Чтение онлайн

–  Ты думаешь, Лорд сумеет нам помочь?

–  Само собой! В городе я, может, и не стал бы его брать, а здесь - природа, чистота, так что есть серьезные шансы.

–  Да-а… Ты молоток, Василий! Я ведь о собаке даже не подумал.
– Присев на корточки, Зимин тоже потрепал четвероногого помощника. Лорд отреагировал на ласку чужака милостиво, даже лизнул шершавым языком в ладонь.

–  Вы, ребятки, о многом не думаете.

–  Что ты имеешь в виду?

–  А то, что район Волчьей - не самый благополучный.
– Гринев внимательно взглянул на Стаса.
– Я, конечно, плотных изысканий не проводил, но пока ехал, пару звонков нашим диспетчерам все же сделал. Им все равно спать не положено, вот и поболтали.

–  Ну, и что они тебе сказали?

–  Предупредили, что в районе Волчьей у нас могут быть серьезные проблемы.

–  Не очень тебя понимаю.

–  Видишь ли, есть районы условно благополучные, а есть напротив - абсолютно неконтролируемые. Все равно как - центр города и Гарлем. В центре можно даже ночью гулять, а в Гарлеме и днем убивают.

–  Ну, а на вашем языке - что это означает - неконтролируемый район?

–  По сетке спасателей это означает отсутствие электричества с канализацией, отсутствие хозяйственной и административной инфраструктуры. Ну, и, конечно, наличие различного рода утечек.

–  То есть?

–  Утечками обычно именуют ситуации, когда воруется газ с нефтью или производится незаконное подключение к телефонными магистралям и электросетям.

Стас растерянно развернул привезенную Василием карту.

–  Но тут же никто не живет!

–  Почему ты так решил? Люди, Стасик, живут повсюду. Даже в зоне Чернобыльского следа.
– Гринев сдержанно вздохнул.
– Было бы у нас время, я мог бы даже заказать фотографии со спутников, но дело это не самое быстрое, так что пришлось поверить ребятам на слово. Как бы то ни было, спутники наблюдения фиксируют в этом районе жизнь. И что любопытно, это не сады и не дачи, это деревушки, каких по всей России сотни и тысячи. Кроме того, хватает здесь и искомых утечек.

–  Почему же об этих поселениях ничего неизвестно?

–  Что же тут непонятного?
– Гринев пожал плечами.
– Или ты в Чечне не был?

–  Причем тут Чечня?

–  А притом, что территория Чечни тоже небольшая, однако можно дать голову на отсечение, что белых пятен там сотни и сотни.

–  Не забывай, там две войны отгремело, а у нас вроде пока мир.

–  У нас, Стасик, строй поменялся, а это еще хуже, чем война. И немудрено, что перепись не до всех дотянулась. Только за нынешнее десятилетие и деревни заброшенные появились, и поселки. Да будет тебе известно, что согласно последней переписи населения - в России исчезло более восемнадцати тысяч деревень.

–  Сколько, сколько?

–  То-то и оно! Впору вспоминать германских оккупантов, - сожгли, наверное, немногим больше.
– Гринев невесело покрутил головой.
– А что не вспоминает о них никто, так это как раз понятно. Кому они нынче нужны - лишние граждане? Разве что господам депутатам, да и то во время выборов.

–  Ты что, пытаешься меня запугать?

–  Я пытаюсь тебя утешить.
– Серьезно произнес Гринев.
– Поскольку очень может статься, что твои девочки угодили не в руки маньяков, а как раз в одну из таких призрачных деревень.

–  Если, конечно, таковые здесь имеются.

–  Деревни здесь есть!
– убежденно произнес Гринев.
– Во всяком случае, были. Карта у меня старенькая, но и на ней можно кое-что рассмотреть. Взгляни повнимательнее и сам увидишь…

–  Да уж, видок у меня неважный. Теперь вот еще шрам останется.
– Оторвавшись от зеркальца, Маргарита попыталась сесть, разглядывая собственную ногу.

–  Да уж, без шрама не обойдется. Только это, подруженька, еще не самое страшное. Ты ведь запросто могла и без ноги остаться. А то и вовсе помереть.

–  Ну, не все еще потеряно…

–  Ты мне покаркай!
– Мариночка нахмурилась.
– Ненавижу, когда под руку говорят или беду кличут.

Марго попыталась улыбнуться, но вместо улыбки у нее получилась какая-то жалкая гримаса. Терпеть боль не так уж сложно, если разрешается плакать, но к помощи слез она не прибегала на протяжении уже многих лет.

–  Это конечно, только ведь мы с тобой вроде как ее уже накликали.

–  Если живы, значит, большой беды еще нет… - рассудила Мариночка. Неспешно погрузив в банку с темной жижей марлевый тампон, она аккуратно наложила его на рану своей недавней соперницы.
– Либо сами что-нибудь придумаем, либо наши помогут.

–  Откуда им знать, где мы.

–  На то они и сыщики, чтобы головой думать и ребусы решать! За это и деньги свои получают.

–  А ты готова им заплатить?

–  Надо будет, заплачу… - сухо отрубила Мариночка.
– Чего морщишься? Больно?

–  Мазь очень уж едкая.

–  А ты терпи! Мазь - она как водка. Чем горше, тем целебнее.
– Мариночка покосилась на пациентку, хмуро шмыгнула носом.

Странное дело, но даже мысль о том, что атласную кожу этой рыжеволосой красотки обезобразят рубцы, уже не радовала. Как говорится: была злость, да вся изошла пузырями. А вместо нее появилось нечто иное - совершенно даже непривычное. Впрочем, в их положении так оно, верно, и должно быть. Смешно дуться друг на друга, находясь в плену у самой настоящей колдуньи.

–  Кстати, как тебе наша хозяйка?
– она со значением кивнула в сторону потолка, имея в виду второй этаж, на котором и располагались покои колдуньи.

–  Старуха, конечно, чудная, но это чудо в любом случае, будет получше тех вурдалаков, что на нас напали.

–  Тут я согласна.
– Мариночка приготовила еще один тампон, осторожно приблизила к носу.
– И дело свое она, кажется, знает, хотя и пахнут ее снадобья отвратительно!… Интересно, из какого дерьма она их варит?

–  Из чего бы не варила, лишь бы помогло. А тут, сама видишь, всего за одну ночь раны затянуло.

–  Да уж, вижу.
– Мариночка поморщилась.
– Хотя, если бы ты меня спросила, я бы отдала предпочтение обычному стрептоциду.

–  Стрептоцид - всего лишь антибиотик. Стало быть, убивает и своих, и чужих. А здесь что-то явно исцеляющее. Я же чувствую, как оно там все горит.

–  Вроде готово… - наложив на ногу второй тампон, Мариночка не очень умело обернула бедро подруги широким бинтом.
– Не слишком туго?

–  Вроде ничего…

–  Вот и ладушки!… - Мариночка бросила взгляд в сторону окна.
– Куда больше меня интересует сейчас место, в которое мы угодили.

–  Это тебе лучше знать. Я-то ведь без сознания была.

–  А мне глаза завязывали и часы отобрали, так что разница небольшая.
– Мариночка на минуту задумалась.
– Помню только, что от горы Волчьей топали довольно прилично. Тебя на носилках несли, а меня за веревочку вели. Все равно как козу какую-нибудь. Перекур раза три устраивали, а после погрузились на какую-то колымагу и по рельсам минут десять ехали.

–  По рельсам?

–  Ну да, у них там что-то вроде дрезины, - жаль, рассмотреть не сумела. Так что ни направления, ни расстояния не определить…