Мы - до нас
Шрифт:
Ну, нет, так нет!
– огорченно развел руками Ваня.
Стас с Леной получили от завхоза перчатки, инструмент, прошли к указанному месту и, молча, – слов пока еще не было, принялись за работу. Стас умело копал землю саперной лопаткой, а Лена просеивала каждый комок руками.
– Ничего себе, живут деревенские! Смотри, какая на ней кофточка! – поджав губы, покосилась на нее Людмила.
– Такую и в Москве не увидишь! Нежели это в местном райцентре продается?
– Если бы! – усмехнулась, ковыряя в земле лопаточкой, Юля. – Это кофточка из самого Мадрида!
– А ты откуда знаешь?
– Я всегда все знаю!
– напомнила Юля и зачастила: - У нее подруга – дочь олигарха, хозяина поселка коттеджей Соколова. Ритой зовут. Вот она и привезла ей в подарок эту кофточку. А еще кроссовки, джинсики – закачаешься, и…
– А… парень кто? – перебила ее Людмила.
– Этот? – кивнула на Стаса Юля.
– Первый раз вижу. Но сейчас все узнаем!
Она тут же сорвалась с места, покрутилась около академика, повертелась возле Вани, пообщалась с местными жителями, продолжавшими наблюдать за работой и, вернувшись, сказала:
– Значит, так! Зовут – Стас. Фамилия Теплов. Только что окончил школу с золотой медалью. Еще не поступил в наш институт, но уже любимчик Владимира Всеволодовича. Впрочем, у него и папаша тоже академик!
– Тоже историк? – уточнила Людмила.
– Нет, кардиохирург. Светило. Причем такого уровня, что сейчас ему предлагают целый дворец под клинику в Москве или под Санкт-Петербургом!
– Дворец – под клинику! О, времена, о, нравы! – с осуждением покачал головой сразу ставший хмурым Александр.
Юля бросила на него быстрый взгляд и с еще большей охотой продолжила:
– Но сынок и сам, видать тоже в академики метит. Причем, в ранние. Говорят, он выиграл какую-то такую олимпиаду, что может теперь без конкурса поступать в любой вуз России и даже нескольких крупных стран. А еще у него есть настоящий диск с его собственными песнями!
– Да ну? – не поверила Людмила.
– Точно говорю! Правда, там только его стихи…
– И только-то? Я думал, он поёт, а он всего лишь поэт! – разочарованно протянул Александр.
Но Людмила была иного мнения.
– Надо же, сколько достоинств… - задумчиво проговорила она.
– И еще из себя - очень даже ничего!
– Да и девочка возле него тоже, что надо! – в пику Людмиле, с ревностью заметил Александр, но, приглядевшись к Лене, уже совсем другим, масляным тоном сказал: - Даже более чем очень-очень!
Юля метнула на него настороженный взгляд:
– Ты это брось! Ей еще пятнадцати нет!
– Надо же, и не скажешь… - покачал головой Александр. – Вот что свежий деревенский воздух и натуральные продукты с людьми делают! Но я же ведь не буду ей в паспорт заглядывать!
– Ты не будешь – суд заглянет! – строго предупредила Юля и еще более угрожающе усмехнулась: - Если, конечно, до него дело дойдет…
– Это еще почему? – не понял Александр.
– А потому, что у ее брата кулаки, как пудовые гири. Ты ими полминуты по утрам занимаешься, а он их целый день на себе носит! И отец у нее лесник, гроза местных браконьеров. Говорят, он даже сидел за убийство, правда, потом это не подтвердилось, и его выпустили. Но все равно представь, какое решето он может из тебя сделать из-за родной дочери. Так что и мечтать об этой Ленке забудь!
Юля сделала страшные глаза и уже чуть слышно, самой себе, прошептала:
– А вот что касается Стаса…
Она незаметно, но очень внимательно посмотрела на Александра и Людмилу, затем на Стаса и Лену и, явно затаив свою думку, загадочно усмехнулась…
3
– Это все для тебя…- опустив покрасневшее лицо, чуть слышно прошептала Лена.
Молчание Стаса с Леной грозило затянуться, наверное, до конца работы, если бы девушка не нашла в себе решимости сказать первой:
– Ну, здравствуй, что ли…
– Здравствуй… - тепло, но каким-то задумчивым голосом отозвался Стас.
– Приехал, значит?
– Значит, приехал…
– Ну, еще бы – такие раскопки! Сам Владимир Всеволодович пригласил…
– При чем тут Владимир Владимирович? Меня приглашали и в другие партии. Например, на Урал, в Крым… Очень перспективное, между прочим место: эллинская культура, шестой-пятый века до Рождества Христова. Привозные предметы из Афин. Самый красивый классический период: одни вазы чего только стоят. Представь: спортсмены-олимпионики, подвиги героев, амазонки…
– Ну и так что же ты туда не поехал? Раскапывал бы себе днем свои прекрасные амфоры с нарисованными амазонками, а потом загорал и купался в море с живыми!
– Так-то оно так, но… античная археология меня интересует все меньше и меньше. Конечно, все, что связано со временем жизни Христа – это свято. Но – теперь главная сфера моих интересов - Русь и Россия. Это же ведь тоже неотделимо от Него. – Он помолчал и, словно не сразу решившись на это, добавил: - И потом есть еще одно серьезное отличие тех мест от этого.
– Какое?
– Там не было тебя…
Парень и девушка снова замолчали. И теперь первым нарушил молчание Стас.
– Красивая у тебя кофта! – неожиданно похвалил он.
– Правда? Тебе нравится? – обрадовалась Лена.
– Я ее первый раз надела, специально к твоему приезду!
– Да, все в ней так подобрано со вкусом – и цвета, и сюжет! – подтвердил Стас. – Пруд, купающиеся утята и кувшинка. Знаешь, как в древности назывался этот водный цветок? Я сам только недавно случайно узнал: одолень-трава! А я почему-то думал, что одолень-трава это что-то такое острое, сильное, наподобие лука или даже татарника, а оказалось – она нежный лист да еще и с цветком!