Мы Люди
Шрифт:
Кофе был готов, завтрак зашипел в инфракрасной печке.
Кларк запустил ленту новостей. Обсуждали снова проблему биоников. Всех призывали к тому, чтобы увлечь, заинтересовать чем-то детей, развить у них творческие способности, пробудить интерес к созиданию, к жизни. Объявлялся конкурс на лучший проект.
Кларк выключил новостной дайджест, допил кофе, принял сегодняшнюю порцию витамин. Завтрак был окончен, пора было приступать к работе.
Пройдя камеру дезинфекции, Кларк надел чистый белый халат.
В лабораторию надо было спускаться по длинной винтовой лестнице. В старинном здании, которое теперь являлось жилищем Кларка, под лабораторию был отведен подвал. Комнаты с оборудованием, клетки с животными располагались в прохладных стенах этого доставшегося Кларку от института дома.
С той проблемой, о которой сейчас так рьяно твердили во всех новостях, Кларк был уже знаком. Ещё полгода назад перед всеми, кто имел хоть какое-то отношение к науке, была поставлена задача – найти способы изменить поведение созданных детей-биоников. Задача, не вызвавшая у Кларка ни малейшего энтузиазма. Уединившись в этом давно опустевшем доме, он большее количество своего времени посвящал исследованиям медикаментозного влияния на поведенческие реакции животных. Но тут вдруг, три месяца назад, ему поставили особую партию подопытных. Белые крысы, пришедшие в контейнере с печатью медицинского комитета, были, как и люди-бионики, получены искусственным путем. Это означало, что Кларку предоставили материал для работы над проблемой низкой эмоциональности биоников. Крысы во всём были похожи на них. Кларк мало имел дела с биониками-людьми, своими детьми он обзавестись ещё не успел, однако после первых же тестов пришедшей партии животных, он записал в своем журнале: «Слабый ответ на внешние раздражители, отсутствие стандартных поведенческих реакций». Кларк долго и не без интереса разглядывал новых крыс. Все они были сильны и здоровы, но его обследование говорило о том, что полученные тем невероятным способом, которым рождаются теперь все дети, эти животные унаследовали все издержки новой технологии. Никогда Кларк не видел столь пассивных крыс. Те экземпляры, которых обычно он использовал для своих опытов, даже под воздействием наркотических веществ вели себя активнее, чем эти.
Сегодня Кларк собирался опробовать на этих крысах новый препарат. Он открыл журнал и посмотрел на список медикаментов, с которыми уже ставил опыты. Более двадцати наименований. Кроме того, на крысах были испробованы такие технологии, как воздействие электромагнитного излучения и ультразвук. Ничто из того, о чём теперь свидетельствовала соответствующая запись в журнале, результатов не дало. Крысы-бионики были тихи и малоподвижны. Они оставались безучастны ко всему и только изредка, чтобы поесть, подходили к кормушкам.
Признаться, опыты с этими экземплярами Кларку уже порядком надоели. Поставленную перед ним задачу он и раньше считал для себя бесперспективной, а уж теперь ему больше всего хотелось вернуться назад, к прежним своим исследованиям, а не тратить время на то, чтобы раскачать малоподвижных присланных ему медицинским комитетом биоников-крыс. Кларк достал из шкафа ампулы с приготовленным им накануне раствором, поставил соответствующую отметку в журнал и, слегка помедлив, наконец, открыл дверь в помещение с клетками подопытных.
Шум работающего андроида-манипулятора Кларка насторожил. Кларк его не включал. Робот достался ему старый, и использовал его Кларк исключительно для захвата из клетки необходимых животных. Прикасаться к подопытным самому было, подчас, делом небезопасным. Андроид работал. Пронося свою руку в воздухе, он резко опускал её в клетку, замирал в пяти сантиметрах от дна, потом водил ею вправо-влево, делал захват пустого воздуха, поднимал руку вверх и её разжимал. Так продолжалось от раза к разу. Манипулятор пытался найти зверя и его схватить. Но что в это время делали крысы? Это было удивительно! Кларк сначала не поверил своим глазам. Он включил яркий свет и подошел ближе. Сетки, образующие внутренние перегородки клетки, были перекушены. Звери собрались вместе и теперь пытались манипулятор обмануть. Активно двигаясь, они предпринимали явно командные действия, благодаря которым каждый раз манипулятор поднимался ни с чем. Фантастика! Крысы проявляли невероятную сноровку и прыть!
Кларк побежал снова к электронному журналу. Он проверил, какой последним вводил им препарат. К его удивлению, последним был медикамент, очищающий организм от прочих. Это означало, что крысы были идеально подготовлены к следующему эксперименту и не могли находиться под действием каких-либо веществ.
