Чтение онлайн

Банкир на самом деле любил только одного человека, это себя. Но общество в большей степени патриархальное в таком гангстерском и масочном городе как Броктон Бей такое самолюбие воспринимало в штыки. Чтобы не сильно возбуждать это общество он всем говорил, что любит своих детей.

Я повернул банкира к стене лицом, заглушил звуки в сфере вокруг себя, одна из разработок для переговоров, пришлось переместить к моему фантому один из кусков стекла подобранных мной под стабилизаторы. Взял за левую руку писал банкир правой и потянул за его мизинец не с первого раза, но мне удалось оторвать ему палец, он кричал, плакал, молил, но я был безмолвен. Я оторвал две фаланги у пальца, но и третья фаланга была повреждена, в принципе мне бы подошла, и отсечь одну фалангу, но он сильно прогневил меня и я решил дать выход этому гневу.

Он не верил в то, что я могу читать его мысли, он считал, что это какой-то трюк, он читал, что ни одна из масок не может читать мысли. Это говорило о том что, скорее всего с этим миром что-то не так, один ребенок на тысячу в моем мире рождается со способностью читать чужие мысли или эти способности легко развить, а тут на несколько миллиардов ни одного урождённого мага разума.

– Вижу мне демонстрации того что я могу сделать с твоей плотью не избежать. У тебя есть шесть детей четыре мальчика и две девочки.
– Он считал, что у него есть всего двое детей мальчик и девочка.
– Нет именно шесть, а не двое, мальчик и девочка, как ты считаешь, - вот тут он сначала побледнел, но потом посчитал рассчитанной атакой, его ни что не пронимало.

Сосредоточившись на его плоти, я нашел самую ощущаемую точку, это оказался парень, и я его перенес сюда. Паренек лет двенадцати где-то сидел и при переносе упал. На нем была свободная одежда из джинсовой пары, и за спиной рюкзачок не давший удариться головой о ножку стола. Визуально он не походил на своего отца, у отца было круглое пухленькое личико, а у парня вытянутое лицо с острым подбородком и ни грамма жира. Большие голубые глаза парня контрастировали с серыми заплывшими складками глазами щелочками отца. Но я мог поклясться, что мальчик сын этого Мэтью. А вот ни он, ни его сын друг друга не узнавали. Мальчик вообще отполз и прижался к столу своим рюкзаком со страху.

– Мальчик тебя как зовут?
– Обратился я к нему.

– Френк Грэм, сэр, - у отца на этого ребенка не было никакой реакции.

– А маму как зовут?

– Айрин Дреннан, сэр.

А вот тут его пробила память да эту девку он имел. Он по молодости был большим шалуном, принимая девушку на работу, он пытался затащить её к себе в постель. И если раньше не пропускал ни одной юбки, то в последнее время этим грешил гораздо меньше. Эта же женщина была его любовницей, несколько лет у неё был муж и поэтому он её редко трогал. А потом перевел по её просьбе заведующей в другой офис близко от дома.

– Паренёк ты тут погуляй, мне с твоим отцом надо некоторые проблемы урегулировать.
– Сказал я испугавшемуся мальчику, указывая на угол с флагами.
– Или вон можешь сесть на стул, только нам не мешайся. Я...

– Это не мой отец!
– Выкрикнул мальчуган, перебивая меня, и отскакивая к стене.

Пришлось провести нравоучительную беседу, схватив его за лацкан джинсовой куртки, я подтащил его к себе. Один удар без замаха и на его лице наливается красным отпечаток ладони моего фантома.

– Мальчик не перебивай взрослых дяденек, это может кончиться для тебя фатально. Так же ты должен быть со мной почтителен, и да хоть ты со своим биологическим отцом не похожи, но это он и есть. Я могу ручаться за это своим словом, а это дорого стоит. Ты всё понял?

– Да, сэр.

– Можешь погулять в кабинете пока мы с твои отцом решаем наши проблемы, садиться тебе теперь запрещено. Иди, гуляй!

