Чтение онлайн

— Ты же знаешь, милая, что я никогда с ними не расстаюсь. Это и отличная тема для разговора, и прекрасное орудие защиты. И ты увидишь, как я буду ими орудовать в конкурсе особых талантов.

— Но как ты придумала такой изумительный трюк? — «Мисс Канаду» просто тошнило при виде открытой улыбки на энергичном, с чуть вздернутым носом личике конкурентки, когда та демонстрировала свои дурацкие железяки перед взорами восхищенной толпы. Санди позволила себе на секунду стать самодовольной.

— Это не так уж сложно, если у тебя есть индивидуальность. — Она спрятала ключи обратно в сумку и потянулась за маслом для загара. Именно индивидуальность пытались отыскать в конкурсантках судьи: им ведь нужна была девушка, которая сможет профессионально себя подать во время торжественных церемоний. Индивидуальность означала и способность найти три ключевых слова для определения собственного имиджа.

Для Санди это было — ДОЧЬ ВОДОПРОВОДЧИКА С ЮГА.

— Это самое красивое платье, которое мне когда-либо приходилось видеть, — заявила «Мисс Канада», вскочив со своего лежака. — Даже не верится, милая, что оно действительно стоит всего двести долларов.

Санди появилась на сцене в огромного размера рабочем комбинезоне, с красно-белым носовым платком в кармане и гаечным ключом в каждой руке. Она выглядела свежей и здоровой. Санди начала жонглировать ключами, как палочками. Музыка зазвучала медленнее, она, вытерла лоб носовым платком, помахала им и вытащила из него букетик цветов. После этого фокуса темп музыки опять убыстрился. Санди вытащила из заднего кармана своего выцветшего голубого комбинезона три металлические гайки и начала жонглировать всеми этими железками со все возрастающей быстротой. Зал ревел от восторга.

«Так что отвали, „Мисс Канада“», — подумала Санди.

— Милая, застегни, пожалуйста, — обратилась Санди к «Мисс Канада» и осторожно ступила в середину кружевного шедевра Кена. «Мисс Канада» отложила в сторону тушь для ресниц и взялась за «молнию».

— Ой, Санди! Тут что-то случилось!

Санди почуяла несчастье. Схватив ручное зеркало с гримерного столика, она повернулась к трюмо, чтобы можно было рассмотреть себя сзади. «Молния», вшитая на спине, была изрезана во многих местах, а когда Санди взялась за нее рукой, просто вывалилась из платья.

Санди очень хотелось бы сказать: «Дерьмо собачье!», но губы ее сами собой произнесли: «Елки-палки». Использование нецензурных выражений автоматически вело к исключению из конкурса.

«Черт подери, я же просила маму не выпускать платье из виду!» — выругалась она про себя и побежала искать распорядителя. В сущности, в том, что лучшее на конкурсе платье постарались вывести из строя, не было ничего удивительного.

Тем более что на это потребовалось не более тридцати секунд.

Распорядитель оценил ситуацию мгновенно:

— О'кей, пойдешь последней.

— Мама, беги в отель и найди там кого-нибудь из техников и пусть приходят сюда с инструментами.

Когда изумленный рабочий появился в дверях, Санди извлекла из его коробки водонепроницаемый пластырь, которым обычно пользуются для срочного ремонта водопроводных труб.

Это была широкая, клейкая с обеих сторон лента.

Санди быстро отрезала от нее кусок длиною в двенадцать дюймов и велела матери приклеить пластырь ей на спину. Мать, ни слова не говоря, повиновалась, а потом расстелила на полу пыльную простыню. Придерживая белые оборки на груди, Санди легла на простыню лицом вниз. И пока мамаша держала края разреза, чтобы они правильно сошлись, «Мисс Канада» ходила у нее по спине босыми ногами, до тех пор пока пластырь не скрепил обе стороны. Потом они обе помогли Санди подняться. «Слава богу, что я действительно дочь водопроводчика», — подумала Санди, а вслух произнесла:

— Спасибо вам большое. Я, конечно, не могу глубоко вздохнуть, но во всем есть свои положительные стороны — у меня ведь теперь последний номер. — На конкурсах красоты существовало глубочайшее убеждение, что у девушки, выходящей последней, наибольший шанс произвести впечатление на судей.

