Чтение онлайн

– А, значит, ты не хочешь рожать моих детей, а растить этого! Вот как ты меня любишь! – я резко встал, она за мной.

– Я физически не могу родить тебе ребенка. Я бесплодна, как пустыня! – в ее голосе скользила боль и обида, - Те преждевременные роды лишили меня этого счастья, и я уже не девочка, чтобы рожать, мне тридцать четыре.

– Почему ты мне не сказала? – я испугано подошел к ней, Бетти отвернулась от меня.

– У нас итак было много проблем, - она умолкла, села на диван. Джордж, молча, за нами наблюдал, - я хочу его забрать, его жизнь обидела. Его мать была красива, умна, но это был брак по расчету, вернее мне назло. Она умерла при родах, а его отец пил, сходил с ума, и приводил баб, спя с ними у сына глазах. А его милая семья, и Руфус и Фрэнк, и Оливер смотрели на все это сквозь пальцы.

– Да у них там не гласная война, - добавил Джордж, - Грей не хочет там сам жить, он ровняется на Виктора, который почему-то антигерой.

– Хорошо, я сделаю это ради тебя, - ответил я, - когда поедем?

– Да хоть завтра. Джулия сказала, что я, как глава ехал с вами, да и найдите адвоката.

– У нас есть, я думаю, Алик возьмется, - Бетти поцеловав меня, ушла.

Антрим встречал нас в безмолвном безразличие. Хомсбери, да и его обитатели холодно восприняли наш приезд. Бетти было больно возвращаться сюда опять. Я же увидел ту жизнь, которая могла бы быть у Бетти, не переехал бы Виктор много лет тому назад. Руфус прохладно встретил, и за ужином были все Ирландские Хомсы, в том числе и Грейхем. «А семейный слет» - ехидно заметил Джордж.

– Я против этого, - начал Руфус, - теперь я самый старший у Хомсов, - Джордж презрительно фыркнул.

– В нашей семье, дядя, все по-другому я глава нашей семьи, у нас два поколения выросло в Англии, и третье подрастает, - Джордж посмотрел на Бетти, - мы приехали за Греем.

– Я не отдам вам внука, - Фрэнк грозно посмотрел на Бетти, она уловила в его взгляде призрение, да они ненавидели их, она хорошо это знала.

– Слушай, Фрэнк, вы сами довели свою семью до того состояния, - Джордж встал, - мы будем бороться за его будущее, раз вы не хотите спасать себя. Ваш фарфор позабыт, все в упадке, а мы процветаем.

– Черте два, - Оливер поднялся, подходя к Бетти, - из-за тебя он покончил с собой, дрянь!

– Не смей оскорблять моя жену! – прогремел я, - За то, что он натворил, я бы сам его убил!

– Пойдемте, - Джордж позвал нас, - нет смысла больше спорить.

Уже ночью после бурной близости, переполненной тревогой и горечью, я подумал, что Грэй прекрасно впишется в нашу семью. Бетти уже начала испытывать материнские чувства. Она спала, я откинул с ее лба влажную прядь волос. Как у нее засияли сегодня глаза, когда он появился, как она ласково с ним говорила, и меня охватывала любовь к ней с новой силой. Все-таки удивительная женщина… Я открыл глаза, сегодня нам предстоял тяжелый день. Сегодня суд, время предварительных слушаний прошло, сегодня решиться все. Фредди пошевелил Бетти, она лишь сильнее прижалась ко мне.

Я старался не слушать судью, мои мысли были о Бетти, что с ней? Алик с улыбкой посмотрел на меня, Джейк подтолкнул Грея ко мне. Что? Неужели мы победили? Грей кинулся к нам и тогда, я понял, что Грей будет с нами.

– На рассвете мы поедем домой, - прошептал я.

– В Лондон? – спросил Грей.

– Да, в Лондон, - ответил я.

Бетти была счастлива… Мы возвращались в Лондон. Я ощущал, что болезнь не отступала, но все же этот мальчик будет нашим фениксом. За три месяца из нашей жизни исчезла скованность и механика. Мы вновь также стали близки духовно. Я остро чувствовал ее присутствие в моей жизни, Бетти стала частью, нет мной самим. Я провел ладонью по скуле Бетти, она благодарно прижалась. Она спала, невольно сжимая мою ладонь, и словно слушала его сердцебиение. Как же я любил ее, но каждый раз, когда понимал, что этот день мог стать последним, и то, что она останется одна, то сердце обливалось кровью. Кто будет ее любить, кто будет ее защищать, и кто будет боготворить ее?

