Чтение онлайн

–  Не знаю, не знаю. Как говорится, дыма без огня не бывает.
– Офицер перевернул листок, снова покачал головой.
– Но ты же воевал, елки зеленые! Вон и награды даже значатся - раз, два, три…

–  Не считай, собьешься. Да и кому они нужны теперь, мои награды?

–  Как это «кому»? Все-таки есть соответствующие льготы, надбавки с выплатами.

–  Одну льготу я уже от вас поимел. Не далее, как сегодня.

–  Это ты брось! Я, что ли, тебя арестовывал?

–  Контора-то одна.

–  Ох и дурак ты, братец! Воевал, а дурак!

–  Зато вы все умные, как я погляжу. Ты, скажем, можешь объяснить, за что меня повязали?

–  Чего ты кипятишься? Все же выяснилось.

–  Конечно выяснилось. После звонка сверху… Камеру ссученных давно завели?

Физиономия офицера побагровела. Дмитрий явно попал по больному месту. Пресс-хаты практиковались почти повсюду, но явление это по понятным причинам всячески замалчивали. Для начальства главное результат, и, каким образом из подозреваемых вышибали признания, никого не волновало. Как всегда - цель оправдывала средства.

–  Что примолк? Скребет все-таки совестишка?

–  Да что ты о нас знаешь!
– взорвался капитан.
– Разок вляпался - и уже начинаешь судить-рядить. А мы с этой гопотой каждый день мучаемся. Специалистов толковых нет, а дел - вал голимый. При этом сверху отписок требуют! Правильно оформленных и в должном объеме. Так что, если все делать по закону, выше мелочовки никогда не подняться. Сам небось в курсе - чем круче клиент, тем больше у него адвокатов. К иному без грузовика со спецназом и близко-то не подступишься. Если хочешь знать, для таких и пресс-хата не самое сердитое место.

–  Значит, по-твоему, я крутой?

–  А кто тебя знает. Тоже ведь нашел заступников!
– Офицер отложил бумаги в сторону, нервно переплел пальцы.
– Но на всякий случай запомни: я тебя в ту камеру не сажал.

–  И на том спасибо.
– Дмитрий подумал, что, пожалуй, напрасно наезжает на капитана. На вороватого взяточника Скворцов не походил, и определенная правда в его словах звучала.

Скрипнули тормоза, «уазик» остановился. Выглянув в окно, офицер с облегчением произнес:

–  Ну вот, кажется, приехали. Вон и делегация встречающих семенит. Как говорится, передаю тебя в целости и сохранности.

Дмитрий протянул скованные руки:

–  Н

аручники-то снимешь или на память оставишь?

–  Это уж дудки! Имущество казенное… - Капитан испытующе поглядел на Харитонова.
– Ты лучше скажи, крепко на нас ябедничать собираешься?

–  А что про вас ябедничать? Будто не знает никто. Ну а тому красавцу, что меня брал, ребра при случае обязательно пересчитаю - так и передай. Пусть готовится…

–  Как знаешь… - произнес Скворцов.

–  Ну что? Свобода?
– Дмитрий тряхнул руками.
– Что ж, бывай, капитан. Взяток много не бери, блюди честь мундира.

–  Тут блюди не блюди - один хрен. С такими, как ты, все равно упачкаешься.

–  А ты щеточкой чистись. С утречка пораньше.

–  Иди к черту, шут гороховый!

Здание администраци

и Харитонов посещал не впервые, поэтому дорогу в кабинет Валерия Аркадьевича, одного из негласных кураторов «Кандагара», узнал сразу. Стройная секретарша с алыми накрашенными губами была предупреждена о его приходе. С радушной улыбкой она поднялась с места и отворила перед Дмитрием массивную дверь, не выразив ни малейшего удивления по поводу его странного внешнего вида.

–  Благодарю, - учтиво поклонился Харитонов, прикрывая рукой дырку на интересном месте и боком проходя в кабинет.

За столом сидел Санин Валерий Аркадьевич. Не выпуская из рук телефонной трубки, он жестом приветствовал Дмитрия и указал на кресло.

–  …А ты подумал о том, что кортеж запросто может свернуть на Щорса?… - продолжал он отчитывать невидимого собеседника.
– Не подумал? И совершенно напрасно. Там у нас шеренги голосующих малолеток… Каких? А ты сам как-нибудь прокатись и полюбуйся. Подростки себя чуть ли не с десяти лет предлагают… Да, да! За полтинничек! И все это в самом центре города! То-то будет картинка для патриарха. В общем, разберись… - Валерий Аркадьевич положил трубку и повернулся к Дмитрию.
– Конечно, креслице ты мне попачкаешь, ну да что с тобой сделаешь. Присаживайся… Кстати, я ведь тебя уже третий раз из камеры выдергиваю.

–  Всего-навсего второй. В последний раз вытаскивать приходилось Стаса. И потом, это у милиции надо спросить, за что нас сажают.

–  Ладно, ладно, не заводись. Спросим с кого надо. А сейчас давай коротко о том, что с тобой стряслось.

Харитонов вкратце и по-деловому описал все, что с ним произошло за последние сутки. Санин молча слушал, но, как показалось Дмитрию, не очень-то внимательно, - его явно волновали какие-то другие мысли. Когда рассказ был закончен, он встал и прошелся по кабинету. Затем повернулся к Дмитрию и заговорил:

–  Все верно. История отвратительная, но… Видишь ли, у нас тут другой расклад намечается - и тоже достаточно серьезный. Словом, требуются надежные люди, вот я и вспомнил о вас… Сегодня утром я встречался с одним человеком, которому абсолютно доверяю, и он сообщил мне очень важную и проверенную информацию, что в самое ближайшее время местных мусульман подтолкнут на провокации. Этим я и хотел попросить вас заняться.

–  Нас?

–  Именно вас. Лосев должен вот-вот подойти, хотя суть дела он в общих чертах представляет. Ну а пока он не подошел… - Хозяин кабинета вновь оглядел гостя и нажал клавишу селектора.
– Катюша, организуй-ка нам что-нибудь поесть, а также чайку с печеньем.

–  Мне бы еще одежонку какую-нибудь, - подсказал Харитонов.

Валерий Аркадьевич вздохнул:

–  И вот еще что, Катюш! Прихвати там попутно из моего шкафчика спортивный костюм. Ну да, тот, что с серебристыми лампасами.

Дмитрий откинулся в кресле. Переговоры, начинающиеся с чая и подарков, ему положительно нравились. Во всяком случае, с недавним приемом, который ему устроили в СИЗО, сравнивать было сложно.

Приключение у колодца разволновало сердобольную старушку. Антонина Васильевна при виде дрожащей Натальи, которая куталась в собственные руки и выбивала зубами отчетливую дробь, сначала запричитала, а потом принялась действовать: принесла полотенце, натащила из сеней тулупов и, порывшись в шкафу, извлекла на свет бутыль деревенской самогонки, которую решительно поставила на стол.

–  Мне хватит и чайку.
– С этими словами Стас щедро плеснул себе из бутыли в чашку.
– А вот ей действительно не помешает, - добавил он, наливая самогон в рюмочку.