Чтение онлайн

Кларисса спустилась в холл, и там ее подхватила людская волна, направлявшаяся к «залу исцеления» — просторному пятиугольному помещению с подушками на полу. Волей-неволей пришлось войти вместе со всеми. Она уселась на пол, поближе к дверям, рассчитывая сбежать посреди медитации. Седобородый встал в центре, ударил в гонг, и все погрузились в размышления. Кларисса в том числе — на тему, как бы незаметно слинять и как помешать желудку голодным урчанием нарушить тишину.

Минут через пять (трудно сказать точнее — часов здесь не было) дверь распахнулась настежь и на пороге вырос Аарон, задыхающийся, как марафонец.

Точнее, псевдо-Аарон.

— Кларисса! — воскликнул он. — Джен мне сказала, где тебя искать. Я за тобой. Хочу все объяснить. — И двинулся к ней, спотыкаясь о свободные подушки.

Седобородый подскочил и замахал руками. Аарон, решив, что с ним здороваются, приветственно махнул в ответ.

Потрясенная, Кларисса поднялась с места и попыталась ответить, ничего не произнося вслух.

— Я знаю, что ты не хочешь со мной говорить. Я знаю, ты думаешь, что я тебе солгал. Ну да, правда, я солгал, но теперь это не так уж важно.

Седобородый побагровел; медитирующие молчальники безмолвно кипели от злости.

— Это не может продолжаться вечно! — заявил псевдо-Аарон, не обращая внимания на жесты Клариссы, призывавшие его заткнуться. — Кларисса, я требую, чтобы ты мне ответила!

Седобородый ухватил его под локоток и повел наружу…

Не тут-то было.

Псевдо-Аарон настырно протолкался обратно.

— Я имею право здесь находиться! Это мой ребенок! — возмутился он, когда Седобородый опять попробовал выставить его за дверь.

— Это не твой ребенок, — послышался другой голос с порога. — Кларисса, любовь моя, с тобой все в порядке? Сыози мне сказала, что этот безумец может тебя обидеть. — Саймон, весь в белом, словно собрался на Уимблдон, с недоумением озирался по сторонам. — Она объяснила, как добраться до этого курорта. Это ведь курорт? А почему у отдыхающих такой недовольный вид? Шиацу [31] тут практикуют?

Псевдо-Аарон разинул рот.

— Этот еще откуда взялся?

Кларисса не ответила. Происходящее совершенно ее ошарашило, к тому же она была в лагере молчальников.

— Я имею полное право здесь находиться, — возразил Саймон. — Я отец ее ребенка.

Прыжок. Саймон отскочил, и Аарон рухнул на одну из молчальниц, женщину средних лет, у которой, как оказалось, был превосходный хук левой. Летали подушки, молчальники, плюнув на медитацию, с удовольствием встряли в драку, но по-прежнему слышались только два мужских голоса непосвященных.

Кларисса не собиралась дожидаться исхода побоища. В тот момент, когда Саймон завертелся в руках Аарона белоснежным штопором, Кларисса пустилась бежать.

От главного входа она бросилась прямиком к месту, куда зашвырнула свой багаж, и внезапно услышала какое-то утробное рычание — как у бабуинов из передач про природу. Подняв голову, Кларисса увидела в окне второго этажа Зои, с немым вопросом в глазах. Кларисса вздохнула и потыкала пальцем куда-то вбок: «Я сматываюсь из этого сумасшедшего дома».

Зои трагическим жестом вскинула руки; Кларисса решила, что та пытается отговорить ее уезжать, и застыла на месте. Любопытно, как Зои, ее новая лучшая подруга, сумеет этого достичь без единого слова?.. А потом разволновалась: а вдруг новой лучшей подруге это удастся? Тогда еще много дней не видать ей мяса как своих ушей.

Раздумывая, протянет ли она неделю на соевых сосисках, Кларисса услышала какой-то шум и решила, что драка выплеснулась на улицу, но уже в следующий миг на парковку влетела машина и изрыгнула наружу своих пассажиров, даже не успев затормозить. На первый взгляд те были похожи на террористов, вооруженных «Калашниковыми». Кларисса не сразу поняла, что перед ней фотографы с камерами размером с небольшой автомобиль.

Бросив взгляд на окно (уже пустое) Зои, Кларисса догадалась, что произошло: Зои, как и саму Клариссу, загнали в мышеловку.

Она побежала к машине Грэйви, мимо фотографов, которые, по счастью, направились внутрь, — крупные, рослые парни передвигались осторожными шажками, прижимая фотоаппараты к груди, словно новорожденных младенцев, — завела мотор и, объехав монастырь кругом, подобралась к тому самому месту, откуда (Кларисса это точно знала, в кино всегда так бывает) должна была выбежать Зои, беззащитная и ничего не подозревающая.

Кларисса гнала машину на предельной скорости, лишь бы остаться на четырех колесах. Зои выбежала с дорожной сумкой настолько неприметного вида, что обошлась она, должно быть, в целое состояние. Кларисса ударила по тормозам и с криком «Скорее!» распахнула пассажирскую дверь.

— Они гонятся за тобой!

Зои вздрогнула и замерла на полушаге. Кларисса кожей чувствовала ее сомнения и сердцем понимала причину.

— Фотографы! — воскликнула она вместо объяснения. — Я их видела, они помчались к главному входу!

Зои, как ни странно, вовсе не бросилась бегом к машине. Она огляделась по сторонам, прикрывая глаза ладонью от солнца, с озадаченным видом, но без тени испуга.

— Ну что ж, — заметила она, открывая заднюю дверцу и забрасывая сумку на сиденье. — Похоже, я с ними разминулась.

Зои с Клариссой сидели на террасе «Макдоналдса», где-то между Охайи и Лос-Анджелесом, в окружении детишек и их матерей, — и никто не узнавал Зои. Должно быть, потому, что все эти женщины слишком уставали на работе, а Зои была из тех актрис, кто никогда не снимается в хитах.

— Очень жаль, что у тебя так вышло с… — Кларисса позабыла, как звали причину тоски Зои. Какой-то тупоголовый актеришка, один из тех, кого можно заменить на любого другого, молодого, наглого, подающего надежды.

— Я бы не возражала, если б репортеры меня там поймали. Он бы увидел снимки, понял, как мне грустно, и… — Зои расправилась со своей картошкой и взялась за Клариссин бигмак.

Кларисса отметила, что Зои, при ее-то изяществе, ест с аппетитом двенадцатилетнего мальчишки; жаль, что теперь она не могла ее ненавидеть — ведь они почти нареченные сестры.