Чтение онлайн

Генеральный директор «Инвест-банка» Степан Игнатьевич Чернов принял полковников любезно, словно дорогих гостей. Услышав просьбу Бурдина, генеральный пригласил их подождать, пока принесут нужные документы, в той самой комнате для внутренних совещаний.

Станислав не ожидал, что все окажется так просто. Он разработал целый план по проникновению в эту комнату, но осуществлять его не пришлось. Все, что потребовалось Крячко, это незаметно прикрепить два «жучка». Один под крышку письменного стола в кабинете, второй – на ножку журнального стола в комнате для внутренних совещаний. Даже подозрительный Бурдин ничего не заметил.

– Ну, физиономист, увидел, что хотел? – спросил Бурдин, когда они с Крячко и никому не нужными бумагами вышли из банка. – Ты случайно не одноглазого пирата с кинжалом в зубах рассчитывал лицезреть?

– Нет, я просто надеялся, что от моего жуткого вида Чернов упадет на колени и во всем сознается, – отшутился Крячко. – Спасибо, господин полковник. Ваша помощь была неоценима!

Станиславу не терпелось вернуться к Веселову и начать прослушивание, но пришлось везти Бурдина на Лубянку. Крячко, сколько ни высматривал, никак не мог найти машину с Тяжловым и Багаевым, которые должны были вести наблюдение за стоянкой банка.

Он уже подумал, что на машине генерального директора кто-то уехал вместо него, когда наконец нашел «девятку» с Тяжловым за рулем. Юрий сделал вид, что в упор не видит Крячко. Станислав ответил ему тем же. Теперь Крячко был абсолютно спокоен: он сделал все, что мог.

Высадив Бурдина на Лубянке, Станислав помчался к Веселову. Забежав в комнату, Крячко бросился включать устройства, принимающие сигналы от двух «жучков». Первый «жучок» был мертв, зато второй транслировал интересный разговор.

– Ты думаешь, он взялся за старое? – раздался в динамике голос Чернова. Крячко показалось, что разговор ведется о Бурдине. – Думаешь, договор нарушает?

– Уверен. Наш человек сообщил, что у них была кое-какая информация, которую тщательно скрывали, – ответил Чернову незнакомый Крячко голос. – Теперь эта информация оказалась уничтоженной. Наш человек думает, что это сделал он. Скорее всего для того, чтобы мы думали, будто он отступил. А он пытается с помощью этой информации подобраться с другой стороны. К тому же кто-то сдал ментовке двух наших ребят.

– Ладно, мы подготовимся. Собственно, направить его они могли только в одно место, – проговорил Чернов и спросил: – Они молчат?

– Да. Им вменяют незаконное хранение оружия, и все, – утвердительно ответил голос. – Про их последнюю работу ничего не известно. Думаю, уничтоженная информация как раз об этом и была.

– Значит, он решил в рейнджера поиграть? – озадаченно спросил Чернов. – Что ж, доложим «папе» об этом. Думаю, придется его успокоить.

– Кассетку в театр послать? – услужливо спросил голос.

– Конечно! – рассмеялся Чернов. – Пусть девочка потешится пикантным зрелищем. Ладно, иди. Делай свое дело, а «папе» я сам доложу. Кстати, в театр раньше пяти никого не посылай. Пусть сюрприз будет полным...

Больше ничего интересного ни первый, ни второй «жучок» не передавали. Крячко не стал выключать их, поставив на запись. Станислав обернулся к Веселову, застывшему за его спиной:

– И что этот дурацкий разговор означает? Они же ничего о сторублевках не сказали?

Крячко закурил сигарету и уставился в окно. Близился вечер, но ничего интересного в «Инвест-банке» не происходило. Тот странный разговор был единственным исключением из обычной рутины банковских будней.

Запись телефонных разговоров тоже ничего не дала. О зараженных сторублевках не было ни слова. У Станислава сложилось такое ощущение, будто никто и не заметил визита Бурдина. Никакого беспокойства среди руководства банка. Словно все там были чисты, как девственники! От Тяжлова с Багаевым также не поступало никаких известий.

У Станислава не выходил из головы этот дурацкий разговор Чернова с неизвестным человеком. То, что «Инвест-банк» имеет в милиции своего человека, Крячко не удивляло. Сейчас немало развелось продажных тварей среди ментов. Станиславу оставалось только хвалить себя за предусмотрительность. Он оказался совершенно прав, не рассказав никому о прослушивании «Инвест-банка».

Удивляло Крячко неожиданное совпадение. Он находит новую информацию по делу о сторублевках, и Чернову в это время кто-то докладывает, что в милиции появилась новая информация, явно интересующая руководство банка.

Было очевидно, что речь шла не о Крячко. Во-первых, информацию он не уничтожал. Наоборот, стремится пополнить. Во-вторых, никакого договора ни с кем не заключал. И, в-третьих, никого не сдал органам. Просто еще не успел!

Если подвести итог этого странного разговора, то получается такая картина. Некто заключил с ними договор, обязующий его отступиться от чего-то. Затем этот некто получил новую информацию и решил продолжить то, чем занимался. Видимо, этот человек знал о присутствии в милиции предателя, работавшего на Чернова и некоего «папу». Поэтому и уничтожил важную информацию. Теперь с ним решено разобраться.

– Вот блин поминальный! – в сердцах выплюнул окурок Станислав. – Если бы знать, кто такой этот загадочный «он». Всадник без головы, мать его...

– Ты о ком? – удивленно посмотрел Веселов.

– Да все о том разговоре! – Станислав хлопнул ладонью по коленке. – Чует мое сердце, этот человек много интересного о моем банке знает. Найти бы его да поспрошать. Глядишь, и отыскалось бы что-нибудь для нас нужное.

– Я тоже думал об этом, – тихо проговорил капитан. – Честное слово, Станислав, мне никто, кроме Льва Ивановича, в голову не приходит...

– Оба! У тебя чайник кипит. Сними крышку! – Станислав расхохотался. – Ты разве не слышал? Чернов говорил о какой-то договоренности. Гуров скорее руку себе отгрызет, чем этой рукой какой-нибудь договор с преступниками подпишет!

– А «девочка из театра»? – Веселов хитро посмотрел на Станислава. – Я что-то не знаю, чтобы у кого-нибудь, кроме Льва Ивановича, жена или подруга в театре работала...

– Майор Липченко. У него жена во МХАТе билетершей работает, – мгновенно отреагировал Крячко и замер. – Ну-ка, подожди! Станислав понял, что Веселов может оказаться прав. В этом его убедили слова собеседника Чернова о важной информации. Судя по всему, улика была достаточно серьезная и тщательно охраняемая. Чтобы ее уничтожить, потребовалось бы сделать что-то экстремальное. Такое, как вчерашний пожар в главке. Да и улика подходящая пришла в голову сразу.