Чтение онлайн

Они с Верой и Ритой ходили кругами возле парковки перед больницей, при этом не отрывая глаз от входа. К вечеру посетителей стало гораздо меньше. И пока родители Лауры были в отделении, маячить там не хотелось. К тому же, интуиция подсказывала Даше, что прийти может кто-нибудь знакомый. Кто-нибудь из их школы, например…

Не успела Даша додумать эту мысль, как возле входа в больницу появились две фигуры. Солидный лысоватый мужчина лет пятидесяти в строгом деловом костюме и женщина в элегантном летнем пальто ярко-красного цвета с такой же ярко-красной сумочкой. Если бы не этот бешеный красный цвет, абсолютно неуместный возле больницы, то, возможно, Даша и не обратила бы внимания на эту парочку. Она точно их видела раньше, но вот где? На помощь, как всегда, пришла Вера. Она тоже заметила элегантную парочку и тут же потянула Дашу за ближайшее дерево. Всё было понятно без слов.

– Ты их знаешь? – прошептала Даша, спрятавшись за деревом.

– Ещё бы! – хмыкнула Вера. – Это же Габриэле Риччи – будущий мэр нашего города и по совместительству папа Иларии. Красная женщина – её мама.

– Так это родители Иларии? – ахнула Даша. – Неожиданно!

– Интересно, что они здесь делают? Может, просто совпадение?

– Так, Вер, ты стереги тут, а я – за ними…

Даша последовала за яркой парочкой через людный больничный холл и далее по узкому коридору с разноцветными линиями-указателями на полу. Оставаться незаметной здесь стало очень сложно. Хорошо, что путь оказался недолгим и вскоре привёл… в отделение реанимации. Родители Иларии направлялись к Лауре!

На счастье, при входе в отделение стоял большой кофейный автомат, за который Даша и юркнула. Переведя дух, она осторожно выглянула из укрытия. Синьоры Риччи выражали сочувствие маме и папе Лауры – даже расцеловали. Как странно! Они ведь никогда не дружили… Может, это официальный визит? Всем известно, что папа Иларии баллотируется на пост мэра. Что они там говорят? Даша напрягла слух.

– Мы считаем своим долгом помочь попавшей в беду однокласснице нашей дочери, – басил синьор Риччи.

– Чем можем, – добавляла синьора Риччи.

– Поэтому просим принять от нас вот это, – продолжал синьор Риччи, доставая из нагрудного кармана и протягивая какую-то бумажку.

– На медицинские расходы, – поддакивала его жена.

– Боже мой, Энрико! – воскликнула Джулия, глядя на мужа, который только что взял в руки предложенный чек.

– Пять тысяч евро? – с удивлением спросил Энрико и тут же нахмурился. – Нет, простите… мы не можем принять такую крупную сумму… Нам потом не рассчитаться, дорогая!

Последние слова были обращены уже к Джулии. Она ошарашенно переводила взгляд с одного мужчины на другого, потом на женщину и снова на мужчин. На её лице читалось смятение.

– И всё-таки мы настаиваем, – басил синьор Риччи тоном, не терпящим возражения. – Девочке может понадобиться операция.

– Ничего возвращать не потребуется, – со сладкой улыбкой подпевала синьора Риччи. – Это то малое, что мы можем сделать, от чистого сердца!

– Энрико, прошу тебя, – не выдержав давления, наконец, взмолилась Джулия. – Давай не будем отказываться. Вернём, если не пригодится.

«Ого! – подумала Даша, снова спрятавшись за кофейным автоматом. – Ничего себе «небольшая сумма!»

«Думайте, Дарья Андревна! Соизвольте напрячь мозги, – вдруг прозвучало у неё в голове. – Это больше похоже на… подкуп!».

В критические моменты у Даши иногда появлялись такие странные фразы на русском в манере девятнадцатого века. Возможно, виной этому было увлечение русским историческим детективом – за год она перечитала все приключения Эраста Фандорина и Родиона Ванзарова.

