Чтение онлайн

Или может, их издали выгнали? За шумность?

Еще за одним столом собралась компания чешуйчатых и зеленых. Ни дать ни взять — очеловеченные виверны, только зеленые. Из того самого болота, наверное, и выползли. Болото, значит, сохнет, а они быстренько человеческую форму принимают — и сюда ползут.

У противоположной стены сдвинули несколько столов — там пировали гномы. Йен на всякий случай решил не присматриваться и вообще отвернуться. Вдруг — опять же — даарские. Он-то гномов друг от друга не отличит, а они его, гады, еще возьмут и узнают.

Конечно, насчет репутации Рэя в Дааре — это он перегнул палку. Никто там не узнает о том, что случилось, если Рэй сам не разболтает. А учитывая, что из Рэя обычно и слова не выдавишь… Нет, никто не узнает. Что до историй, которые ходят по Н’ваго, то героем этих историй никогда не был младший принц Даара Шайенн. Там был какой-то Йен, а мало ли Йенов водится на материке?

В общем, от сказаний Рэй не пострадает, а вот если какой даарский гном Йена вживую признает — тогда гномы могут прийти и напрямую спросить: "Чего это ваш младший шляется где попало? И не он ли был Зверем, которого вы героически гоняли пару лет назад? И что, не догнали?"

“Интересно, они там думают, что догнали? Меня считают мертвым? — задумался Йен. — Что именно сказал Рэй обо мне?”

Впрочем, Рэю ничего не угрожает в любом случае. пока Даарен сидит на троне — Рэю ничего не угрожает. Ну, пойдет какой-нибудь слушок. Ну, развеется потом, как это всегда бывает: в Дааре не любят сплетничать.

Рэй будет в порядке.

Если только та фраза не касалась Даара. Фраза, услышанная в северном порту, которая до сих пор не давала покоя. И это вовсе не Нивен переживал о Рэе, в чем обвинил его Йен в недавнем разговоре.

Нивен вообще редко переживал.

А сейчас еще и локтем толкался.

Йен вопросительно покосился. Нивен кивнул на только что освободившийся стол. Бросил:

— Не надоело стоять? — и двинулся туда.

Стол был хорошим, большим и действительно пустым — оттуда даже грязную посуду очень быстро убрала милая барышня с подносом. Стоял стол, конечно, слишком близко к шумной косматой компании, и может как раз потому так быстро освободился. Но в той компании — раз, два, три... шесть человек. По трое на каждого, если что.

Справятся.

Йен ухмыльнулся и зашагал следом, прикидывая мысленно с кого начинать, если вдруг что. Начинать обычно нужно с самого здорового, так? Значит, здесь начать нужно… с любого.

Нивен скользнул за стол, уселся спиной к здоровякам, расслабленно, демонстративно не обращая на них никакого внимания. Откинулся на спинку лавки и вытянул перед собой скрещенные ноги. Йен сел напротив, щелкнул пальцами, подзывая ту саму милую барышню. Барышня была совсем юной, а когда улыбалась — то вовсе казалась совершенным ребенком. Худощавая, в слишком коротком легком платье — неприлично коротком, сказали бы в Дааре.

“В общем, — подумал Йен, широко улыбнувшись подоспевшей девахе, — хорошо, что мы не в Дааре”.

Она нахмурилась, неуверенно уточнила:

— Вы постояльцы?

Кажется, просто так зайти с улицы и сесть за стол здесь было нельзя.

“Мертвых убить тоже было нельзя, — мысленно фыркнул Йен. — И ничего, справились…”

— Будущие, — мягко ответил он девчушке. — А пока мы ждем друга и проголодались после долгого пути.

— Но мест нет… — продолжала хмуриться она.

— Для нас — найдут, — проникновенно и очень многозначительно пообещал Йен. Девчушка не обратила внимания на многозначительность, вместо этого серьезно спросила:

— Кого вы ждете?

“А и правда, — задумался Йен. — Кого мы ждем? — мысленно возмутился. — Вот гад! Мог бы и представиться!”

И уверенно заявил:

— Он — точно постоялец!

Какой-то крупный парень, расслабленно подпирающий стену у входной двери, скрестил руки на груди и пристально уставился в их сторону. Возможно, местная охрана?

"Нужно срочно убеждать, — решил Йен. — Пока не заинтересовали его еще сильнее".

Но не успел, потому что встрял Нивен.

— Он не назвал имени, — сказал тот вдруг и поднял на девчонку взгляд. Нивен говорил тихо, ровно, в общем, как всегда: обрывистые глупости себе под нос. — Был напуган. Просил помочь. С сохнущим болотом. Мы пришли помочь.

Но взгляд у девчонки вдруг поменялся. Сначала она удивилась — будто только что заметила, что Нивен здесь тоже сидит. Потом всмотрелась в его глаза. Потом вдруг серьезно кивнула и так же тихо спросила:

— Что вам принести?

— Вина! — тут же ответил Йен. — Еды! Побольше и с мясом!

Это эльф мог неделями ничего не жрать, даром что стал почти человеком, а Йен устал уже от сушеных корней, воды из фляг, сухарей и прочей дряни, которую они таскали за собой в дороге.

Девчонка коротко покосилась на него и вновь перевела взгляд на Нивена. Тот кивнул, и только тогда она, кивнув в ответ, ушла.

— Заколдовал! — восхитился Йен. — Эльфийская магия! — и понизив голос, уточнил. — Кошелек не спер?

Нивен ухмыльнулся в ответ, но как-то блекло, неуверенно. Он вообще странно реагировал на внимание со стороны женщин, которого теперь, с тех пор, как рожа стала не такой серой, было чуть больше. Чуть — потому что все-таки рядом находился Йен. Обычно женщины вели себя наоборот: слушали Йена, а коротко косились — на ушастого. Даже обидно немного сейчас: он же так улыбался этой девчонке, так улыбался… Нивен, в свою очередь, — даже не попытался. Впрочем, это и хорошо. Видел Йен, как он пытается улыбаться — лучше уж обычная кривая ухмылка, не так страшно.

Вот улыбнулся — и спугнул бы девку. А так — приглянулся.

Хотя все равно, конечно, неясно, с какого перепугу. Ну, может, у местных странные вкусы. Может, они и ящерицам тут глазки строят? Естественно, в таком случае Йен никак не вписывается в их представления о прекрасном. В отличие от ушастого.

“Это она его еще с серой рожей не видела, — подумал Йен. — Вообще влюбилась бы!"

— Зачем? — Нивен выгнул бровь. — Тебе мало денег?