Чтение онлайн

Спалось на удивление спокойно. Так всегда, когда дух утешен надеждой, а разум видит перспективы.

Корену снились и цветочные поля, и принц Идэн, и Ванесса, он даже летал во сне. Утром вдохновение не подвело, постучалось робко в дверцу таланта и осталось, приглашённое, в гостях на столько, насколько потребовалось.

Ванесса в течение дня заходила для процедур, заверив, что уже работает над исполнением просьбы Ида. Корен решил оставить готовое стихотворение до того момента, как госпожа Чейз вернётся с вестями о своих исследованиях.

— Мне нужна пара дней, — шёпотом сказала она.

Ид кивнул. Он столько ждал, что пара дней казалась лишь мигом. Так и было, в мечтах время пролетело быстро. Когда через несколько дней Ванесса явилась с какими-то документами, Корен понял, что — вот оно! Она всё сделала!

— Я, как и обещал, посвятил Вам стихотворение!

— Не спешите, сначала выслушайте…

— Нет-нет, сначала Вы!

Корен настоял на своём:

«Чтобы выразить всю благодарность свою,

Зачастую так мало простых голых слов,

Даже если я целую оду спою,

Подключив на подпев громогласных щеглов,

Это не передаст, как я счастлив внутри,

Как наполнен надеждой и радостью жить,

Как горят ярко в сердце моём фонари,

Я уже и забыл, как я счастлив мог быть!

О Ванесса, Вы помощи божьей рука,

Своевременно данная мне небесами.

Я запомню такой альтруизм навека,

Вы сменили нависшую тьму полосами,

Столь же яркими, как летнего солнца лучи,

Золотыми руками, словами и верой

Вы меня исцелили частицей души,

Мне подаренной Вашей отдачей безмерной!»

Чейз немного покраснела, дослушав до конца, на её лице проступила противоречивая скорбь:

— Корен, я польщена услышанным, это прекрасные слова, но боюсь я не достойна их, я принесла вести, которые не обрадуют Вас.

Внутри появилось ощущение, что сердце скатилось из своего законного места в груди и упало на пол. Разбилось оно или нет? Корен боялся посмотреть вниз.

— Этот прах определённо принадлежит принцу Идэну Кору. Мне очень жаль.

— Уходите. Вы достойны других строк. Я не верю в это, и никогда не поверю. Когда принц Идэн вернётся сюда, Вы пожалеете о том, как поступили сегодня.

— Мне действительно жаль, — Ванесса затворила за собой дверь тихо-тихо.

Корен закрыл глаза:

«Снова встречу тебя, я в закате морском

На цветущем, несущем бриз моря и волны

Поле, краше которого нет целиком

Во всём мире, отчаянном и недовольном».

Небо уже успело затянуться сплошной грязно-серой пеленой от горящей техники и людей. Хвалёные крошеры Эдвина отступили на запад после авиационного удара Мулсатора. Радовало одно: отвлекающий манёвр с атакой Агаджана сработал, и суперсолдаты больше не сверкали на линии фронта своими гиперпрыжками и ударными волнами, генерируемыми имплантатами.

— Где Рэджинальд Элисанте? — регент обратился к одному из часовых.

— У бинокля, к северу по стене, в двухста метрах отсюда.

Изир шёл по широкому щиту мегалополиса Порта Огненного Моря, слева от него был красивый город, мирный и чистый, а по правую руку поле брани, огня и смерти, вздымающей в небо свой фатальный дух.

Министр обороны стоял, сложив руки на груди, с невозмутимым видом наблюдая за линией фронта. Гримми устремил взгляд в сторону пустыни. Он увидел крошечные горящие танки, бронетранспортёры, песок, поднимающийся всполохами от разрывов снарядов.

— Как обстановка?

— Мы уверенно держим позиции. Прогноз неплохой, за нашими стенами ещё две сотни крошеров, не выведенных в бой.

— Со стороны Мулсатора тоже могут быть не мобилизованные войска.

— Да, — министр развернулся, — поэтому исход этой войны ещё не определён. Вы искали меня?

— Я нигде не могу найти королеву. У меня появилась мысль, что она может быть здесь, — ответил Изир.

— Как, разве Вы не знаете?!

О чём он мог не знать? Этот вопрос заставил напрячься. Рэджинальд изумлённо повёл бровью:

— Королева отправилась на северную линию фронта.

— Этого не может быть… — Изир опешил. Он не давал ей таких распоряжений.

— Арина захотела подбодрить солдат и боевых командиров.

«Она с ума сошла? — Гримми задумался. — Этот козёл, Эдвин, он что-то сделал с девочкой. Возможно, разорвал нашу связь…»

Изир развернулся и поспешил вниз со стены. Его путь лежал во дворец, в темницы, в которых томился Чейз, через глухие тёмные коридоры с угнетающими потолками и тьмой, прореженной лампами дежурного освещения. Стражи кланялись регенту.

Даже если Арина больше и не под его контролем, она ещё не распорядилась о том, чтобы покончить с ним. Есть шанс, что какие-то отголоски многомесячного контроля не дают ей так просто отвязаться от него.

Регент приблизился к камере Эдвина. Она охранялась двумя стражами.

— Мне нужна будет ваша помощь. Заключённого здесь учёного и изменника нужно доставить в комнату для допросов.

Гримми отошёл в тень, стражи выполняли его приказ. Чейза заковали в наручные и ножные кандалы, судя по всему, разбудили. Он лениво ковылял, подгоняемый толчками ведущей его охраны.

«Да, эта комната не сравнится с той, в которой меня подвергал пыткам Клод Ван Хаутер со своей медсестричкой Жанной».

— Мне нужен врач, приведите кого-нибудь.

Через полчаса в пыточную был доставлен средних лет мужчина в очках, начинающий лысеть, в стареньком застиранном медицинском халате.

— Приковать заключённого к стене и раздеть.

После этих слов Эдвин полностью взбодрился, бросил свой осуждающий взгляд на Изира, при этом не сказал ни слова.

— Док, ничего, если я буду Вас так называть?

Врач растерянно кивнул.

— Так вот, Док, Вы будите мне ассистировать в дознании. А вас, — теперь Изир обратился к страже, — я попрошу охранять комнату с другой стороны и сделать так, чтобы нас не беспокоили.

Все повиновались.

«Теперь я по другую сторону. Я дознаватель, а не жертва. Но я не садист, я буду гуманным. Мне просто нужны ответы!» — обещал он себе.