И тут Даша кое-что вспомнила. Ну конечно! Надо срочно рассказать об этом Вере! Незаметно выскользнув из-за кофейного автомата, она помчалась на улицу.

Вера терпеливо ждала её за деревом. Рита смирно сидела у ног хозяйки, преданно глядя ей в лицо и ожидая команд. Даша выпалила всё, что увидела и услышала. Вере поведение будущего мэра тоже показалось странным.

– А может, он популярность так зарабатывает?

– Тогда почему здесь нет прессы, где телевидение? Это неофициальный визит, ты не видишь? И вот ещё, я кое-что вспомнила! Лаура мне рассказала, как раз вечером, после Дня науки. То есть, получается, перед тем, как она исчезла.

– Да говори, не тяни!

– Короче, во время Дня науки Лаура поднялась на второй этаж, в наш класс. Я как раз выходила родителей встретить, а ты в это время в соседнем классе эксперимент показывала. Помнишь?

– Что ты мне про меня рассказываешь? Давай к делу! – нетерпеливо перебила Вера.

– Ну вот, одним словом, Лаура меня искала, поднялась наверх, открыла наш класс, а там Илария вся в слезах. И тут дверь – бах! – и захлопнули.

– Кто?

– В том-то и дело, что неизвестно кто! Лаура не поняла, не видно было.

– Та-а-ак… – протянула Вера и задумалась.

– Это может ничего не значить, а может и всё.

– Wait! 13 – Вера застыла, глядя куда-то за спину сестры. – Смотри, вон там – в той крутой тачке, не наша царевна-несмеяна собственной персоной?

Даша обернулась – и правда, в блестящем чёрном Лексусе на парковке сидела Илария. Опустив окно, она близоруко щурилась в сторону выхода из больницы. Ждала родителей.

Иларию недолюбливали во всей параллели. Мальчишки часто над ней подшучивали, называя «фрик». Рыхлая и неуклюжая, со слишком маленькой головой, она стеснялась носить очки, в которых явно нуждалась, и потому постоянно щурила и без того крошечные глазки. Но дело было даже не в отталкивающей внешности. Илария отличалась ужасным характером, была плаксивой и избалованной. Могла зареветь на уроке из-за плохой оценки и даже закатить истерику преподавателю. Сёстрам Новиковым такая демонстрация слабости на людях поначалу казалась просто позорной. Но, похоже, остальные давно привыкли к тому, что Илария плакса. Постепенно привыкли и двойняшки. Может быть, поэтому Даша и не придала значения рассказу Лауры.

– Илария, чао! Что ты здесь делаешь? – сразу озадачила одноклассницу Вера, подходя к машине.

– Чао… Я… тут… жду папу и маму, – запинаясь, ответила Илария. – Они пошли навестить Лауру.

– А ты чего? Почему с ними не пошла? – строго спросила Вера.

– Я… не хочу. Я боюсь больниц и… и крови, – уголки губ Иларии поползли вниз.

– Что-то ты недоговариваешь, подруга! Ты знаешь, что случилось с Лаурой? – напирала Вера. Лицо Иларии искривилось, став ещё неприятнее, в глазках появился испуг, она часто заморгала – вот-вот заплачет.

– Я ничего не знаю… – загнусавила она каким-то механическим голосом. – Ни-че-го-о-о…

– Да не бойся ты! – как можно мягче произнесла Даша, ей вдруг стало жалко плаксу. – Можешь рассказать, кто тебя обидел на Дне науки? Лаура видела, как ты плакала в нашем классе. Не бойся! Мы тебя защитим. Смотри, какая у нас большая собака!

По команде Веры Рита встала на задние лапы, оперлась о дверцу машины и приблизила огромную морду к окну. Илария отшатнулась и вскрикнула.

– Я ничего не знаю! – завизжала она и разразилась слезами. – Уберите собаку!