Чтение онлайн

К сожалению, пора возвращаться. Пересекли Тихий Океан, оставив Австралию с правого борта. Пройдя проливом Дрейка и обогнув огромные айсберги в южной части Атлантики (дети не могли поверить, что есть айсберги длиной 300 километров), наш парусник помчался домой.

Под звуки марша «День Победы» (Алексей Иванович опять включает музыку) корабль прибывает в Кронштадт. Его встречают высокие руководители. «Президент» каждому матросу надевает на шею на красивой яркой ленте медаль «За участие в дальнем плавании» (из запасов волшебного чемоданчика). Каждому, как в старину, назначается пожизненная пенсия. Для наших матросов – это по пять эскимо каждый месяц. Матросов обнимают их родственники. Цветы, поцелуи, слезы радости. Все живы! Все счастливы! Кругосветное плавание закончено…

Алексей Иванович усталый, но тоже счастливый, объявляет напоследок: «Ребята, в следующий раз мы совершим плавание на подводной лодке во льдах Арктики. Вы будете торпедистами, ракетчиками, гидроакустиками, рулевыми на горизонтальных и вертикальном рулях. Вы увидите северное сияние и белых медведей». Дети с ревом восторга воспринимают это сообщение.

Алексей Иванович аккуратно убирает морскую атрибутику в свой «волшебный чемодан». Дети обступили его, каждый хочет еще раз потрогать настоящие морские экспонаты. Опытный моряк с улыбкой разрешает им трогать все, он знает, как это приятно детворе. Когда уже чемоданчик уложен, Алексей Иванович видит, что один мальчишка как-то стеснительно мнется. Поощряя его, моряк ласково спрашивает: «Как тебя зовут, товарищ матрос?». Мальчик, счастливый таким обращением, раскрепощенно отвечает: «Роланд».

«Ты что-то хочешь?». Мальчик без слов протягивает капитану руку, разжимает потненький кулачок. Там лежит уже почти растаявшая в фантике леденцовая конфетка. Это самое ценное, что есть у этого ребенка. Он дарит ее морскому офицеру, поразившему его всем: и красивой формой, и необычным рассказом, и раковинами, и кокосовым орехом, и, главное, морским «ножиком». Он умоляет Алексея Ивановича, пытавшегося отказаться, взять подарок и тем самым разделить с ним его радость. Ветеран флота, зная, что отказ обидит мальчишку, с благодарность принимает подарок. Мальчик Роланд, красный от волнения и переживаний, с восторгом убегает вслед за остальными детьми…

Наивные хорошие мальчишки и девочки! Прошлый раз по окончании плавания на подводной лодке одна девочка из четвертого класса протянула Алексею Ивановичу три чипсинки. Пошуровала своими пальчиками в пакете с чипсами, ухватила три штучки и поделилась с моряком. А однажды мальчик подарил своему капитану пластмассовую гранату. Алексей Иванович убеждал ребенка, что граната пригодится ему самому, на что молодой матрос Доминик очень строго сказал: «Вам она нужна отбиваться от пиратов». Пришлось принять. Дети в знак благодарности отдают самое дорогое, самое им нужное. Причем, отдают без сожаления, даже с радостью. У них еще нет жадности.

Помолодевший от общения с детьми ветеран, отдавший пятьдесят лет флоту, с некоторым волнением рассуждал: «Пусть они не станут моряками. Но, играя в моряков, они познают мир. Они впервые видят настоящего морского офицера и восхищаются красотой морской формы. Они знакомятся с не известным им миром – морской стихией. Детей поражает величие океанов. Оказывается, вода занимает две трети Земного шара. И только на одной трети ютятся люди. Значит, самая земная профессия – быть моряком! Невероятно! После каждого плавания дети возвращаются в свою страну, в свой дом, где их встречают как героев. Они начинают понимать, что самое ценное у человека – это Родина. Вот так по крупицам, подспудно у них воспитывается чувство любви к Родине. Гордость за свою Родину. И если придет необходимость, вчерашние мальчишки и девчонки с оружием в руках станут на защиту своей прекрасной страны – синеокой Беларуси. А это значит, мои занятия с ними были не напрасны. Для этого и живем!»

Рылов Аркадий Александрович. В голубом просторе. 1918. Масло.

"Оркестр грянул «Марш нахимовцев». Под гром аплодисментов и оглушающий звон медных тарелок группа пожилых мужчин, часть из них в морской форме, вошли в зал.

«Юные нахимовцы», седые, обвешанные орденами и медалями, четко, почти строевым шагом прошли через весь зал (самому молодому из них уже исполнилось 67 лет) и аккуратно заняли места почетных гостей возле сцены. Начальник Нахимовского военно-морского училища контр-адмирал Егоров, невысокого роста, крепко сбитый крепыш, настоящий подводник, поднял руку, успокаивая зал, и командным сочным баритоном поздравил ветеранов флота с полувековым юбилеем окончания ими родного училища. Затем выступили согласно заранее разработанному сценарию: от преподавательского состава – заслуженный учитель математики Стародубцев, от офицеров-воспитателей – участник холодной войны на море капитан-лейтенант Чвокин, от сегодняшних воспитанников училища – отличник учебы нахимовец Вискривец. Все выступающие поздравляли бывших нахимовцев с красивым юбилеем, благодарили их за отличную службу Родине, гордились ими, короче, пели всякую аллилуйю. Юноша Вискривец, обращаясь к ветеранам, прочитал стихи А.С. Пушкина, где были строки: «Завидую тебе, питомец моря смелый, под сенью парусов и в бурях поседелый…». В заключение каждому ветерану самые младшие нахимовцы вручили цветы и значки «50 лет на флоте». Аплодисменты не смолкали. С ответным словом от юбиляров выступил вице-адмирал Нежданов Леонид Иванович, с явно брутальной внешностью, сухой, даже субтильный, прошедший огонь, воду, медные трубы и чертовы зубы. Даже одного взгляда на него было достаточно, чтобы понять, что ожидает выпускников Нахимовского училища на флоте. Он красочно, используя морской сленг, рассказал, как он и его товарищи учились в «питонии» с 1950 по 1956 годы. Леонид Иванович тоже закончил стихами: «Былые походы, простреленный флаг, и сам я отважный и юный…». Его выступление неоднократно прерывалось аплодисментами. А потом опять музыка:

