Чтение онлайн

Прислонившись к боковому стеклу, Андрей смотрел в окно на деревья и дома, пролетающие мимо, словно сама жизнь, оставшаяся в памяти где-то далеко позади. Начался мелкий дождь, из-за чего стекло покрылось маленькими каплями, а изнутри запотело. Проведя по нему рукой, Андрей закрыл глаза. Вспомнились слова

Николая Николаевича, что, чем умнее становишься, тем быстрее начинает идти время. Все становится интереснее, есть о чем думать, поэтому дни проносятся незаметно. Действительно, еще совсем недавно, Андрей пошел в школу... и тут же ее закончил. Только вчера он познакомился с Владимиром, Николаем Николаевичем и родом Ивори, а сегодня едет со встречи с президентом, и, что парадоксально, этот промежуток времени по насыщенности событиями оказался богаче, чем вся прошлая жизнь. Он еще подумал, что когда был маленьким, время тянулось очень медленно, а сейчас недели и месяцы пролетали, словно щелчки пальцев.

Вдруг время почти остановилось, Андрей открыл глаза и увидел вместо мелькающих деревьев и домов красивые облака и небо через стекло, но уже иллюминатора самолета.

«Почему остановилось время?», — подумал он, отпрянув от окна и в очередной раз посмотрев в ту сторону самолета, где сидел президент. Почти полгода после их первой встречи пролетели, как один миг, а сейчас время тянулось, как в детстве. Он впервые сопровождал президента на борту №1. Андрей вдруг подумал, что если бы пару лет назад, когда он устраивался на очередное место работы, ему сказали, что он будет сопровождать президента, то он никогда бы в это не поверил. Сейчас он летел в составе большой команды президента в Европу на какой-то важный саммит. Все было хорошо, но почему-то чувство беспокойства не давало покоя Андрею, хотя, что именно его беспокоило, он не знал. Андрей вспомнил, как вчера, когда он уже почти спал, позвонил Владимир и быстро сказал, что с утра он должен быть готов к командировке. Поняв каким-то шестым чувством, что летит с первым лицом государства, Андрей долго не мог заснуть, путаясь в тревожных мыслях, моделируя различные ситуации и не понимая, где явь, а где сон. Долго не решаясь, Андрей все-таки рассказал утром о своих предчувствиях Владимиру, сразу предупредив, что, скорее всего, это бред. Владимир внимательно выслушал его, но ничего не сказал в ответ и так же, как и Андрей, всю дорогу был сосредоточен и молчалив. Ему хотелось, чтобы все поскорее закончилось, но что именно, он не знал. Время практически остановилось в салоне самолета, Андрей не мог ни на чем сосредоточиться, а чувство тревоги только возрастало. Когда самолет стал заходить на посадку, Андрей вздрогнул от сигнала табло «пристегните ремни», словно почувствовав, что начался новый этап того, что он хотел бы поскорее закончить.

ЕВРОПЕЙСКОЕ ТУРНЕ

— Любовь... Это слово давно опошлили... — начал говорить Гари.

— Его говорят все, кому не лень, но в действительности оно ничего не значит, — поддержала Милена.

— Я знаю много людей, которые постоянно твердят о любви, а на самом деле там и близко ничего нет, — сказал Гари.

— Ага, у меня был молодой человек, который постоянно говорил мне о любви, что не мешало ему спать с другими и говорить им, скорее всего, то же самое, — улыбаясь, поведала Милена, а потом повернула голову и спросила: — С чего ты начал сейчас об этом говорить?

— Ну, вдруг тебе это нужно слышать... Может, тебе не хватает этого, — неуверенно произнес Гари.

— Слова ничего не значат, и чем их больше, тем меньше они значат. Да и потом, зачем говорить то, что и так чувствуешь? Мне этого не нужно. А тебе? — спросила Милена.

— Да нет, мне тоже не нужно. Думаю, мое отношение к тебе намного больше, чем это слово, даже глубже, что ли... — ответил Гари.

— Давай не будем вслух об этом говорить, пусть гештальт будет открытым, — предложила Милена.

— Давай, — согласился Гари, не понимая, что такое гештальт.

Они уже почти весь день вдвоем пролежали на кровати, разговаривая. Гари часто рассказывал Милене о своих мыслях и фантазиях, даже о чем думал в детстве, и его искренность и нестандартность мышления приводили ее в восторг.

