Чтение онлайн

 Я не знаю...

 А я знаю - его привела злая сила. Откуда ему здесь взяться-то??

 И что делать? Что делать?

 Что? Ну, не знаю... Прячься, дура!! Повернись спиной, не смотри на него. Я же сказала, не смотри. Хватит пялиться, слабачка!

 Но он так изменился. Смотри... Смотри, какой он. Какие у него руки и плечи крепкие!

 Естественно, четыре года прошло - мальчик повзрослел и стал большим и сильным. И все-таки стал фотографом, говнюк, чтоб его. А ямочки на щеках все же остались такими же. Ладно, не отвлекаемся. Не гляди в его сторону, раз ты ему наподдать не можешь. Ненавижу его!!

 А я уже забыла. У меня сердце быстрее бьется, что делать? Мне страшно? На меня нахлынули воспоминания. Почему я такая дура?

 Вечный вопрос. Откуда мне знать, почему мы - такая дура. Я - твой внутренний голос, а не всевидящее око. Родилась ты такой, Катя.

 Почему я его встретила здесь? Я не хотела никогда-никогда-никогда его видеть! И я не буду на него смотреть.

 Вот так-то лучше. Отвернись и занимайся аутотренингом: "Я невидимка, я незаметная невидимка". А может лучше подойти к нему, и как пнуть куда-нибудь в солнечное сплетение? А, нет, до туда ты точно не дотянешься.

 Я лучше сделаю вид, что меня тут нет. Он, должно быть, занят и может быть не заметит постороннего человека. А сейчас боком-боком, как краб, мы и уйдем отсюда.

 Да-да, меня ведь ждет Антон... Эй, чувак, спасай Катрину!

 Я решила незаметно выскользнуть отсюда. Но моим кратковременным мечтам было не суждено сбыться, потому что Андрею захотелось вдруг представить Максиму всех присутствующих, включая и мою скромную персону.

 - А это Катя, дочь известного художника...

 - Томаса Радова?
– голубые глаза Максима, эти глаза, в которые я когда-то хотела смотреть часами, но боялась это делать, широко открылись, когда он вдруг увидел меня. И сразу узнал

 - Откуда сведения? Да-да, его самого,- подтвердил Андрей, - он, между прочим, оформляет новую обложку для "На краю".

 - Вот как?
– голубые глаза не отрывались от моего лица, а я, в свою очередь, не могла сама отвести свой взгляд в сторону.

 - Неожиданный ход, правда?
– заметил менеджер.
– И это при том, что Томас отказывался от подобных предложений даже со стороны наших зарубежных, в некотором роде, коллег. Просто не знаю, как Кей го уговорил на подобное.
– Катя, это Максим - фотограф из московской фотостудии "Клевер".

 - Привет, Катя, - растерянно произнес он знакомым и совсем не изменившемся голосом, тихим и спокойным, но перестав при этом улыбаться. А ведь до встречи со мной лицом к лицу его широкая белоснежная улыбка освещала это помещение!

 - Привет, Максим, - так же негромко отвечала я.

 - Ого, а вы знакомы? Мир тесен, ребята - и я убеждаюсь в этом уже который раз. В таком случае, оставлю вас наедине, - чуть сощурившись, проницательный менеджер оглядел нас задумчивым взглядом и отошел.
– Макс, пять минут и приступаем к делу.

 - Как дела?
– задал Максим мне любимый вопрос миллионов людей на земле. Голос его был нерешительным и удивленным - встреча со мной не входила в планы этого человека.

 - Хорошо, а у тебя?
– смущаясь, задала я аналогичный вопрос.

 - И у меня хорошо. Учишься?

 - Да. На юриста. А ты работаешь?

 - Да. Фотографом. Как родственники?

 - Хорошо. А твоя мама?

 - Тоже отлично.

 - А дедушка?

 - Все еще бодрится.

 И мы замолчали.

 Вот и все, о чем можно было поговорить со своей первой любовью, повзрослевшей и возмужавшей. Оставалось только лишь разглядывать друг друга, едва ли не физически ощущая неловкость и отстраненность. Наверное, а я очень на это надеюсь, Максим ощущал стыд или раскаяние, и от этого, должно быть, ему было еще менее комфортно, чем мне.

 Странно - вроде бы здесь много людей, и они шумят, разговаривают, смеются, даже кричат, а в паре квадратных метрах от меня и него установилась тишина, похожая сейчас на вакуум прошлого, окутавшего двух совершенно чужих людей, которым....

 Дура, ты чего несешь?! Пошли его на село к троюродному дедушке и сваливай подальше! А то еще при нем и разрыдаешься!

 - Я рад, что встретил тебя, Кать, - первым нарушил затянувшееся молчание Максим.

 - И я тоже... очень рада. Хорошо, что ты стал профессиональным фотографом.

 Когда-то давно, еще в школе, он мечтал работать именно в этой области, вопреки воле своих родителей, желающих вырастить из единственного сына знаменитого врача. Максим - представитель целой династии врачей. Его старый, но бравый прадедушка оперировал в военно-полевом госпитале всю войну и мечтал сделать из внука хорошего хирурга. Однажды, в девятом классе, когда мы с Максимом были просто-напросто одноклассниками, обменивавшимися глупыми и даже пугливыми взглядами и боящимися признаться в симпатиях друг ко другу, я совершенно случайно, попала к нему домой. Надо сказать, не без помощи Нинки, решившей, что в ее силах сделать так, чтобы, как она говорила, "вы, тормоза, были вместе". Она знала, что он нравится мне и говорила, что чувствует, что я привлекаю Макса.

 Когда я, пугливая, как антилопа-гну на водопое, попала к парню домой, его прадедушка решительно усадил меня за стол и за чаем принялся рассказывать о военных днях в госпитале, и о том, что все представители их славной фамилии - обязательно врачи, что его внук обязательно продолжит семейную традицию, и его будет ждать блестящее будущее. Максим (волосы у него и тогда были всегда волнистыми и растрепанными, как и сейчас, а вот лицо было худым-худым и скуластым) сидел рядом, и я, почти не слушая рассказы его дедушки, просто радовалась тому, что одноклассник находится со мной за одним столом, и что сидим мы близко-близко - даже колени соприкасаются слегка.

 "Ты нашему Максу будешь отличной девушкой, - на прощание заявил дедушка к нашему обоюдному ужасовосторгу, - иди, проводи Катю домой, внук".

 Он пошел меня провожать. Чтобы потом делать это все чаще и чаще, а однажды осмелиться поцеловать.

 Я дернула головой, отгоняя прошлые воспоминания. Вот же ситуация - встретить бывшего и единственного парня здесь и сейчас!

 А мы с Кеем чем-то похожи. Максим меня тоже предал. Как и его Алина.

 - Да, стал фотографом, - он неловко улыбнулся, прижимая к себе рюкзак.
– Ты очень здорово выглядишь, Катя. Взрослая. У тебя волосы теперь такие длинные. И лицо другое.

 Естественно, лет-то мне уже сколько. Чай, не десять и даже не двенадцать.

 - Ты тоже прекрасно выглядишь, - отвечала я, глядя поверх его головы. Интересно, эти волосы до сих пор такие же жесткие, как и раньше?
– Возмужал.

 - Ну да, спасибо. Как думаешь, я стал лучше?

 - Да.

 - Если будет время... можно, я сфотографирую тебя?
– Внезапно предложил парень.
– Тебя любят камеры, я помню. И… Андрей зовет, я пойду, хорошо? У меня много работы, сама понимаешь, - словно оправдываясь, произнес он и ушел, оглянувшись раз пять.