Чтение онлайн

 - Даже за своего любимого?
– со скепсисом спросила тетка.
– Эх, Нинка, так ведь и любимый будет, и деньжата, и от отца не будешь зависеть.

 - За него я не выйду. Келла

 - Но, судя по виду твоего папеньки, он намерен сражаться до последнего, - тетка захохотала.
– Заставит он тебя выйти. Наш Витька любит деньги больше собственной крови!

 - Это не мой любимый, - отрезала Нинка, которая не хотела, чтобы о ее истинных чувствах знали остальные. Келлу она в порыве злости и удивления так и не замечала.
– Он - всего лишь средство в получении наследства.

 - А, да, точно, братец мне что-то говорил на теплоходе о каком-то гениальном плане, придуманным его милой дочуркой, - хохотнул еще один родственник, чей-то муж, оказавшийся рядом. Под коньячок у него развязался язык.
– Ну, вы приколисты, Журавли! Так обмануть парня. Он-то, как мне показалось, в тебя, Нинель, влюблен. Ну, приколисты, - повторил он.

 - А вы, Абрамовы, можно подумать, серьезные гении!
– фыркнула его жена, урожденная Журавль.
– Не лезь к людям.

 Келла, слышавший все это, бессильно сжал кулаки, поняв вдруг, что такие, как Ниночка, самодовольные королевы с холодными белоснежными улыбками, относятся к парням, как к мусору. А он, как сопливая восьмиклассница, напридумывал себе едва ли не историю любви, перешагнув при этом через себя.

 "Что это? Это правда? Решила использовать меня? Средство? Nзапрещено цензуройN, ненавижу, ненавижу, ненавижу!", - не отрываясь, глядел он на королеву, которая необъяснимо тянула его к себе и так же необъяснимо причиняла ему боль - жгущую и терпкую, похожую одновременно на удар ножом в тело, а их в полной разных событий жизни синеволосого было несколько.

 Уязвленное самолюбие Келлы, мужская гордость, огненный характер - все это смешалось в нем и превратилось во взрывоопасную смесь, перекрыв нежность и желание защитить Ниночку от всего, что могли бы принести ей отрицательные эмоции. Спичкой, поднесенной к этой смеси стало совершенно спокойное лицо его подруги.

 Он все еще глядел на белокурую демоницу, переставшую отвечать на вопросы и возгласы родственников и глядящую в новенький телефон, купленный ими пару часов назад. Она не замечала его, читала и читала сообщения.

 "Кто это? Очередной идиот? Сколько их у нее? Черт, я убью того, кто ей пишет! Проклятая ревность. Я один из них? Какой я дурак! Эй, посмотри на меня, видишь, до чего ты довела меня, твою мать!", - синеволосый парень на мгновение прикрыл глаза, а беспорядочнее мысли, полные злобы, как осы роились в его голове. Если бы Нина была парнем, он бы, не стесняясь, ударил ее, избил бы до крови, с удовольствием набил бы морду, сломал бы ребра, но, увы, Журавль была девушкой, прекрасной с виду, с самыми очаровательными голубыми глазами и нежными руками, еще вчера делавшими ему легкий расслабляющий массаж ("Массаж за массаж!"). Нинка была девушкой, и это все осложняло. Келла просто не знал, что делать. Никогда еще он не принимал поражения от представительницы прекрасного пола, только девушки страдали из-за него, а он, честно сказать, даже иногда издевался над ними, считая, что никакой любви не существует, а глупые девчонки не придумывают себе что-то, начитавшись глупых книг или насмотревшись романтик-фильмов.

 Однако Ниночка Журавль читала в это время отнюдь не послание от нового ухажера. Она читала сообщение своей лучшей подруги. Именно в этот момент, двери перед уставшими уже ждать смс гостеприимно распахнулись, и электронный поток сообщений ринулся в новенький телефон юной Журавль.

