Мы другие
Шрифт:
— Привет, Андрей! Как себя чувствуешь? — совершенно нормальным, даже приятным голосом произнес незнакомец.
— Да нормально. А почему вы без белого халата? — спросил Андрей, но в его голубых глазах был другой вопрос.
— Да, безобразие. Заставили снять при входе в больницу, — пошутил незнакомец.
— A-а, понятно.
— Меня Володей зовут, можно на «ты», — сказал незнакомец и протянул левую руку, на которой Андрей успел заметить наколку: «За ВДВ».
«Левша и десантник с интеллигентным лицом, а, судя по костяшкам, еще и умеющий драться — адская смесь», — подумал он и осторожно поинтересовался:
— Хорошо, зачем ты ко мне пришел?
— Да понравился ты мне в клубе, негодник! Ты еще мне глазки строил, вот я и подумал, что ты стеснительный, и решил инициативу взять в свои руки, — серьезно сказал Владимир, видя, как округлились от ужаса и непонимания глаза Андрея. Уж больно не вязалась его внешность с образом гея. — Да ладно, расслабься, я шучу, — улыбнулся посетитель, но Андрей все еще с недоверием смотрел на него. — Скажу начистоту. Моя фамилия Рябов, я полковник Федеральной службы охраны России. Ты, Андрей, представляешь интерес для нашего ведомства, какой именно — узнаешь позже. Мы за тобой давно наблюдаем, но полной ясности по тебе не было. Сейчас есть. Пока все.
Владимир говорил четко и серьезно, без толики юмора.
— А-э-э, да я это... — начал было Андрей, но Владимир прервал его:
— Скоро тебя выпишут, за тобой заедет машина, и ты поедешь в дом отдыха на недельку, мозги полечишь, отдохнешь после такого повреждения, а потом поговорим. Сейчас отдыхай и выздоравливай. Мозги не напрягай, все равно вводных мало, а гадать смысла нет, сам знаешь!
Владимир вышел, оставляя Андрея в полной растерянности.
«ФСО... полковник... ночной клуб... интерес... Лиза... травма... вакуум в падении... больница... работа...» — мысли путались, но никак не выстраивались понятную в схему.
«Ирен... о ней я совсем забыл», — вдруг вспомнил Андрей, и от этого ему стало не по себе. Он испытывал отвращение к ней как к личности, и дело было не в инциденте в клубе, а в чем-то другом, в ее сущности. Ему даже стало ее жаль, потому что она была понятна в своих поступках и желаниях. Он старался думать не ° ней, а о Лизе.
«Что меня привлекает в ней? Я видел ее всего один раз, а кажется, что знаю ее всю жизнь. Сексуальное влечение? Да вроде нет. Глаза, какие у нее глаза! В них глубина океана и его сила одновременно!» — размышлял, спрашивал и тут же сам себе отвечал Андрей.
«Так, хватит драматизировать, как подросток», — сказал он себе, понимая, что это не обычная влюбленность или физическое влечение. Он влюблялся много раз, притягивая эмоции и идеализируя не существующее. Он часто испытывал физическое влечение, когда какая-нибудь женщина манила, как магнит, своей сексуальностью. Но это было единственное, что объединяло, и, когда «химия» проходила, они расставались так же быстро, как и сходились. После встречи с Лизой у Андрея появились эмоции и чувства, которые он никогда не испытывал и не мог сейчас найти им объяснения.
Также Андрею добавил мыслей визит полковника ФСО, который, оказывается, со своей конторой следил за ним.
Андрей за последний год в бизнесе научился на любую задачу или проблему смотреть через призму решения. Один из его руководителей как-то сказал ему, что если мыслить решениями, то задачи решаются быстрее, а «то, как мы видим проблему, — и есть проблема». Можно топтаться на месте, обмусоливая одно и то же, а можно решить и пойти дальше. С подчиненными Андрей выбрал такой же подход, то есть когда к нему приходили с проблемой, он отправлял их за решениями, и через некоторое время сотрудники приходили к нему с уже готовыми предложениями или решали проблему сами. Этот принцип Андрею очень помогал в жизни, вот и сейчас он решил не обмусоливать и драматизировать ситуацию в клубе и с полковником, а думать, как ему поступать дальше.
