Чтение онлайн

– Ты уверена в своих результатах? Этот вывод звучит очень необычно, – Адлат кивнула и продолжила.

– Да, это правда. Но самое удивительное: в центре этих потоков обнаружен природный реактор. Состав его ядерного топлива включает гелий и водород – элементы, которые являются топливом для звезд, – Петр, не скрывая своего удивления, продолжил.

– Но как этот реактор функционирует в таких условиях? Это же невероятно! – Адлат объяснила.

– Этот природный реактор находится в магнитной ловушке. Магнитное поле эффективно контролирует и блокирует его активность, предотвращая чрезмерный разогрев и возможные выбросы. Оно поддерживает реактор в стабильном состоянии, удерживая в «плену» и позволяя ему разогревать потоки до таких высоких температур, которые мы наблюдаем. В результате реактор служит источником энергии для этих потоков и создает магнитные аномалии, которые мы видим, – Петр, пораженный открытием, проговорил.

– Твое открытие может значительно изменить наше понимание внутреннего строения планет и, возможно, даже самого космоса. Мы сталкиваемся с уникальным явлением, которое требует детального изучения. Именно изучения, там, на поверхности, в лаборатории базы. То, что мы сейчас поняли, не факт, что реальность. Главное – это уже не теория, а практика, которая дала возможность создать теорию. Поздравляю, Адлат, твоя идея, твоя теория и, конечно, твои лавры, – резюмировал Петр.

Внезапно поступил доклад Амазонки, которая не участвовала в научной дискуссии, занятая пилотированием «Крота».

– Командующий, скорость субтерины двадцать километров, включаю дополнительную силовую защиту… – она не успела договорить, Петр прервал ее криком.

– Стой, не делай этого…

– Почему? – удивленно спросила она.

– Боюсь, дополнительная энергия, задействованная в силовом щите, спровоцирует магнитный удар по «Кроту».

– Я не просчитала этого варианта… – Петр недослушал, продолжая.

– Навигатор, обратный курс готов? – Медми, несмотря на разгоревшуюся дискуссию, работу свою делал и курс проложил.

– Готов, командующий.

– Вводи в навигационную систему. Пилот, разворот на сто восемьдесят градусов, возвращаемся, скорость – пятьсот километров.

– Принято, выполняю, – стандартно отреагировала Амазонка, удивляясь, как это командующему удалось просчитать такую вероятность, как магнитный удар.

Амазонка понимала всю опасность ситуации, командующий прав: «Крот» мог притянуть магнитное поле, и тогда конец, если такое поле захватит их, то вырваться будет нелегко, скорее всего, невозможно. Субтерина быстро легла на обратный курс, и Амазонка активировала маршевые двигатели на полную мощность.

***

Турбулентность от двигателей ушла в сторону верхнего слоя ядра планеты, слегка «взволновав» его. Поверхность покрылась рябью, но вскоре все успокоилось. Однако из сердцевины потока неожиданно появилось сияющее существо, переливающееся всеми цветами радуги, и быстро направилось туда, откуда исходила турбулентность, нарушившая его покой. Существо было явно разумным, сомнений в этом не было. Это мог быть только Солас – единственный представитель Молторанцев, оставшихся во внутреннем периметре планеты после неудачной попытки захвата Земли. Кагмы же обитали гораздо ближе к коре планеты.

Солас зорко сканировал внешний слой ядра, пытаясь найти источник интерференции, которая потревожила его и вызвала настороженность. Не обнаружив ничего подозрительного в верхнем слое ядра, бросил «взгляд» на нижний слой мантии, куда не мог попасть из-за слишком низких температур. Он заметил удаляющуюся точку, движущуюся с большой скоростью. Солас немедленно связался с командиром Кагмов Билономом и приказал прочесать мантию по курсу следования неизвестного объекта, чтобы выяснить его происхождение и цель.

Билоном крайне удивился контакту. Много времени они не общались, ведь их разделяли разные среды обитания. Солас поселился в ядре планеты, потому что мог существовать только в таких условиях. А Кагмы расположились в мантии, они менее привередливые к температурному режиму. Билоном решил удовлетворить свое любопытство:

– Солас, давно от тебя не было поручений, наконец ты проснулся. Выполнить мы его не сможем, вернее, не сможем перехватить цель, она слишком быстрая, а мы слишком далеко. О Кагмах даже не говорю, они настолько медлительные, что о перехвате речи быть не может.

– Что ты можешь сделать, Билоном?

– Я изучу район нахождения цели и доложу о том, что обнаружу. Судя по всему, курс, по которому идет цель, ведет в океан на поверхности планеты.

– Сделай это, подключи Кагмов и, если есть опасность, ликвидируй ее.

– Слушаюсь, Солас.

***

Об этом диалоге между Соласом и командиром Кагмов команда «Крота» ничего не знала. Они не смогли отследить появление Соласа в потоках лавы, которая в действительности была не лавой, а плазмой в центре ядра. Участок мантии, который они исследовали, представлял собой сложную смесь высокотемпературной плазмы и экзотических элементов, благодаря чему приборы могли обнаруживать только самые очевидные аномалии.

Тем не менее приборы на борту «Крота» могли бы зафиксировать присутствие сущностей Ава, однако, в этот раз не повезло. А может быть, наоборот, повезло, так бы команда засуетилась и наделала ошибок, а не обнаружив, работала спокойно. Навигатор Кедми, отвечавший за мониторинг всех необычных сигналов и потенциальных угроз, оказался недостаточно опытен в интерпретации сложных и нестабильных сигналов, которые излучала плазма. Оно и понятно: новая среда, первое погружение, тестирование приборов. Пилот, в свою очередь, сосредоточился на критических задачах пилотирования и разрешении экстремальных ситуаций, связанных с высокоскоростным движением и динамичными изменениями в окружающей среде, что отвлекло его внимание от тонких сигналов на экранах навигационных систем.

В итоге команда «Крота» возвращалась на базу в полной уверенности, что их миссия прошла успешно и что их пребывание в недрах планеты осталось незамеченным. Они считали, что в этом погружении не оставили следов. Однако скрытое присутствие Соласа и его тщательный анализ их появления в недрах планеты оставался для них тайной. Ощущение полной безопасности, которое они испытывали, оказалось обманчивым. Такое заблуждение могло иметь непредвиденные последствия и скрытые угрозы для базы.

Амазонка пилотировала субтерину с гораздо большей уверенностью, чем в начале погружения, наступило время производить маневр, и она доложила Петру:

– Командующий, сбрасываю скорость до двухсот километров, выходим в верхний слой мантии, сопротивление забортной среды возрастает.

– Отставить, скорость держать прежнюю, – посмотрел на Адлат и продолжил, – инженер, задействовать горелки на полную мощность, проверим насколько заложенные тактико-технические характеристики соответствуют действительности, – прозвучало и как констатация факта, и как вопрос. Поэтому Амазонка ответила.

– Субтерина «Крот» выдержит нагрузку, в нее заложено тройное ее превышение, у субтерины тройной запас прочности. Но стоит ли оно того, стоит ли так рисковать, до базы осталось совсем немного.