Чтение онлайн

–  Это я уже слышал от Игната.

–  Теперь и от меня услышишь.

–  Интересное кино!
– Стас усмехнулся.
– Зачем тогда позвала? Не в любви же признаваться?

–  А может, в любви?
– она дерзко посмотрела ему в лицо, и в темноте отчетливо блеснули ее глаза.
– Может, ты мне реально нравишься?

–  Реально, жестко… - он покачал головой.
– Жаргончик тут у вас!

–  А поживи здесь подольше, и сам научишься говорить по-человечьи.

–  Значит, считаешь, свой язык человечьим?

–  Каким же еще!

–  Странно, я-то думал, человеческий язык - это язык Чехова, Толстого, Камю…

–  Да ладно гнать-то! Сам-то читал когда-нибудь своего Толстого?

–  А ты?

–  Пробовала однажды. Про Каренину. Только до половины и осилила. Остальное просто перелистала.

–  Неужели скучно?

–  Да вранье там одно! Сопли да слюни!… Нашла из-за чего под поезд бросаться!… - Алена гулко хлопнула ладонью по древесному стволу.
– Ее бы сюда, к нам! Да чтоб мужики хором попользовали, вот тогда я бы поглядела, как она под поезд полезет.

–  Думаешь, не полезла бы?

–  Еще бы! Здесь на жизнь по-другому начинаешь смотреть. И на сопли разные внимание не обращаешь. Потому как смысл жизненный доходит.

–  Ого! И в чем же этот смысл?

–  А в том, что мужики - все суки и уроды вонючие, из-за которых ни вешаться, ни под поезд бросаться не стоит. И в том, что правда всегда на стороне сильных и богатых. Потому и жить надо вблизи бабла и тех, кто запросто может открутить твоим врагам головенки.

–  Значит, ты и меня за этим позвала?
– Зимин усмехнулся.
– А что? Я ведь тоже мужик. Стало быть, из тех, кого ты зовешь суками и уродами. Ну?… Что ответишь?

Алена молча отвернулась.

–  Послушай, - Зимин тронул ее за руку, осторожно погладил по худенькой спине.
– В самом деле, брось дурить. Если хочешь защиты, не устраивай тут шпионских секретов. Может, я и урод, но я тебе не враг, это точно.

–  Тогда кто ты?

Зимин пожал плечами.

–  Тот, кто собирается вам помочь: тебе, Игнату, другим ребятишкам.

–  А ты это сумеешь?

–  Почти наверняка… - он вздрогнул от неожиданного толчка. Крепко обхватив его, Алена прижалась к нему, ткнувшись носом куда-то под мышку.
– Эй, подружка, ты чего?

–  Ничего!
– хмуро пробурчала она, но рук не разжала.

Уловив дрожь ее тела, Стас догадливо коснулся ладонью ее лица, без особого удивления ощутил жаркую влагу. Впрочем, сдержанности ее можно было позавидовать, - она не рыдала и не всхлипывала, - плакала абсолютно молча.

–  Я помогу вам, - тихо, но твердо, произнес он, - обещаю. Но для этого ты должна рассказать мне все, что знаешь… Ну так что? Как они вас тут удерживают? Не забором же, правда?

–  Они… Они шантажируют нас!
– глухо выдохнула она.
– Всех, кто здесь живет.

–  Да чем вас можно шантажировать-то?

–  Кино…

–  Какое еще кино?

–  Эти козлы порнофильмами промышляют. Ну, и нас, понятно, снимают. В резиденции у них студия - спальня огромная, бассейн, куклы надувные… А иной раз под богатеньких буратин подкладывают. Начальство оно ведь тоже молоденьких любит. Приспичит, - могут заказать и восьмилетку! Ты думаешь, для чего мы здесь? А вот для того самого! Мы тут все до единого статисты! Ходячие вагины! Живой товар порнорынка!

–  Спокойней, дружок, спокойней!

–  А я всегда спокойна.
– Она все-таки не выдержала и всхлипнула.
– Как грузовик!

Спина ее ощутимо дрогнула, и Стас прижал Алену к себе покрепче.

–  Значит, это тот крючок, на котором вас держат?

–  Не только.

–  Что же еще?
– Зимин старался говорить осторожно, боясь спугнуть откровение девочки. Тема, как ни крути, была более чем скользкой. Даже удивительно, что Алена заговорила с ним. Видать, допекло. Но в любой момент она могла вновь замкнуться. Подобные вещи Стасу были знакомы.

–  А еще… - Алена порывисто вздохнула.
– Еще они убивают.

–  Как это убивают?

–  Очень просто. Многие из ребят уже исчезли.

–  Погоди, погоди!
– Стас даже чуточку встряхнул свою собеседницу.
– Что ты такое говоришь? А родители? Они-то куда смотрят?

–  Какие родители? Ты что, в Артек приехал? Здесь же сплошной беспризор! Если и есть родичи, то рады, что с рук сбагрили. А малолеткам что? Сухарями кормят - уже счастье!

–  Но у тебя-то с родителями все в порядке?

–  Я - особый случай… - Алена немного помолчала, чуть тише пояснила: - Меня еще в прошлом году заманили. Сняли на пленочку, а потом еще на одну и еще… Игнату тоже снимки показали - тем и зацепили. Так что теперь и не дернешься. В случае чего могут и выкуп попросить. А заартачимся, - шантажировать станут, пленку родным покажут.

–  Ничего не понимаю! Вы-то чем думали когда в этой порнухе снимались?

Алена резко отстранилась от него, закатав рукав, поднесла к самому лицу руку.

–  А это видел? Или не знаешь, какой самый надежный поводок?… А еще анашу раздают, таблеточки с порошками. Потому и не решается никто уходить. Мы здесь все железно повязаны. Кого наркотой держат, кого страхом, а кого пленочками. Потому и слушаемся, как солдатики. И попробуй откажи тому же Косте! Сначала кости поломает, а после и вовсе утопит в каком-нибудь болоте…

Некоторое время они помолчали. Алена переводила дух, а Стас осмысливал услышанное.

–  На фильмах они, кстати, хорошо зарабатывают. Ленты за кордон переправляют - в Европу и на Ближний Восток.
– Девушка сипло рассмеялась.
– Так что я тоже теперь кинозвезда. Небось, в десятках стран на меня дрочат.

Стас поморщился.

–  Насчет Европы с Востоком откуда знаешь?

–  А что тут знать? Не такой уж большой секрет. Слышала краем уха.

–  И что, никому не пытались жаловаться?

–  А кому? Родителям, что ли? Папе с мамой?
– она хмыкнула.
– А если ты о ментах, так они к нам тоже регулярно наезжают. Еще и ходят, выбирают среди младшеньких. Уличные-то лярвы им давно приелись. Экзотики хочется.

Голос ее снова дрогнул, и Стас понял, что она держится из последних сил. Может, и на эти откровения ее подтолкнуло затянувшееся одиночество. Когда никто не жалеет, когда вечно приходится быть злым и встопорщенным, поневоле ищешь сочувствия. Вот и бросилась к нему, даже не просчитав толком последствия. А может, все-таки почувствовала своей женской интуицией, кто он есть и чего стоит…