 Пока Келла знакомился с мотивами поведения его королевы, Нинка с прищуренным взглядом читала послание Катрины. Чем дальше она читала его, тем злее становилось ее лицо. Впервые в жизни девушка вдруг поняла, что значит, когда тебя смеют обманывать представители противоположного пола, и чувство это, если честно, ей не нравилось. Нет, это было мягко сказано! Она его возненавидела! Как и самого Келлу!

 В груди Нины поселилось маленькое красное солнце, чья температура была настолько высокой, что обычному человеку точно расплавило бы не только сердце и легкие, но и все внутренние органы, включая кости.

 Девушка отпихнула до сих пор ругающуюся кузину, пошла вперед, чтобы оказаться рядом с отцом и почти сразу же натолкнулась на взбешенного музыканта. Если бы какой-нибудь добрый человек притащил этим двоим злостиметр, тот бы показал самые удивительные результаты с обеих сторон. Эти двое просто кипели от осознания того, что их использовали.

 - А я все слышал, - склонился к уху Ниночки Келла.
– Решила с моей помощью заполучить наследство тетушки?

 Блондинка вздрогнула от неожиданности. Он все слышал. Вот же… проклятье.

 То, что барабанщик "На краю" узнал о ее обмане, еще больше ранило девушку - красное ядерное солнце на миг замерло и даже уменьшилось в размерах, став оранжевым.

 - За мной, я пожалею тебя, и не буду устраивать разборки тут, около твоих родственников-шакалов, - проявил чудеса благородства парень.

 - Спасибо, дружок, - звенящим от злости голосом, произнесла Нинка, представляя, как она сейчас разделает молодого человека пилочкой.

 Не сговариваясь, они молча прошли во внутренний дворик, где никто не мог им помешать.

 - Я все знаю, - изрек Келла, чувствуя, как огонь в нем мечтает вырваться на свободу. Чтобы как-то погасить пламя своих самых плохих чувств, он с силой долбанул по стене. Не помогло.

 - Кретин. Не сломай тетке дом. Придется платить, - угрюмо произнесла Нинка.

 - Ты и заплатишь. Ты ведь почти получила наследство от нее, моя крошка? Да? Думала, глупый мальчонка Келла не узнает правды? Ты меня использовала!
– прошипел Келла, вплотную подходя к Нинке. Та, только что прочитавшая смс от Кати и еще не пришедшая в себя от такого, по ее мнению, подлого обмана, просто стояла и смотрела на разгневанного парня широко открытыми глазами. Ее едва родившиеся тайные мечты о любви утонули, не успев выплыть на берег.

 - Считаешь себя самой умной, да?

 На слова Келлы девушка только поморщилась. Ей тоже было, что высказать синеволосому. Она пока подыскивала слова, чтобы оскорбить парня.

 - Молчим? Ты меня использовала, маленькая...
– он не стал продолжать предложение, но блондинка вполне поняла, что хотел сообщить ей молодой человек и как хотел назвать. Нинка окинула яростным взглядом Келлу и залепила ему звонкую пощечину. Он отступил на шаг и глаза у него покраснели - но явно не от слез. От злости.

 "Он притворился, что влюблен меня?! В меня, в которую невозможно не влюбиться? Подонок!". Но вслух она ничего не сказала.

 - Ты мне лгала!
– вновь закричал драммер.
– Использовала! Как вещь! Я не вещь! Я не средство достижение твоей гребанной цели!

 - И это ты мне говоришь? Мне? Это ты врал мне, сопляк! Это я была игрушкой! У меня хотя бы была цель, а ты веселился, мудак.

 - Проклятье! Это ты! Ты использовала меня, - яростно говорил синеволосый, осознавая, что его всегда уверенный голос все больше и больше срывается.

 - Кто кого! Думаешь, это было смешно? Врать про приворот! Да я поверила тебе! Я переживала, что ты не любишь меня по-настоящему!
– вновь ударила его по щеке Ниночка, но удар получился не таким сильным, как первый, но обидным. Тогда она попробовала ударить его еще и еще раз, и била Келлу по лицу до тех пор, пока не почувствовала боль в ладонях. Музыкант же просто стоял и никак не реагировал, а щеки его пылали ни чуть не меньше, чем обида в душе.