Сидя за судейским столом, Джуди и Лили наблюдали за бесконечным потоком выходящих на сцену конкурсанток. Все они очаровательно улыбались, у всех лица были свежи, как только что созревший персик, а кожа имела цвет миндального масла.

Неожиданно зал изнемогающих от жары людей глубоко вздохнул — на сцене появилась Санди в платье, как казалось, целиком состоящем из потока струящихся кружев.

— Расскажи нам о себе, Санди, — попросил ведущий, протягивая ей микрофон.

Девушка одарила судей лучезарной улыбкой:

— Я изучаю социологию и хочу стать учительницей. Просто потому, что люблю детей. — «Здесь нужна пауза», — подумала она.

— А это дивное платье, которое на тебе надето… — Ведущий вновь сунул микрофон прямо Санди под нос.

— Обычно я сама шью свои туалеты, но на этот раз мне помогала мама. — Санди была краткой, полагая, что ответы лучше не растягивать. Она, послала матери воздушный поцелуй.

— А что ты делаешь в свободное время, Санди?

— Катаюсь на водных лыжах, танцую и хожу на вечерние курсы по домашней инженерии.

— Домашней инженерии ? — Ведущий заглянул в свою шпаргалку. — А что это такое?

— Честно говоря, я думаю, что это всего лишь красивое название для курсов водопроводчиков, — доверительно рассмеялась Санди. — Мой отец водопроводчик, и он обучил меня всему, что умеет. Думаю, что, когда я выйду замуж, сумею сама установить стиральную машину. — Последние слова утонули в громе аплодисментов.

— Позволь мне спросить, ухаживает ли уже за тобой кто-нибудь?

— Вы имеете в виду, есть ли у меня парень? — Санди приблизилась к микрофону, чтобы зал слышал ее взволнованное дыхание. — Нет. Жизнь полна самых разных возможностей, и я хочу использовать их максимально.

— И теперь последний вопрос: скажи нам, за что ты любишь свою страну?

Все конкурсантки заранее по несколько раз репетировали свои ответы, но слова Санди звучали так, будто только что пришли ей на ум:

— Потому что Америка действительно красива, действительно доброжелательна и действительно свободна. Я верю, что Америка — страна огромных возможностей, и моя судьба тому доказательство. Моя мать — танцовщица из Швеции, а мой отец — ирландец и приехал в Америку еще ребенком. И если бы не Америка, они бы никогда не встретились. — Санди намеренно отвернулась от ведущего и посмотрела прямо в камеру. — Хей, папа, мама, я рада, что вы выбрали Америку'.

Зал буквально взорвался аплодисментами.

Многие хлопали стоя, вытирали слезы умиления Санди мысленно прикинула в уме свои шансы.

«Мисс Судан» была похожа на статуэтку с миндалевидными глазами, и к тому же судьи обычно питали особую слабость к странам «третьего мира». Опасной была и «Мисс Шри-Ланка», выступавшая в своем национальном костюме из ультрамаринового шелка, вся, вплоть до щиколоток стройных длинных ног, увешанная браслетами.

Известный фотохудожник выступил первым.

— Голосую за Судан, — не терпящим возражений тоном заявил он. — Она невероятно фотогенична, у нее отличное самообладание, и она раскованна.

— Судан нам не слишком подходит, — быстро прервал его представитель фирмы «Мирабель».

В переводе на обычный язык это означало, что косметика фирмы не рассчитана на смуглый цвет кожи. — Мы отдаем голос за Америку — она абсолютно профессионально держится перед микрофоном.

— А как насчет Шри-Ланки? — спросила Лили.

Несколько судей покачали головами: