Мужчина, не спать!
Шрифт:
Женщина посмотрела на себя в зеркало и поразилась: на неё смотрела молодая особа, на её щеках играл яркий румянец, глаза блестели, манили загадочностью и тайной, а губы… Губы просили о поцелуях… Розовые, мягкие, пухлые.
Она прикусила нижнюю губу, опять, некстати, вспомнив, как рот Миши терзал её…
— Что б его! — надела трусики и просторное домашнее платье, чуть выше колен. Она замотала волосы в полотенце и улыбнулась своему отражению в зеркале. — Жила я без Миши и дальше проживу, — дотронулась до синяка, который расплылся по скуле и дошёл до глаза. — И как я его сразу не заметила…
А сердце ёкнуло: «Зачем же он пришёл?»
— Пришёл и пришёл, — фыркнула она, открывая дверь и выходя из ванной комнаты, не забыв захватить с собой мужские вещи.
«Позже постираю и верну законному владельцу», — решила она.
Часть 71
Михаил бодро подошёл к входной двери в коммунальную квартиру, хотя про себя он окрестил это пристанище «бараком», и застыл, зависнув.
«Стучать. Звонить. Кому?» — недоумевал мужчина, решая на какую кнопку звонка необходимо нажать, чтобы открыла Валя.
«Нет, — устало вздохнуло второе «я». — Какой же ты осёл, Машенька. Разве Валюша по доброй воле откроет тебе?»
«Не откроет», — согласился он.
«Петров», «Ков. Ю.», «Осипов», «Синцова», «Шульга — стучать», «Иван.», «Вольнова зачёркнуто, Боброва» — пестрели надписи под кнопками звонков.
— Первого и последнюю можно вычеркнуть, я в прошлый раз с ними счастье пытал, — усмехнулся Михаил. — Кто там второй по списку?
Мужчина услышал, как за дверью зачирикали птички.
«Оригинально», — ухмыльнулся он.
За дверью послышались шаркающие шаги.
— Кто? — прохрипел каркающий мужской голос.
— Я это, к Валентине. Откройте, пожалуйста, — выдавил из себя «волшебное» слово.
— А я тут причём, — ответил ему неизвестный и шаги стали удаляться. — Вот к ней и стучи.
— Эй, — ударил Миша дверь ногой. — Открой! — кричал он сдабривая всеми цветастыми выражениями, которые только знал.
Но никто ему не ответил. Мужчина разозлился и ещё несколько раз приласкал дверь ногой.
«Что за люди! Трудно дверь открыть!» — негодовал он. — Стучи! Я постучу! Снесу эту дверь и постучу по голове, этому умнику!»
Валя замерла в коридоре, сильно сжав грязную одежду в руке.
— Валька, к тебе, — прогнусавил сосед, который в этот момент открывал дверь туалета, морщась от неприятного запаха.
Женщина не хотела открывать. Она не хотела видеть Мишу. Не хотела выяснять отношения. Не хотела… Но хотела узнать, почему он пришёл. Хотела и боялась.
Бах! В дверь опять ударили с ноги.
«Что он себе позволяет! — разозлилась она. — Я что девка, какая-то, что он так ломится ко мне и еще кроет матом. Если я один раз, хорошо, — исправила себя, — несколько раз позволила себе поддаться страсти, то это ещё ничего не значит. Теперь соседи поедом съедят. Хоть из комнаты не выходи».
А Миша прислонился лбом к двери и стал биться им.
Бум. Бум. Бум.
«Как же внутрь попасть-то…» — размышлял он.
Второе «я» и внутренний голос тихо хихикали, лишний раз убедившись в том, что их приятель — баран.
— Да что же это! — Валя бросила мужские вещи на пол и негодуя направилась к входной двери.
Бум. Бум. Бум.
«Где же хвалёная выдержка, бизнесмена…» — начал поддевать внутренний голос.
«Помолчали бы», — боднул лбом дверь Миша.
Бум. Бум. Бум.
«Вот же гад!» — Валя подлетела к входной двери и резко распахнула её.
И… они столкнулись.
— Ай! — закричала она.
— Э… — выразил своё мнение мужчина.
Женщина начала заваливаться назад. Миша обнял её за талию, придерживая, но сам не удержался на ногах и стал падать, увлекая Валю за собой.
«Место заколдованное какое-то, — хмыкнуло второе «я». — Как здесь оказывается наш Мишаня, так сразу горизонтальное положение принимает».
«Хорошо видно с Валей валяться», — вторил внутренний голос.
«Ещё как, хорошо», — улыбался Миша, когда нос женщины уткнулся ему в шею.
— Во дают! — мимо них внутрь коммуналки вошёл тот самый мужик, который пару минут назад курил на улице.
Часть 72
— Отпусти, — гневно произнесла Валентина.
Её домашнее платье высоко задралось, демонстрируя красивые длинные ноги и Михаил в другой момент с удовольствием полюбовался бы ими, но не сейчас, когда он и она переплелись, находясь наполовину в коридоре, наполовину на лестничной площадке.
Внутренний голос и второе «я» всё ещё пребывали в сладостной эйфории от близости женщины, поэтому скромно молчали, пожирая её глазами Михаила. Полотенце упало с её головы, демонстрируя смешной ёжик коротких волос. Глаза Вали блестели от гнева и возбуждения. Губы сами приоткрылись, приглашая испить поцелуй, нежный, чувственный, исцеляющий.
Мужчина одёрнул платье Вали, всё ещё удерживая её на себе, жалея, что они сейчас не в его доме…
— Миша, — непроизвольно облизнула она губы, заметив, как потемнели его глаза.
А он совершенно некстати вспомнил, как эти губы целовали его сегодня утром. Тело отозвалось истомой и желанием.
«Ведьма!» — воскликнул он про себя, когда Валя заёрзала на нём приподнимаясь, чтобы встать на ноги.
«И долго вы ещё будете народ смущать?» — первым пришло в себя второе «я».
«Рановато ещё для таких пассажей», — усмехнулся внутренний голос.
Миша выругался себе под нос и быстро поднялся, помогая подняться и Вале. Она прильнула к нему, млея от его близости.
«Моя!» — улыбался мужчина.
«Наша!» — исправили его «друзья».
— Эх, молодёжь! — разочарованно вздохнул кто-то и нарочито громко хлопнул дверью.
Очарование момента было испорчено.
Валентина толкнула мужчину в грудь, отстраняясь.
— Ты зачем здесь? — старалась не смотреть на него, чувствуя, что не продержится долго, если посмотрит ему в глаза.
— Ты меня спрашиваешь? — прищурился он, закрывая за собой входную дверь. Так на всякий случай, а не потому что боялся, что женщина его выставит.