Да, из песни слово не выбросишь. Именно так мы тогда пели и гордились этим. Начальник училища широким жестом пригласил всех ветеранов на крейсер «Аврора» на торжественный обед. «Семидесятилетние мальчишки» в почетном сопровождении молодых матросов прошлись по кубрикам крейсера, где они жили целый год, побывали в классах, где они учились морскому делу все шесть долгих лет, и, наконец, заняли места в кают-компании за праздничным столом. Вестовые в белых форменках наполнили хрустальные рюмочки чистейшей «Столичной». Командир крейсера «Аврора», подтянутый, аккуратный офицер, в парадной форме, с красивой бородкой, торжественно провозгласил тост: «За Россию, за флот, за Андреевский флаг!», и я… проснулся. На душе немного горько и обидно. Спать уже я не мог. Вчера на юбилейной встрече ничего этого красивого не было. Родина, и наш атомный, океанский, ракетоносный Военно-морской флот, которому мы отдали 50 лет жизни, забыли о нас. Сейчас, в 2006 году, в эпоху разнузданного капитализма, в нашей стране совсем другие идеалы, другие ценности.

Благодаря Юре Степанову, маленькому рыжему нахимовцу в начале 50-х годов, который стал солидным мужчиной с гигантской лысиной (сегодня он главный метролог крупного петербургского объединения «Светлана», ученый, доктор каких-то наук), благодаря его усилиям, мы, заранее оповещенные о «Большом сборе», прибыли к парадному входу в Нахимовское училище, стены которого покинули полвека назад. В назначенное время провели перекличку. Юрий Степанов доложил, что пришли 12 человек, и с горечью сказал: «Как трудно вас собрать!». Я стоял, окруженный какими-то мужиками, совершенно никого не узнавая, кроме двух – трех товарищей, с которыми пришлось встречаться по службе. В руках у меня была выпускная фотография, и я просил каждого показать себя на ней. Удивительно, почти ни с кем из них мне не пришлось встречаться за последние пятьдесят лет. Я прятался за спины своих близких товарищей Вовы Семерикова и Лени Нежданова и просил их напомнить мне: «А это кто? А это?». Леонид Иванович Нежданов, вице-адмирал, Герой Советского Союза, командир крупных соединений и объединений подводных лодок, чувствовал себя в своей тарелке. Он, тоже один из организаторов встречи, стал объяснять нам, что в программе у нас посещение училища, осмотр крейсера «Аврора», обед в кафе «Три пескаря». В это время ко мне подбежал какой-то капитан второго ранга (Леня был в плаще, и его регалий не было видно) и почти не извиняющимся тоном сообщил, что в училище нас не пустят, так как именно сегодня выпускники-нахимовцы пишут в актовом зале итоговое сочинение на тему «За что я люблю флот». Леня, услышав это, рассвирепел, зарычал, куда-то пошел и, вскоре вернувшись, сообщил, что можно будет пройти по первому этажу училища и осмотреть музей.

Мы, сбившись в кучку, напуганные сплошными запретами в месте, где мы столько лет были хозяевами, дико озирались. Порывы свежего балтийского ветра обдавали нас брызгами невесть откуда взявшегося возле училища фонтана. В наше время его не было. Раньше там, на пустыре, мы гоняли в футбол. На нас из-за ограды печально смотрел адмирал Павел Степанович Нахимов. Его бюст в маленьком полисадничке установили тоже без нас. На постаменте выбиты две строчки, сверху: «Адмирал», а на второй, как-то сбоку: «Нахимов», Видимо, планировалось еще разместить две буквы «П.С.», но на инициалы явно не хватило денег. Так и стоит за решеткой кривенький «просто Нахимов» и словно хочет сказать: «Печально я гляжу на ваше поколенье…».

У крейсера «Аврора», куда мы решили вначале пройти, был… базар. Самый настоящий ташкентский, или даже турецкий, базар. Огромное количество коробейников разложили свой товар, предназначенный для иностранцев, и радостно потирали руки. Как раз в это время десятка два автобусов высадили десант узкоглазых туристов. Маленькие черные «ребятишки» разбежались по набережной возле боевого крейсера «Аврора» с легендарным историческим прошлым. Они фотографировались, к чему-то приценялись, что-то покупали, громко смеялись. Всюду слышалась нерусская речь. Первые группы, купив входные билеты, уже рвались на трап. Создавалось ощущение, что они берут наш корабль на абордаж. Они были везде. И главное, везде пахло долларами. Везде делались деньги, «фриша копка» (свежая копейка), как говорят в Израиле. Даже мы должны были бы покупать билеты, чтобы подняться на корабль.