Чтение онлайн

Монон покачал головой:

— Это не сработает, малыш.

— Тогда что сработает? Мы просто сидим сложа руки и принимаем, что нас завоевали? Целуем их в зад и ничего не делаем? Это и есть генеральный план великих Шулка?

— Никому не нравится эта ситуация. Кое-что происходит. Вещи, о которых ты не знаешь. Миссии, которые подвергаются риску из-за твоих действий.

Дрен был поражен высокомерием этого человека — прийти к нему домой и сказать, чего он может или не может делать:

— Миссии? Так вы называете то, что сидите сложа руки и занимаетесь всякой хренотенью? Кучка бывших — кучка гребаных стариков — слишком напуганных, чтобы сказать бу Черепам?

— Происходит много такого, чего ты не знаешь — не можешь знать. Ты должен довериться мне в этом.

— Никогда не доверяй Шулка, вот что говорил мой отец, и он был чертовски прав.

— Дрен... — сказал Монон, и на его лице появилось то выражение, которое бывало у его отца, когда Дрен снова попадал в беду. — Не будь таким. Не усложняй ситуацию. Ты же не хочешь, чтобы мы были и твоими врагами. Мы должны быть на одной стороне.

— На одной стороне? — Дрен выплюнул эти слова. — Когда это Шулка были на нашей стороне? Вы веками обращались с нами как с грязью, хвастаясь тем, что считаете себя чертовски лучше остального мира. Властвовали над нами, рабами. Забирали наши деньги. Вам всегда нравилось быть правящим классом. Правда в том, что между вами и Эгрилом нет большой разницы.

— Наш долг — защищать простых людей Джии. Мы посвятили себя...

— То-то и оно, — крикнул Дрен. — Вот что вы думаете о нас — «простые люди». Как ты думаешь, скольких из нас, «простых людей», Шулка убили за эти годы из-за какого-то предполагаемого оскорбления вашей чести? Может быть, какой-нибудь бедный дурак недостаточно быстро или низко поклонился, когда вы проходили мимо него по улице, а затем появлялся меч, и еще один из «простых людей» оставался умирать на улице.

— Ты преувеличиваешь.

— Пошел ты к черту. — Дрен смерил ублюдка взглядом. Он его не боялся. — Ты знаешь, что в ту ночь, когда вторгся Эгрил, один из твоих чертовых Шулка собирался отрубить мне голову? Просто потому, что он не мог понять треклятую шутку. Спроси меня и я скажу: я рад, что Эгрил поставил вас, самодовольных ублюдков, на место. Теперь вы не чувствуете себя таким возвышенными и могущественными, вы выпрашиваете объедки, как и все мы, ага? На одной стороне? Я плюю в твою гребаную сторону. Шулка, Плачущие Люди, Ханран, Эгрил — вы все для меня одинаковы. Вы все хотите трахнуть «простых людей». — Он стоял с ножом в руке, достаточно возбужденный, чтобы надеяться, что шулка сделает какую-нибудь глупость. — Тебе следует сейчас же уйти.

Монон неторопливо поднялся на ноги, делая вид, что не боится Дрена. Он стряхнул немного пыли со своих брюк, как будто у него было все время мира:

— Дрен, нам нужно работать вместе, если мы собираемся победить Эгрил, а не драться друг с другом.

— Нам не нужен никто. Мои люди разберутся с Эгрилом — рассчитывай на это. Просто возвращайтесь в ту дыру, из которой выползли, и ждите там, пока все не закончится.

— Джакс все еще хочет встретиться.

Дрен ткнул ножом в направлении Монона:

— Скажи ему, чтобы пошел нахуй.

Монон направился к лестнице:

— Джаксу это не понравится.

— Мне насрать, что ему нравится. Скажи ему, что прошлое принадлежало ему, и он все испортил. Будущее принадлежит нам. И мы будем делать то, что хотим.

Монон рассмеялся:

— С нетерпением жду, когда ты скажешь это Джаксу в лицо.

— Можешь сказать ему, где я живу.

— Он знает. — С этими словами Монон ушел.