Мы еще десять минут перепирались с этим банкиром. Хотя называть его банкиром было немного не корректно, он был старшим менеджером банка, у него был минорный пакет акций банка, но Дэвидсоны имели более шестидесяти процентов в их Восточном банке. Он оставался в этом отделении только потому, что тут очень хорошо платили, и была возможность воровать пенсии и пособия безработным. Что, в общем, то коррелировало с данными Выверта о том, что в городе живет около трех сотен тысяч человек, а за оставшиеся пятьдесят тысяч мэр со своей группой получает денежное вознаграждение. Он не хотел давать деньгами, а предлагал всякие выгодные условия за эти деньги. И я уже был склонен согласиться, как услышал: "Я хочу сообщить об параугрозе..."

Развернувшись на кресле, я в его лице увидел победную улыбку, что еще больше меня разозлило. Мобильный который он держал в руках, был перетерт в песок, а сам он отлетел в ту псевдо колонну и не очень-то разбился. Я решил добавить, отрывая ему яйца, а потом их тщательно перетерев в кашицу.

– Это второй твой залет. Деньги вернешь до цента все! Вира мне за обиду сто тысяч, контрибуция сто пятьдесят. Если через неделю на моей карточке не появится перевода от тебя в триста тысяч, их я вырежу на хер!
– Сказал я, тыкая в мальчишку.
– А если денег не будет и через две недели, я займусь тобой, ты сядешь на острый кол и будешь мучиться очень долго. А может сначала посажу тебя, а виру и работу взыщу с наследников.

А после на эмоциях подошел к нему, впихнул его в голову простой управляющий модуль. Убив его он, конечно, почувствует это не сегодня и не завтра, дней десять-двадцать продержится. Даже возможно получит некоторые плюшки в виде улучшения здоровья, от циркуляции по его жилам моей маны но, в конце концов, он услышит Бездну и умрет как человек.

Подхватил мою карточку, что лежала у него на столе, пин-код её я давно узнал "8564". Засунул её под пиджак моему фантому, туда же был, засунут лишенный крови кусок пальца менеджера, после чего я телепортировал себе их одной посылкой. А дальше под стенания толстяка о его несчастных детях, я начал вытягивать энергию из моего фантома тем самым делая его иллюзорнее, пока он не рассеялся хлопком.

Открываю глаза, а надо мной стоит Юрген, держит платок под носом, платок весь в крови и еще она поступает из носа. Пришлось лечиться, сам латать тела я не очень умею, я больше по созданию дыр не совместимых с жизнью, но залечить небольшую дырочку моих умений хватит.

– Спасибо Юрген нам надо уезжать, - сказал я, забирая у него платок, - я сейчас кровь остановлю.

– Может в больницу отвести кровь ни с того ни с сего течь не начинает?

– Пока маг жив, в сознании и у него есть мана, ничего с ним не случится, даже если простреляно сердце. Двигаем в школу, я уже на пять минут опаздываю, а насколько опоздаешь ты еще не ясно.

Надо сказать, что обе школы Каледон и Уинслоу были построены с разницей в один год. Тогда город рос просто не мыслимыми темпами, на своем пике он имел практически полмиллиона жителей. Это было как раз после того, как Бегемот уничтожил Нью-Йорк, весь грузопоток принял на себя Броктон Бей. Его рост шел года четыре пока не починили порты Нью-Йорка и тогда Броктон Бей стал конкурировать с Бостоном и Нью-Йорком. Но судя по тому, что специалисты из Броктон Бей переехали жить в Нью-Йорк после затопления танкера, это дело одной группы. А начавший излишне дергаться Маркиз, он имел в порту солидный кусок более сорока процентов собственности, был схвачен в обход правила "трех прегрешений" и "неписаных правил". Три прегрешения они конечно нашли задним числом, но вот вытирание "неписаными правилами" ни куда не исчезло.

Близняшки Каледон и Уинслоу были построены на пять тысяч человек, третьей близняшкой должна была стать Аркадия, но с ней почему-то проваландались несколько лет, а потом нужда в школе отпала. Но после ей сделали очень качественный ремонт и поставили клетку Фарадея, это было еще до затопления танкера, когда казалось еще немного, и вернутся старые добрые деньки. Да и хозяин четверти доков Всеотец очень быстро погиб получив отступное в виде Медхола, в котором у него до начало упадка было не более десяти процентов акций. Если тут жить оставаться надолго надо внимательно почитать, например мэра или еще кого-то из местной высшей мафии, иначе шанс получить снайперскую пулю растёт в геометрической прогрессии.