Прошло уже несколько месяцев с того дня, когда они повстречались во второй раз, и больше не расставались. Гари и Милена не были похожи на влюбленную парочку — скорее, на двух друзей, иногда подкалывающих друг друга, но, когда оказывались в постели, их страсть можно было сравнить с ураганом. Они и внешне были похожи, особенно яркостью горящих изумрудных глаз, отличаясь только полом, хотя по характеру Милена имела больше мужского, чем женского. Они не держались за руки, могли пройти одновременно в дверь и даже отвесить друг другу приятельского пинка, что вызывало недоумение у прохожих и осуждение у некоторых знакомых, считающих, что их собственные отношения «намного цивилизованнее». Некоторые их «друзья» отказывались признать, что отношения Гари и Милены были искренними, и видели только плохое, искренне радуясь, когда у них были небольшие стычки. Минутные размолвки между Гари и Миленой проходили быстро, но для «друзей» этого было достаточно, чтобы доказать себе, что они правы, при этом полностью отрицая возможность признать глубину отношений молодых людей.

Гари и Милене было все равно, хотя вначале они предпринимали попытки доказать обратное, но потом решили этого не делать, посчитав, что человек видит только то, что хочет видеть. Они просто жили вдвоем, понимая, что, в принципе, им никто не нужен, потому что им вполне хватало друг друга. Да и от таких «друзей», которые еще оставались у обоих из прошлого, они избавились.

Гари постепенно знакомил Милену с родом и с его законами. А также он познакомил ее с Иваном и еще с несколькими Милнами, общий язык с которыми она нашла сразу. Ее увлек этот мир, особенно когда в одном месте собиралось много красивых и интересных людей с зелеными глазами. Видеть это было странно с учетом того, что людей с зелеными глазами не часто встретишь. Она понимала, что случайных здесь быть не может, и приобщение к чему-то сильному и красивому ей очень нравилось.

Иван стал реже появляться в жизни Гари. Да и тот почти все время проводил с Миленой, которая заменила ему лучшего друга. Про приятелей из прошлой жизни Гари практически не вспоминал, осознав, почему раньше с ними общался, и почему сейчас их нет в его жизни. Дело было не только в том, что он Милн, но и в других достаточно простых вещах, которые он раньше не понимал или в которых просто не хотел признаваться себе. Сейчас это было настолько ясно, что Гари спрашивал себя, как он раньше этого не понимал и зачем столько времени потратил на ненужных людей. Тем прекраснее было сейчас общаться с Миленой и с другими Милнами, которые искренне интересовались его жизнью и не стеснялись говорить комплименты ему и Милене...

Гари за это время осознал, что раньше его понимание дружбы сводилось лишь к получению для себя какой-либо выгоды. И его «друзья» жили по тем же принципам. Анализируя поведение своих «друзей», Гари понял, что в основном он нужен был им только для того, чтобы «намутить», или чтобы одолжить у него денег, некоторым было интересно с ним развлекаться, но всех их прежде всего интересовали они сами, а не Гари. Даже его друг детства Дмитрий, который знал о Гари почти все и с которым, казалось, их ничто не могло разлучить, тоже исчез из его жизни, правда, еще до встречи с Иваном.

Общаясь с Иваном, Гари осознал, что этот человек получает удовольствие от того, что много дает ему и при этом не забывает требовать от него того же самого. С Миленой сначала было сложнее, так как она привыкла в жизни рассчитывать только на себя и с эгоизмом у нее было все в порядке, поэтому первое время Гари давал ей больше, чем она ему. Оказавшись в обществе Милнов и увидев настоящие отношения между людьми, которые искренне готовы были помочь друг другу, Милена изменила свои установки. Раньше она думала, что можно и нужно лишь брать, а отдавать — только если хочется и то не всегда. Как водится, систему не обманешь, а таких хитроумных, кто не хочет саночки возить, в современном мире — почти каждый первый, и все хотят «и рыбку съесть и...». Она поняла, что настоящие крепкие отношения возможны, только если есть искреннее, взаимное уважение, умение не только брать, но и отдавать, и у самодостаточных людей, коими и являлись Милны, с этим было все в порядке.

Милнам не требовалось искать выгоды от общения с другими, так как в материальном и моральном плане проблем ни у кого из них не было, да и объединяли их общие интересы и цели. В компаниях Милнов практически отсутствовали зависть и соперничество, а если они устраивали вечеринку, то никогда не смотрели, кто в чем пришел или кто «не скинулся», поэтому общение всегда проходило позитивно и искренне. На одну из таких вечеринок Гари пригласил Иван, позвонив ему на мобильный:

— Привет, дружище, как ты? Как Милена?

— О! Рад слышать тебя, Иван, — улыбаясь, ответил Гари, чувствуя, что Иван тоже улыбается.

— Соскучился... Хочу увидеть вас.

— Мы тоже, — искренне признался Гари, вдруг на секунду осознавший, что ему приятно слышать и говорить про то, что друзья скучают друг по другу.

— Ну, тогда я уже отправил за вами машину, так что увидимся на чем-то очень увлекательном, — с задором сказал Иван.

— Э... эй... подожди, мне надо посоветоваться со своим менеджером, — затараторил Гари и, улыбаясь, посмотрел на Милену, в блеске глаз которой ответ читался со всей очевидностью. — Сколько у нас времени?