Чтение онлайн

– Это вы сами придумали?

– Что ты, – добрым и весёлым голосом ответил Сэм, – это старина Фогерти сочинил ещё в 60-е годы. Песня моей молодости. Нравится?

– Ага! Класс! Надо запомнить, – весело ответила Полина. – А он ваш друг?

– Кто? Фогерти? – удивлённо переспросил Сэм.

– Ну да, – подтвердила свой вопрос Полина.

– Хотелось бы, – вздохнув, ответил Сэм. – Джон Фогерти – великий музыкант. Он до сих пор пишет песни и сам их исполняет. А в 60—70-е годы он играл со своими друзьями в знаменитой группе «Creedence Clearwater Revival».

– Ого, как интересно! – девочка внимательно слушала Сэма. – А спойте ещё что-нибудь такое! – попросила она.

– Да какой из меня певец! – ответил Сэм и добавил: – Баловство! Давай я тебе лучше анекдот расскажу?

И, не дожидаясь ответа Полины, он начал рассказывать:

– Салун. Распахивается дверь, входит лошадь, держа в зубах серебряную монету. Подходит к стойке, кладёт монету перед барменом и человеческим голосом говорит: «Колу и помидор!» Невозмутимый бармен наливает в миску колу, кладёт рядом помидор. Лошадь лакает колу, съедает помидор и неторопливо уходит. Весь салун от удивления оцепенел. Вдруг раздаётся возмущённый голос – это вскочил со своего стула ковбой: «Не, ну вы видели, а? – поворачиваясь то в одну, то в другую сторону, удивлённо выкрикивает ковбой. – Чтоб колу да помидорами закусывать?»

Полина мило улыбнулась в ответ на анекдот дяди Сэма.

Ехать стало легко и спокойно. Молодчина старина Сэм, не растерялся! Развеселил и отвлёк свою маленькую попутчицу от её грустных воспоминаний. А Полина смотрела на него и думала: «Жаль, что Сэм не мой дедушка».

– Ну, здравствуй, – произнесла выше среднего роста, стройная, средних лет женщина в очках, с волнистыми волосами до плеч, по всей видимости, директор новой школы Полины, когда девочка вышла из подъехавшего к учебному корпусу автобуса.

– Здравствуйте, – тихо ответила Полина, уставшая после долгой дороги.

– Вот, значит, ты какая, – пристально разглядывая девочку, добавила директор, – Полина Хэйл. А меня зовут Мэлани Солем. Можно просто Мэл.

Полина промолчала в ответ и опустила взгляд.

– Как доехали? Устали?

– Да, есть немного, – ответил за Полину Сэм.

Девочка молча смотрела на нового директора и как бы ждала, что она дальше спросит или скажет.

– Ну, пойдём, я тебя поселю в твоей новой комнате, – предложила директор.

– Подождите! – обратился Сэм к директору и Полине. – Полинка, вот тебе мой адрес и телефон, – Сэм протянул ей записку. – Будут каникулы – обязательно приезжай навестить старого Сэма. Я всегда буду тебе очень рад!

– Спасибо вам, дядя Сэм! – Полина шагнула к мужчине и обняла его своими маленькими руками, прижалась головой к его животу и сказала: – Вы очень добрый! Я вас не забуду! Спасибо вам!

Сэм тоже нежно обнял девочку своими огромными руками и отвернул голову, чтобы скрыть внезапно навернувшуюся на глаза слезу.

Со стороны можно было подумать, что эти люди знают друг друга всю жизнь. А ведь они были знакомы всего пару дней, пока ехали в эту новую школу. Хорошие и добрые люди быстро становятся друзьями.

Полина взяла свою сумку и пошла за новым директором в свою новую жизнь. Сэм стоял и смотрел им вслед до тех пор, пока они не исчезли за дверью нового жилого корпуса. Ему было очень жаль расставаться с этой милой, тихой девочкой. Потом, глубоко вздохнув, он повернулся и пошёл к своему автобусу. Автобус медленно тронулся и вскоре исчез за поворотом улицы.

– Вот твоя комната, – директор открыла ключом дверь. – Окна выходят на игровую площадку. Посмотри, у нас там много всяких тренажёров. – Она подошла к окну и показала рукой в сторону большой площадки.

На площадке было много всего: и баскетбольные щиты с кольцами, и футбольное поле с воротами, и турники, и брусья, и горки, и качели.

– Здорово! – взглянув в окно, тихо произнесла девочка и попыталась улыбнуться.

– А вот и твоя кровать, вот тумбочка, – показала рукой директор. – Шкаф у вас один для всех. Он большой, места там всем хватит. Вешалку для верхней одежды и раковину для умывания ты видела в прихожей. А туалет в конце коридора направо. Это корпус для девочек. Мальчики живут в других корпусах.

– Понятно, – ответила Полина.

– Ну, располагайся, – сказала директор и положила худую руку на голову девочке. – Скоро ребята с занятий придут. Познакомитесь.

– Хорошо, – девочка отвечала спокойно и односложно.

Женщина повернулась и вышла.

Полина подошла к своей тумбочке, открыла её. На дверке с внутренней стороны была наклейка с какой-то знаменитостью. Поставила сумку на кровать, открыла и стала доставать вещи.

Рамочка с фото улыбающейся молодой женщины была первой поставлена на тумбочку. Полина заботливо протёрла её полотенцем, прижала на мгновение к груди, затем снова посмотрела на фото и с горечью в голосе произнесла:

– Мамочка моя родная! Как мне тебя не хватает!

Затем её скромная верхняя одежда была развешана на плечики в шкафу, а зубная щётка, паста, авторучки, книжки и прочее аккуратно разложено на полках тумбочки.

В комнате было тихо. Вообще во всём жилом корпусе стояла полная тишина. Все были на занятиях. Всё вокруг было пока ещё чужое и незнакомое.

Полине стало одиноко, и она по привычке, когда такое случалось, тихо запела. Она вспомнила одну из старых песенок, которые ей часто в младенчестве пела мама.

В месте, где был проигрыш, Полина представила, что танцует с мамой, развела руки в стороны, как будто поддерживала мамины, и начала тихонько вальсировать по комнате.

На окошко села голубка. Она сидела и наблюдала за девочкой. Наверное, песня была очень приятной и спокойной, потому что птица прошагала по подоконнику к открытому окну и вспрыгнула на нижнюю оконную раму, почти на внутренний подоконник.

Девочка так вошла в образ, что не услышала, как открылась входная дверь и в комнату тихо и медленно ступили три пары детских ног. Они остановились у входа. Это были девочки. Они внимательно слушали и разглядывали новенькую. Голубка увидела их, вспорхнула и улетела.

Песня закончилась. Полина остановилась и отступила на шаг назад, присела в реверансе и поблагодарила свою невидимую партнёршу за прелестный танец. Тут она очнулась от песни и услышала чьи-то слова.

– Тэк, тэк, тэк, – скривила в ухмылке губы и медленно проговорила одна из вошедших в комнату девочек, такого же возраста, как и Полина. – Что это мы тут раз-нылись? – Она делала ударение на каждом слове и медленно подходила к новенькой.