Кларк поспешил вернуться к зверям. Манипулятор продолжал работать, Кларк не желал его отключать. Он ринулся проверять записи камер. Получалось, андроид включился больше пяти часов назад. Это старый аппарат, в котором, видимо, замкнуло одну из цепей, сделал немыслимое. Крысы на записи из камер вели себя спокойно до тех пор, пока манипулятор не стал хватать их одну за другой и, разжимая пальцы в воздухе, бросать вниз. Теперь зверей было не узнать. Их как будто подменили. Кларк медленно опустился на стул. Вот оно! Все его эксперименты, все опыты прочих ученых разбивались об одно только слово «опасность»! Вот что превращало лабораторных животных, привыкших жить в комфортных условиях, в обычных зверей! Да ещё каких активных! Кларк с удивлением разглядывал остатки той проволоки, которою перекусили крысы! А их совместные маневры, призванные обмануть андроид, вызывали восхищение!…
Кларк отключил аппарат! Тот застыл прямо с опущенной рукой в клетке. Звери сначала опасливо обходили его, но потом, увидев, что андроид неподвижен… Крысы, те самые, которые всего сутки назад не желали лишний раз пошевельнуться, начали нападать. Ловко атакуя, они терзали старенький андроид.
Глава 15
– Эри, давай руку, иди сюда!
Любимов помогал выбраться девушке из аэролета.
Эри ступила на зеленую траву.
– Посмотри, ты только глянь, как красиво! – продолжал вести за собой девушку Любимов. – Тебе нравится?
Эри посмотрела на раскинувшийся у её ног пейзаж. Покрытые зеленью склоны Греции спускались к гладкой синеве моря. Яркие крыши прибрежного городка виднелись вдали.
Эри и Любимов стояли на самой вершине горы, так близко к небу, что казалось, стоит поднять руку, и какое-нибудь заблудившееся на небе облачко будет задето ладонью.
– Тебе нравится? – произнес Любимов.
– Здесь красиво… – сказала Эри, задумчиво глядя вдаль.
Там, на верхушках гор, виднелись оставшиеся от прежней жизни мачты ветряных генераторов. Проступившая от долгого простоя механизмов ржавчина ещё не успела полностью скрыть изначально белый цвет их лопастей.
– Да, красиво, – подтвердил Любимов. – Эри, я хочу, чтобы и ты, и твои потомки, и их потомки наслаждались этой красотой. Мы уже и так слишком многое утратили. Ты помнишь Нью-Йорк? Тот город, в который мы летали на прошлой неделе.
– Очень хорошо помню, – ответила Эри. – И Нью-Йорк, и Лондон, и Токио. Такие огромные города…
– И все они сейчас практически пустынны, – с грустью констатировал Любимов. – Эри, нельзя допустить, чтобы человечество погибло. Ты же видела старинные постройки, замки, храмы. Ты видела музей… Люди жили, творили, создавали, пытались сделать этот мир лучше и оставить в нем свой след. Ты тоже должна научиться радоваться жизни.
– Сергей Владимирович, я пытаюсь. Но я много не понимаю… Я не понимаю, для чего здесь я, в чём моя миссия, что мне делать?
– Пока ничего, Эри, – засуетился Любимов. – Смотри на всё это, отдыхай, наслаждайся. Я ещё столько всего запланировал. Я многое тебе покажу. Послезавтра мы полетим в Париж. Ты даже представить не можешь, какая там красота. Это большой город и не заброшенный, там живут люди. Будем гулять по городу, я покажу тебе Лувр, Версаль… А потом полетим в Италию, в Рим. Представляешь, там тоже ещё многое сохранилось. Я свожу тебя в оперу, в театр. Ты увидишь всё то, чем наслаждались раньше люди. Сейчас это искусство возродили. Правда в постановках пока задействованы андроиды, но всё равно, ты увидишь то, чего не видела раньше…
– Сергей Владимирович, спасибо вам, – Эри робко дотронулась до его руки.
Любимов вздрогнул. Никогда раньше Эри сама не протягивала к нему руку. Ладонь девушки оказалось не холодной, как обычно, а теплой.
– Мне столько тебе нужно ещё показать, столько ещё нужно показать… – стал твердить Любимов.
Он давно разработал план. Любимов собирался вдохновить Эри достижениями человеческой цивилизации. Он хотел показать этой девочке весь мир. Любимов верил, что творения человеческих рук и красота природы, вдохнут жизнь в это его любимое хрупкое создание, в Эри. А после этого можно будет увлечь и других…