна или в крайнем случае с Трэем. В памяти остались розовый мрамор бегущих к небу лестниц, ажурные узоры золоченых ограждений, зелень газонов, белые султаны струй, выстреливающих из общего мощного потока, и далеко внизу — серебристая поверхность озера. Красиво…

После прогулки герцог, сославшись на дела, торопливо откланялся, а вот нам с графом не повезло. Аниаш жаждала общения, а я не могла игнорировать умоляющие взгляды Ольеса и бросить его одного на растерзание воодушевившихся леди. Так что вторая половина дня прошла в кругу «семьи». Ужинали тоже вместе. А потом дамы, как это и полагается утонченным светским особам, удалились отдыхать, а мы, совершив набег на библиотеку, отправились в новые покои.

— Устала? — В голосе замершего на пороге гостиной «мужа» звучала смутная надежда, и мне стало смешно. Но только на мгновение.

Бедняга, сколько ему пришлось пережить за последнее время. В такой ситуации проблемы с потенцией и отсутствием влечения совершенно не удивительны. Но ведь не скажешь, что мне все известно, я его понимаю, поддерживаю и даже… рада. Как минимум расстроится, услышав это от молодой жены. Как максимум оскорбится или, не дай бог, останется импотентом на всю жизнь, а я все-таки не настолько кровожадна. Да и не должна невинная девица Мэарин не только знать — даже догадываться о подобном.

— Устала, — согласилась покладисто. — День выдался тяжелый и длинный.

— Тогда… может, почитаем немного, и ляжешь спать?

— А ты?

— Я… — Граф подошел к столу, рассеянно полистал одну книгу, другую. — Приму ванну. Здесь очень… гм… удобный бассейн… большой. В лекарском крыле не такой…

Ох, Трэй, что же нам с тобой делать? Сегодня ты закроешься в ванной, выжидая, когда я усну. И завтра, и послезавтра, и через три дня… А дальше? Чувствую, придется мне все-таки ломать ноги-руки. Ты не можешь, я не хочу, развестись нельзя, а брак консуммировать надо, чтобы тебе не погибнуть, а мне не пойти по рукам. Кто вас с Мэарин только надоумил венчаться в Древней обители?

— Хорошо. — Погладила «мужа» по руке и обернулась ко входу. — Дора!

Камеристка возникла в дверях в сопровождении вертлявого рыжего парня — нового графского камердинера.

— Принеси фрукты, сок и до утра свободна.

— Гаст, ты тоже, — поддержал Ольес мое распоряжение.

— Но… как же ванна, миледи?

Мда… Не знаю, чем эти двое занимались в моей гардеробной, но они точно слышали весь разговор.

— Сама приготовлю. — Нежно улыбнулась Трэю.

Вот такая я заботливая новобрачная. И вообще, это наша первая ночь. Вдруг мы по такому случаю собираемся вместе… поплавать?

В глазах слуг мелькнуло острое любопытство, они переглянулись, но возражать не посмели.

— Прошу прощения, ваше сиятельство… — Нет, камердинер все-таки решился что-то вставить. — Помощник лекаря передал, что мастер Дильфор хочет осмотреть вас перед сном. Если позволите, я его сейчас позо…

— Сам схожу, — оборвал Трэй. — Так… лучше. Мири, — он шагнул ко мне, провел ладонью по волосам, — ты не против?

— Конечно, нет…

За окном стремительно темнело.

Я зажгла магические светильники, дождалась Дору с фруктами и соком, еще раз подтвердила, что до утра ни она, ни Гаст нам не понадобятся. Потом выбрала из стопки найденных в библиотеке книг «Ментальную магию», прибавила к ней «Приворот: сущность воздействия и его следствия», устроилась в большом удобном кресле, стоявшем сбоку от дивана, и начала читать.

Вернее, попыталась… но очень скоро поняла, что мало во всем этом соображаю, и память Мэарин вряд ли поможет. Чтобы ответить, очаровывали ли меня, учебников мало. Нужен маг. Минут через сорок я окончательно устала продираться сквозь непонятные термины, символы и формулы. Тяжело вздохнула и, закрыв глаза, откинулась на спинку кресла.

Как же мне не хватало брата. До боли, до слез, до спазма в горле. Его легкости, оптимизма, даже идиотских шуточек. Петька всегда чувствовал, когда мне плохо, начинал молоть разную чепуху, стараясь подбодрить. Сначала я сердилась, потом смеялась, и все трудности отступали, превращались в незначительную досадную помеху.

«Подумаешь, проблема, — отмахивался он. — Прорвемся. Всякое случается. И на Маруху бывает проруха».

— И на Маруху бывает проруха, — повторила негромко, пытаясь убедить саму себя. — И на Маруху…

За спиной что-то хлопнуло, раздался звук бьющегося стекла, и знакомый голос придушенно прохрипел:

— Что?!

Медленно, очень медленно поднялась. Обернулась.

Трэй…

Напряженные плечи, побелевшие пальцы, крепко сжимающие дверной косяк, пристальный немигающий взгляд. А у ног — осколки стекла и зеленоватая маслянисто поблескивающая лужица.