Лето 1990.

Бетти.

Все вернулось на свои круги, встало на прежние места. Я была очень счастливой в своем мире. Наша семья стала сильной, пережив множество штормов, мы стали лучше понимать друг друга, научились слушать друг друга. Все проходит, все уходит только не любовь. За последние шесть лет моя жизнь несколько раз переворачивалась с ног на голову. Но все изменилось к лучшему. Болезнь Фредди отступила, и мы стали еще ближе. Мы все также наполняли наши будни творчеством, немного гастролируя, записываясь, снимаясь. Все шло своим чередом.

– Кто там гремит? – Фредди заглянул в мои глаза, пальцем проводя по губам.

– Оставь их в покое, наверное, опять чем-то заняты, - ответила я, - главное, чтобы они не донимали Диану.

– Ее-то доймешь, - воскликнул Фредди, - помнишь, как она нас постоянно гоняла.

– Помню, - я поднялась с постели, садясь за свой туалетный столик.

– Ты едешь в студию? – он накинул халат, подходя ко мне, целуя в шею, наши взгляды встретились в зеркале.

– Да, Грэг что-то предложил. О, я так рада, что мы разобрались с авторством, теперь так удобно стало делить деньги, - Фредди улыбнулся, - а ты?

– У меня съемка и интервью, - он надел джинсы, - вечером хочу свозить тебя в ресторан.

– А повод? – я засмеялась.

– Просто так без повода, после того, что мы пережили каждый день просто праздник, - Фредди сел в кресло, - неужели, я не могу баловать свою малышку.

– Можешь, - он снов улыбнулся, приглаживая усы.

– Со мной поедешь? – я встала, надевая белое платье.

– Нет, иначе я не доеду до студии, - ответил он.

– Неужели, ночи было мало? – он хитро взглянул на меня.

– Ты знаешь, что мало, - он поцеловал меня в щеку, и ушел.

Мои дни были наполнены им, мы все также являлись страстными любовниками, по-прежнему наслаждаясь в постели. Мы делились всем, что было в нашей жизни, по-другому и не могло быть. Но нам все также противостоял целый мир. Его родители старались выкинуть меня из го жизни, навязывая ему молодых девственных девиц, надеясь, что кто-нибудь поможет ему забыть меня. Мои же родители вообще не общались со мной, отец делал вид, что не замечает меня, а мама пропадала где-то заграницей. Нас с Фредди окружали наши друзья, но мы уже не так шумно пышно гуляли все праздники. Жизнь менялась, я знала это. Я любила мое, сердце билось, я жила, чувствуя, как все плохое уходит из моей жизни навсегда. Наши будни полны сюрпризов. Фредди заваливал меня подарками, находя любую минуту, чтобы провести ее со мной. Да, все изменилось, из всех воспоминаний я вышла, словно стальной, я не боялась больше страдать, больше не думая, что все однажды рухнет. Я стала сильной, и все благодаря Фредди. Если бы не эти тысячи испытаний, смогла бы я стать той, кем я была сейчас?

Наш дом никогда не умолкал. Мы с Фредди чаще всего находились в Лондоне, дети в Аллен-Холле. Они были очень дружны. Рэй самый старший из них всех, чувствовал себя ответственным за всех. Рэй хотел стать архитектором, через четыре года он покинет нас Фредди, а мы оставим ему наш лондонский особняк. Грэй тоже тянулся за ним, пытаясь восполнить все пробелы в своем образование, они вдвоем проводили все время в мечтах. Элен же стала настоящей красавицей, с каждым годом радуя нас с Фредди. Вот только о Бэсс и Али было сложно судить, наши малышки еще были слишком малы, чтобы начать свою страничку жизни.

Все становилось прежним, наша жизнь снова окрасилась в яркие цвета. Но в своем возрасте мы не настолько безумны, как в молодости. В нас не текло, то отчаянное чувство обладания, наши чувства наполнились нежностью. Нас не смог испортить быт, нет, наши чувства оказались сильнее нас.

Это было сложное время. Время радостей и побед, время борьбы и проигрыша. Но время мчалось, и с каждым годом казалось все быстрее, его бег уже нельзя было замедлить. Когда пришла летняя жара, пришла пора новых открытий.