Чтение онлайн

— А может, тут весь лес опасен, ты об этом подумал, дитя природы? — спросил Йен. — Леса бывают разные, знаешь ли. Этот не обязательно такой же дружелюбный к тебе, как другие.

— Лес не дружелюбный, — сказал Нивен, не оборачиваясь. — Лес — это лес. Всегда. Я бывал в разных, я знаю.

— А вот в этом — нет, — напомнил Йен, — в этом не бывал! Может, тебе постоянно кажется, что вокруг опасно, потому что так и есть? Знаешь, кому этот лес когда-то принадлежал? Тэхэ!

— Все леса принадлежали Тэхэ, — дернул плечом Нивен. — Хватит говорить. Идем.

— Да иду я, иду!

— Но говоришь.

— Что если в этом лесу всё иначе, а? Что если здесь остались какие-то ее… Ну, не знаю… Чары, жизненные силы, дальние родственники… Ты же знаешь, что она с кем только ни роднилась, да? Ты же читал легенды!

Нивен обернулся, полоснул взглядом. Уточнил:

— А ты вспомнил?

— Я много чего вспомнил. Но так… Смутно. Зато точно знаю, что Тэхэ не хотела бы впускать меня… Затхэ… а значит, и меня… к себе в леса. Может, у нее тут охрана какая-то? Может, нам лучше выйти?

— К людям? — спросил Нивен.

— К людям, к троллям, к гномам… кто у них тут водится? Вот к ним и выйдем!

— И ты не полезешь драться?

— Если они первые не…

Нивен резко остановился и круто развернулся, и Йен в него чуть не врезался.

— Они не начинают первыми, — тихо сказал Нивен. — Всё начинаешь ты. Не можешь защитить себя. Но лезешь на рожон. Как будто это игра. Как будто это весело.

— Но…

— Это не шутки! Хватит! — Нивен приблизился в упор и очень четко проговорил. — Не. Трогай. Людей.

Направился вперед.

Йен разозлился. Да черт возьми, что он сделал не так? Что он опять сделал не так?!

Почему опять нельзя к людям?!

— Идем! — позвал Нивен, оглянувшись через плечо.

— “Не трогай людей”! — передразнил его Йен и двинулся следом. — Твои люди, если хочешь знать, сами кого хочешь тронут. А потом догонят и еще раз тронут! Может, монстрам все же можно хоть иногда за себя постоять, а?

— Постоять? — переспросил Нивен. — Постоять за себя?

— Ну естественно… — сокрушенно вздохнул Йен, пробормотал себе под нос. — Как же тебе еще объяснить… — и заговорил преувеличенно громко, чтоб его точно услышали. — Переспрашивать — это не разговаривать! Даже если переспросить дважды!

— Ты не можешь... — сказал Нивен, помолчал, но объяснил все-таки мысль. — Постоять за себя.

“Помнишь? Сколько можно быть шутом и слабаком? — очень четко прозвучал вдруг в голове собственный голос. — Ты же Затхэ! Над тобой издевается полукровка, а ты молча слушаешь!”

— Кажется, у меня проблемы… — пробормотал Йен себе под нос.

— Неужели? — хмыкнул Нивен, который, зараза, своими эльфийскими ушами всё слышал. — Только понял?

Йен сощурился ему вслед и скорчил рожу. Глаз-то на затылке у него нет.

Вдалеке крикнула птица. Снова не по-птичьи.

Снова голосом Тэхэ.

***

Сорэн не любила леса Тэхэ. Тут всё было пропитанное ею. Ее голосом, ее запахами, ее силой.

Влажный липкий воздух навязчиво касался щек, обволакивал руки, сжимал горло. Птицы выкрикивали что-то отрывистое вслед, наверняка обидное, если понимать их речь, как понимала Тэхэ.

Сама же Тэхэ часто молча сидела на мокром бревне, перекинутом через быстрый ручей. Ручей прыгал на камнях и плескал прозрачными брызгами на бревно да на платье, а ей, рогатой, — хоть бы что.

— Чего пришла? — спросила как-то Тэхэ.

Как сидела, глядя вдаль, ровная, гордо несущая свои тяжелые лосиные рога, так и не шелохнулась. И взгляда не бросила.

— Пришла просить тебя остановиться, — сказала Сорэн. — Все знают, что ты делаешь здесь, но притворяются, будто не замечают. Ты ведь Тэхэ, рогатая, своенравная, и дикая. Но, сестра, пришла пора остановиться. После всего... После Затхэ... Больше закрывать глаза мы не можем. Я — не могу! Это важно не только для меня — для всех нас. Неужто беда Эйры — наша общая беда — так ничему тебя и не научила?

Тэхэ все-таки повернула голову. Посмотрела серьезно, внимательно. Тэхэ не Эйра. Не щурится на свет — глаза всегда широко раскрыты, всегда внимательные, влажные, как у ее ланей да олениц. Как влажно здесь все вокруг.

— И что же я делаю? — спросила Тэхэ. — На что ты не можешь закрывать глаза? Чему меня должна научить беда Эйры, скажи, сестра?

— Мне нужно говорить это вслух? — поморщилась Сорэн. Ей даже произносить не хотелось. Но Тэхэ все так же прямо и влажно смотрела в глаза. Ждала.

И Сорэн сдалась:

— Ты плодишь монстров, — тихо сказала она, — любишься со своими зверями, а потом что рождается… все в лесах остается. И опять плодится. Ты знаешь о запрете, о том, что нельзя смешивать кровь. Тем более — нашу кровь. Божественную, золотую! И то, что ты делаешь… это отвратительно мне, сестра, едва ли не больше, чем сам Лаэф с его змеями, а ты знаешь, как я ненавижу его.

— Кто сказал тебе об этом? — спросила Тэхэ. Глазом не моргнула. Ни один мускул на лице не дрогнул. Не шелохнулась.

— Да все знают! — развела руками Сорэн. — Все! Твои птицы поют о твоей плодовитости, твои звери кричат о ней, твои дети расползаются по лесу и уже трудно не наступить ни на одно из них, пока идешь.

— Ты не понимаешь моих птиц, — улыбнулась Тэхэ, — не понимаешь зверей. И да, дети мои есть, их много, но кто сказал тебе, что я мешаю кровь со звериной?

— Бро-ось… — протянула Сорэн.

Что за глупые отговорки? А с кем еще миловаться рогатой? Кто еще захочет прийти к ней сюда?