Мужчины не ее жизни
Шрифт:
«Кто такая Чеса?» — спросила старая миссис Босман.
Харри рассказал ей всю историю. История эта до слез тронула миссис Босман; старушка оказалась вовсе не глупой.
«Я, конечно, знала, что мой дорогой муж ходит к проститутке, — призналась она Харри, — но я смотрю на это так: она отнеслась ко мне по-доброму… и не дала ему умереть на улице!»
За несколько лет до своей гибели Рои Долорес свела ежегодные каникулы к одному выезду в теплые места в апреле или мае. Рождество в последние годы она проводила у Босманов, где было столько внуков, что Рои приходилось покупать множество подарков.
«Все равно это дешевле, чем ездить в горы», — сказала она Харри. А в одну темную зиму — последняя зима Рои перед ее убийством — Рои попросила Харри присоединиться к ней во время ее весенних каникул на условиях «расходы пополам».
«Ты любишь книги про путешествия, — сказала она, поддразнивая его. — Ты выбери место, а я уж положусь на тебя».
Как бы ни были сильны чары этих разведенных отцов, она наконец устала вечно проводить каникулы с их квелыми сыновьями.
Харри давно уже представлял себе путешествие с Рои, но ее приглашение смутило и застало его врасплох. Первое место, в котором ему хотелось бы побывать с Рои, был Париж. (Представить себе только поездку в Париж с проституткой!)
Харри начал делать выписки на полях своих книг о путешествиях и подчеркивать ключевые предложения, касающиеся подходящих отелей. Одним из первых отелей в списке Харри был «Дю Ки-Вольтер», тот самый, где Тед снял фотографию с Марион и ножками Томаса и Тимоти. Но отзывы об отелях «Де Л'Аббе» или «Дюк де Сен-Симон» были лучше, чем о «Дю Ки-Вольтер». Харри решил, что ему хотелось бы остановиться где-нибудь в районе Сен-Жермен-де-Пре, а что касается отеля, то его пусть выбирает Рои.
Харри принес в комнату Рои на Бергстрат свои путеводители по Парижу, испещренные его подчеркиваниями и надписями на полях. Ему пришлось подождать на улице, пока она закончит с клиентом.
— Ах, Харри! — воскликнула она. — Ты хочешь отвезти старую шлюху в Париж? Апрель в Париже!
Никто из них не был в Париже. Из этого все равно ничего бы не получилось. Харри мог представить себе, что Рои понравятся Нотр-Дам, и Тюильри, и антикварные лавки, о которых он только читал; он мог представить себе, как она, счастливая, под руку с ним идет по Люксембургскому саду. Но вот в Лувре вообразить ее он не мог. В конечном счете, ведь она жила в Амстердаме, но не разу не была в Рийксмузеум! Как мог Харри взять ее в Париж?
— Вообще-то не думаю, что мне удастся уехать, — уклончиво сказал он. — В де Валлене апрель трудный месяц.
— Тогда мы поедем в марте, — сказала ему Рои. — Поедем в мае! Какая проблема?!
— Я думаю, что я вообще не смогу поехать, Рои, — признался ей Харри.
Проститутки привычны к отказам; отказы не обескураживают их.
Получив известие об убийстве Рои, Харри оглядел ее комнату на Бергстрат в поисках путеводителей — Рои так и не вернула их. Они были втиснуты на узенькую полочку в туалете.
Еще он заметил, что убийца укусил Рои, а то, как бесцеремонно было сброшено с кровати ее тело, наводило на мысль, что в этом убийстве не было ничего ритуального. Ее, скорее всего, задушили, но синяков от пальцев у нее на шее не обнаружилось; это свидетельствовало, что ее задушили, обхватив за шею всей рукой, а не ладонью, подумал haafdagent.
Тогда он обратил внимание и на стенной шкаф с туфлями, стоявшими носками наружу; пара туфель выбивалась из этого ряда (валялась отдельно), в середине которого было пустое место, достаточное для того, чтобы туда поместилась еще одна пара.
«Черт! Здесь был свидетель!» — решил тогда Харри.
Он знал, что Рои была одной из немногих проституток, которая могла проявить сочувствие к начинающим товаркам. Еще ему было известно, как она это делала: она позволяла начинающим наблюдать за ней с клиентом, чтобы узнать, что от них требуется. Не одну девушку прятала она в своем стенном шкафу. Харри узнал о методе Рои на одном из собраний для начинающих в «Красной нити». Но Рои уже давно не ходила на эти собрания; Харри даже не был уверен, проводятся ли там еще собрания для начинающих проституток.
В открытых дверях комнаты Рои сидела, рыдая, девушка, обнаружившая ее тело. Звали ее Аннеке Сметс. Она была излечившейся героиновой наркоманкой, по крайней мере ей удалось убедить Рои в том, что она излечилась. Аннеке Смете не была одета для работы в окне; обычно она надевала кожаный топ, а теперь он висел в стенном шкафу, где Харри видел его.
Сейчас сидящая в дверях Аннеке выглядела простоватой и растрепанной. На ней был мешковатый черный свитер с растянутыми рукавами и джинсы с дырами на обоих коленях. Никакой косметики на ней не было, даже губы остались ненакрашенными, а волосы были грязны и стояли торчком. Единственной развратной деталью в этой простоватой девушке была татуировка в виде молнии (хотя и маленькой) с внутренней стороны запястья.
— Похоже, кто-то наблюдал за этим из стенного шкафа, — начал Харри.
Не прекращая рыдать, девушка кивнула.
— Да, вроде бы.
— Может, она давала урок какой-нибудь начинающей? — спросил Харри у Аннеке.
— Я такой не знаю, — сказала рыдающая девушка.
Так Харри Хукстра (еще до того, как свидетельские показания Рут Коул были доставлены в полицейский участок на Вармусстрат) начал подозревать, что у этого убийства был свидетель.
— Господи! — вдруг воскликнула Аннеке. — Никто же не забрал ее дочку из школы! Кто скажет ее дочери?
— Ее уже забрали, — солгал Харри. — Ее дочери уже сказали.
Но правду он сказал несколько дней спустя, когда его лучший друг из детективов, Нико Янсен, захотел перекинуться с Харри парой слов — наедине. Харри знал, о чем будет эта «пара слов».
На столе Янсена лежали путеводители по Парижу. На всех книгах Харри Хукстра написал свое имя. Нико Янсен открыл один из путеводителей на странице, где говорилось об отеле «Дюк де Сен-Симон». На полях Харри написал: «Самый центр Фобур Сен-Жермен, замечательное место».
— Это твой почерк, Харри? — спросил его Янсен.
— Мое имя написано на обложке, Нико. Ты что — не заметил моего имени? — спросил своего друга Харри.
— Ты собирался с ней в путешествие? — спросил детектив Янсен.
Харри был полицейским более трех десятилетий, но только теперь он понял, что значит быть подозреваемым.
Харри объяснил, что Рои часто путешествовала, а он, Харри, он только книги читал. Он давно уже давал ей свои путеводители, сказал Харри. Она часто спрашивала у него совета — куда ей поехать и что там посмотреть.