Мы родились и жили на Урале–реке...
Шрифт:
людей на улицах Уральска не было: всех объединило общее чувство
радости, восторга, гордости - за народ - победителя, за великую страну..
Кажется, в этот день все забыли (или не хотели вспоминать) те
горькие жертвы и страшные трудности, которые потребовала от них
война.. Уральцы повторяли одно - единственное, самое дорогое для всех
слово “ПОБЕДА...”
На центральной площади - трибуна. На ней - местные партийные
руководители. Ораторы сменяли друг друга, но их “стандартные”,
“газетные” речи никто не слушал... Горожане знали, что они говорили
“правильно”, “как положено”: об “организаторе наших побед - ленинской
партии”, о “великом и мудром вожде”, под руководством которого....” Все
давно известно, и ничего нового в словах местных руководителей не
было... С большей радостью уральцы слушали Москву: вечером по радио
прогремели артиллерийские залпы.. Столица салютовала, прославляя
народ - победителя...
До поздней ночи на площади звучала музыка.. Исполнялись
популярные в то время песни, девушки и юноши радостно танцевали и
весело смеялись, рядом с ними и пожилые люди чувствовали себя
молодыми... Я и Костя с некоторым изумлением смотрели на
возбужденных, улыбающихся людей, забывших свои необходимые
дела..
....Дома рыдала мама, вспоминая Гриню... В тот счастливый для всех
день она не могла не думать о старшем сыне...И, кажется, тогда
окончательно поверила, что он не вернется домой. Но смириться с его
гибелью мама не хотела: ”...За что?.. Такой молодой... Ведь еще совсем не
жил...Почему?.” Но никто не мог ответить ей на эти вопросы.. Мама знала,
что не услышит ни одного нужного ей слова.. Но так мечталось поверить в
светлое, радостное, так необходимое сердцу и душе...
207
1
... В разгар лета из Уральска группами стали уезжать эвакуированные.
Лишь немногие решили остаться в приютившем их городе. Видимо, этим
людям некуда или не к кому было возвращаться. Или они уже привыкли к
вольным степным просторам, к быстрому Уралу и небольшим речкам и
озерам на “бухарской” стороне?.. Остались в городе и промышленные
предприятия (как, например, заводы 231-й и им. Р. Землячки),
возвращение которых на старые места власти посчитали сложным и
дорогим делом..
Покидали город армейские части и военные училища. Вместе с ними
уезжали и молодые уралки, нашедшие свое личное счастье во время
войны. Так, моя двоюродная сестра, вышедшая замуж за офицера -
преподавателя училища связи, отправилась в Ленинград..
На улицах города теплой осенью появились первые солдаты -
фронтовики и “трудармейцы”. В основном, раненные бойцы и люди
старшего возраста . Среди них - братья отца (т. е. мои дяди), работавшие в
Магнитогорске, и наши соседи Василий и Харитон, счастливо прошедшие
войну. Несколько позднее в Уральске можно было встретить и более
молодых участников войны. На неделю заглянул в Уральск живший
недалеко от нас сверстник старшего сына летчик Виктор. К родителям “на
несколько минут забежал” старый приятель Грини - моряк Борис. Глядя на
него, мама вновь вспомнила сына и опять не сдержала слезы... ...Ночью
раздавались радостные крики и пьяные возгласы: родственники и друзья
отмечали возвращение фронтовиков. Около Кзыл - Тана, не обращая
внимания на ночную прохладу и ветер, постоянно толпились группы ребят
и девушек. Иногда вспыхивали шумные скандалы и быстрые драки:
молодые люди “возвращались” в полузабытое прошлое...Молодые
фронтовики выражали свое недовольство “прохладной” встречей на
родине. И пытались “восстановить справедливость” в бесконечных спорах
и коротких “стычках” со сверстниками, которые “отсиживались” в тылу и
“прикрывались” работой на военных заводах” - в то время, как они
“проливали кровь на фронте”. В ответ на обвинения рабочие справедливо
говорили о сложностях и трудностях жизни в городе, о строгих
требованиях к их “продукции”, холоде в цеху и пр.
Через пять - десять минут споры между молодыми людьми
прекращались. На разбитые носы и сломанные пальцы никто уже не
обращал внимания: ”...все это - ерунда и мелочь по сравнению с тем, что
все пережили в военные годы...” Конечно, парни и девушки были правы,
208
но никто из них еще не знал, какие новые, нелегкие проблемы поставит
перед ними мирная жизнь..
“Стражи порядка”, дежурившие рядом с кино - театром , не
вмешивались в жаркие разговоры - конфликты. Наверное, опасались, что
во время драки “нечаянный” удар достанется не только спорщикам, но и
им....
2
Жизнь после войны, бесспорно, должна была измениться.
Чувствовалось приближение нового. Но вряд ли кто- то решился сказать,
каким оно может быть. Уральцы, как и все советские люди, надеялись, что
их будущее станет обязательно светлым и счастливым.. ..
Время действовало на них успокаивающе. Уставшие от войны люди
верили, что “больше ее никогда не будет”, трагические испытания
недавних лет не повторятся и наступит - наконец - то !..- нормальная,
мирная жизнь. Но тысячи матерей и жен в городе и области не могли
жить спокойно: они еще не встретили своих сынов и мужей: “...Где они?..
Почему их не отпускают домой?.. Ведь уже мир...” В военкомате, куда
женщины не раз заходили, их привычно успокаивали: ”... Не приехал
сегодня?. Значит, прикатит завтра... Не бывает так, чтобы человек прошел