— Ты уверен, что это было разумно? — спросил Квист, как только они остались одни. — У нас и так достаточно проблем. Затевать драку с шулками?

— У них был свой шанс. Сколько эгрилов мы убили? А?

— Хрен знает. Двадцать, может быть? Я перестал считать.

Дрен схватил Квиста за воротник и потащил его к штабелю шлемов.

— Я сохранил шлем с каждой головы, которую мы взяли. — Он пнул один, и тот покатился по полу. — Мы убили тридцать четыре Черепа. Тридцать четыре! Только мы. Так зачем нам нужно разрешение Шулка или Ханрана, чтобы продолжать? Пошли они к черту. Мы просто будем продолжать убивать Черепов, пока они не сдадутся и не разойдутся по домам. Если Шулка будут мешать, мы просто добавим еще несколько крестиков на доску.

— Да, Дрен, отлично. — Квист отступил назад. — Я пойду позову остальных. Лучше не тратить еду впустую.

— Конечно. — Дрен провел пальцем по верхушкам шлемов. Он без проблем убил бы Джакса, если бы потребовалось.

17

Тиннстра

Айсаир

Взрыв сбил Бериса с ног и отбросил его на десять ярдов назад. Он ударился о землю и подпрыгнул, раз, другой, прежде чем скользнуть и остановиться. Из дыры в его груди повалил дым. В воздухе запахло горелой плотью. Нога Бериса дернулась, а затем замерла. Тиннстра смотрела, как умирает ее брат, и все еще не могла в это поверить. Не Берис. Идеальный Берис.

У него не было ни единого шанса. Не против Избранного. Ее брат мертв. Берис мертв.

Милостивые боги, нет. Нет. «Нееееееееееееееет!» Она выкрикнула это слово, позволила ему вырваться из ее нутра вместе со всем страхом и ужасом, которые она держала в себе в течение шести месяцев. Ее горло сжалось от боли. Как они могли убить Бериса? Я только что его вернула.

Череп схватил ее за руку и отвесил пощечину. Тяжелую:

— Заткнись.

Из-за боли слезы потекли быстрее.

Избранный повернулся и посмотрел на нее. В его глазах не было ничего. Никаких эмоций. Дубинка затрещала в его руке, готовая к повторному использованию.

Угроза пронзила ее страх. Она получила сообщение. Заткнись. Живи. Убирайся. Тиннстра проглотила свои крики. Она хватала ртом воздух, слезы и сопли текли по ее лицу. Она попыталась сделать шаг назад, подальше от Черепов, Избранного, брата, но солдат крепко ее держал. Они не давали ей уйти. Черт, они собираются меня арестовать. Берис умер ни за что. Она снова посмотрела на его обугленное тело, чувствуя, как поднимается желчь. По крайней мере, его смерть была быстрой. Ее смерть будет медленной и мучительной. Клянусь четырьмя богами… У меня нет его силы.

Избранный держал ее бумаги в другой руке. Он посмотрел на Тиннстру, затем на ее пропускное письмо, прежде чем вернуть его охраннику и пренебрежительно махнуть рукой.

Тиннстра стояла, потрясенно уставившись на него.

— Двигайся, — сказал Череп со своим сильным акцентом, протягивая ей письмо, но слова прозвучали как-то странно для ее ушей. Не имели смысла. Двигаться дальше? Они ее отпустили? Берис только что умер, и они ее отпустили?

Он сунул бумаги Тиннстре и подтолкнул ее. Она схватила их и прижала к своему телу, чтобы не уронить. Каким-то образом она заставила свои ноги работать и, спотыкаясь, сделала шаг вперед, потом еще один, потом еще. Проходя мимо барьера, она ожидала, что в любой момент ее позовут обратно или она почувствует, как в нее вонзается копье. В конце концов, именно так обычно и поступали эгрилы. Но каждый шаг уводил ее все дальше, и никто ее не окликнул, и ни одно копье не вонзилось в ее тело. И вот она пошла дальше, оставив Бериса мертвым на улице, от его тела поднимался дым.