После выписки Андрея действительно ждал автомобиль, но не с мигалками, как он представлял себе, а обычный «форд» с обычными номерами. Водитель молчал или отвечал односложно, несмотря на то, что Андрей пытался его разговорить. Он сказал только, что на работе Андрея все улажено и, если у него будет желание, он всегда сможет туда вернуться. В свете последних событий о работе Андрей думал меньше всего. Через час езды автомобиль свернул с Калужского шоссе на малозаметную дорожку, проходящую через лес. Проехав два КПП, машина въехала на территорию уютного и красивого дома отдыха, где было два корпуса и несколько небольших коттеджей в лесу. Проезжая мимо, Андрей успел заметить пару теннисных кортов, бассейн, спортивные площадки, футбольное поле и большой открытый тир в отдалении.
«Неплохо в конторе живут», — промелькнула у него в голове мысль, а водитель, как будто прочитав ее, сказал:
— Это центр восстановления сотрудников нашей конторы. Пенсионеров у нас не бывает, как и бывших сотрудников. Здесь все в отличной форме, несмотря на возраст некоторых.
— Что значит «бывших не бывает»? Нельзя уволиться? — мысля шаблонами, спросил Андрей.
— Другая категория людей, потом поймешь, — загадочно сказал водитель.
Андрея поселили в небольшой коттедж, и больше никто с ним не разговаривал. Сидя в комнате, он начал подозревать, что его проверяют, и вокруг камеры и «жучки». Обшарив все в доме и ничего не найдя, он решил расслабиться и отдыхать, а отсутствие мобильной связи и Интернета окончательно убедило его в правильности такого решения. Андрея привлекали неплохая библиотека в доме и спортивные сооружения на территории.
Всю неделю он восстанавливался, отдыхая и практически ни с кем не разговаривая, но в конце недели ничего не произошло. Поняв, что нет смысла торопить события, Андрей продолжал жить в коттедже, пользуясь всей инфраструктурой.
Через две недели, когда он уже начал немного волноваться, в его коттедж зашел водитель и сказал, что они выезжают через пятнадцать минут. Привыкший ничего не спрашивать, Андрей молча начал собираться. Они поехали на этой же машине и через час прибыли в Москву, в одно из высоченных зданий бизнес-центра Москва-Сити. Поднявшись на скоростном лифте практически на самый верх, они вошли в холл, где при входе их встретила миловидная девушка и жестом предложила пройти прямо. Андрей успел прочитать название компании — Ivory Group Consulting. Оказавшись в большом офисе в стиле open space, Андрей понял, что эта компания занимает весь этаж, а может и несколько этажей. Сотрудники работали за компьютерами, в переговорных комнатах шли собрания, встречи и презентации. Эта совершенно современная офисная атмосфера никак не увязывалась в голове Андрея с домом отдыха и ФСО.
Пройдя через весь офис, они подошли к дверям, которые, в отличие от других, были не стеклянными. Преодолев большой коридор, они оказались в просторной приемной с окнами от пола, откуда открывался великолепный вид на Москву. Водитель жестом приказал ждать, а сам беззвучно удалился. Через пару минут из двери вышел Владимир и, так же улыбаясь, протянул руку.
— Привет, Андрей, как твое самочувствие? — бодрым голосом спросил он, крепко пожимая руку молодого человека.
— Отлично, спасибо. Отдохнул хорошо в вашем санатории. Вопросов только многовато, — немного с иронией, ответил Андрей.
— Всему свое время, — серьезно проговорил Владимир и добавил: — Если сразу все узнаешь, не сможешь вынести.
— В смысле? — не понял Андрей, но Владимир только улыбнулся.
— С тобой кое-кто хочет познакомиться, — сказал он и жестом показал на самую красивую дверь.
«Неужели Лиза», — подумал Андрей, но тут же откинул эту мысль, как невозможную.
Они прошли в огромный кабинет, обставленный современной мебелью в стиле хай-тек, с окнами во всю стену, где с одной стороны был выход на большую террасу.