Чтение онлайн

— Валяй. — махнул рукой.

— Ты действительно считал, что у меня была огромная задница? — провела пальцами по кромке пальто, пытаясь не покраснеть от того, что уже начала жалеть о заданном вопросе.

— Нет. — заржал в голос. — Полетаева, ты меня не перестаешь удивлять! Из сотен разнообразных вопросов ты выбрала про свой зад. С ума сойти! — кашлянул. — Он действительно был немного больше, чем у остальных, но выглядел классно. Я просто придирался. — признался.

— Благодарю. — я все же покраснела.

— Теперь моя очередь. — хмыкнул. — Я тебе нравился?

— Нет. — честно ответила.

— Почему? — искренне удивился. — Мне казалось, что ты на меня запала, когда я ловил твой взгляд.

— Нет. — закрыла лицо руками, недоумевая, какие там взгляды я на него кидала и как он умудрялся их ловить. — Какой кошмар! — протянула. — Долго ты так думал?

— Год. Выпускной класс, да, точно. — замолчал, сосредотачиваясь на дороге. — Приехали. — оповестил буквально через три минуты. Через лобовое стекло посмотрела на клинику, как на врага народа, и судорожно вдохнула. Своими разговорами Илья смог меня отвлечь, но как только он замолчал, все вернулось на круги своя.

Пока я думала о своей несчастной судьбе, он успел выйти из машины и теперь, открыв дверь, ждал, когда я соизволю выйти.

— Юль, ты идти можешь? — обеспокоенно спросил, когда я в очередной раз пошатнулась, вылезая.

— Все нормально. — уверила, но тут же поскользнулась и чуть не упала, благо сегодня меня не только покалечили, но и спасли. — Спасибо. — пробурчала, зажатая сильными руками.

— Горе ты луковое. — по-доброму пожурил меня и, придавая устойчивое положение, повёл в клинику. — Посиди пока. — не пойми откуда достал мой паспорт и пошёл в регистратуру.

Паника заползала удушливыми нитями. Видимо рядом располагалось стоматологическое отделение, раз этот специфический запах сразу вдарил мне в нос. В воображении сразу начали рисоваться картинки, как меня сверлят, как течёт кровь, как что-то выдирают. Только начала перечислять, а уже на грани потери сознания.

— Юль, пойдём, нам на второй этаж. — вернулся Илья. Несчастно посмотрела на входную дверь, а потом на Левжинского. Соберись, Юля, соберись! Что за детский сад?! Ох, если бы это работало…

— Что-то ты совсем раскисла. А такая боевая была. — заключил в объятия, пока мы ждали своей очереди. М-да, в декабре даже на платный рентген есть толпа. — Все хорошо. — провёл рукой по спине. — Сейчас быстренько сделаем снимок, потом к травматологу и домой. Возьми, попей. — протянул стакан воды.

— Спасибо. — пробормотала, пытаясь освободить мозг от всего. — Расскажи что-нибудь.

Илья оправдал мои надежды: все полчаса, что мы прождали рентген, он развлекал меня всеми возможными способами. И нет, мне не стыдно! В конце концов, это из-за него мне пришлось столкнуться со своими кошмарами.

— Я подожду тебя здесь. — ободряюще улыбнулся и буквально впихнул меня в кабинет. Дверь закрылась, и из меня будто весь воздух выкачали. Мысленно надавала себе отрезвляющих лещей и стала слушать указания врача. Несколько минут, что я провела внутри, показались для меня бесконечными часами внутри сырой темницы, честно, без преувеличений.

Получив снимок, мельком глянула на свои руки и впала в ступор: бордовые следы от ногтей на ладонях были слишком отчетливо видны. За этим занятием и застал меня бывший одноклассник. Нахмурился, повертел мои кисти в руках и строго прорычал:

— Если продолжишь в том же духе, то тебе придётся посетить и процедурную, чтобы обеззаразить раны. — его аргумент возымел на меня невероятное действие, и до конца нашего пребывания в больнице я просидела, сложив руки на коленях.

— Идём, — позвал, когда травматолог назвал мою фамилию. «Перед смертью не надышишься!» — последние десять минут повторяю себе как мантру. — Юль. — повторил и протянул ладонь. Доверчиво вложила в неё свою, словно цепляясь за последний кусочек проваливающейся под ногами земли.

Илья не отпускал меня все то время, что врач проводил повторный осмотр, изучал снимок и давал рекомендации. Только выйдя на улицу и вдохнув свежий, морозный воздух, я наконец-то успокоилась.

— Сходишь в аптеку? — попросила. — У меня дома совсем ничего из списка нет. Я заплачу. — потянулась за кошельком в сумку, но наткнулась на злой, даже оскорбленный взгляд. — Я поняла. — примирительно заключила тихим голосом.

— Я рад это слышать. — кивнул. — Давай ты посидишь в машине, а я схожу по-быстрому. — сунул мне ключи в руки.

— Не боишься, что угоню? — ухмыльнулась, покрутив на пальце брелок от новенького мерседеса.

— Нет. — довольно протянул. — У меня твой паспорт. — победно оскалился и ушёл.

— Идиот. — хихикнула и залезла в салон.

— Держи. — протянул пакет с медикаментами и бутылку воды. — Вот это нужно выпить сейчас, а это через два часа. Запомнила? — уставился на меня в ожидании утвердительного ответа. Кивнула, прочитав в его взгляде удовлетворение.

— Теперь диктуй адрес. — достал навигатор. — Так, через час будем. — вынес вердикт. — пробки.

— Выздоравливай. — пожелал, когда я открыла дверь квартиры. — Через три дня жду тебя в половине десятого для повторного собеседования. — подмигнул.

— Илья, давай не тратить время друг друга. — протянула. — Мне правда следует подыскать другое место, но предложение насчёт хорошего финансиста все ещё в силе.

— Я все сказал. Жду тебя в девять-тридцать. До встречи. — прожег подавляющим взглядом и уехал на лифте вниз.

— Пока. — попрощалась с пустотой и прошла домой.

Спустя время, вечером, слегка оклемавшись, я все же позвонила маме. Полтора года назад эта удивительная женщина огорошила меня новостью о том, что она встретила любовь всей свои жизни и собирается переехать в Бельгию. Сказать, что я была в шоке — ничего не сказать. Мы никогда до этого не расставались на такой долгий срок: нас никогда не разделяло несколько городов, что уж говорить о странах.

Эден оказался хорошим мужчиной и, так сказать, отдавать маму ему в руки было не жалко: прекрасно чувствовалось, что он готов пылинки с нее сдувать. Несмотря на эгоистично подкрадывающееся глупое чувство, что мама бросила меня, я прекрасно понимала, что уже взрослая девочка и сама несколько лет живу отдельно, и не имею никакого морального права красть у собственной матери ее выстраданную любовь. Папу я не знала, а мама никогда не любила говорить о нем. Все просто: молодой человек, узнав, что его девушка забеременела, мгновенно исчез со всех радаров.