Чтение онлайн

— Может, свое прошлое? — несмело подсказала Фэй. — Вы говорили, что приезжали сюда в детстве. Не исключено, что те дни представляются вам как времена душевной чистоты, и вы надеетесь вернуть их вновь.

— Какая проницательность, просто поразительно! Надо опасаться ваших всевидящих глаз, — усмехнулся Денис, не отрывая взгляда от лица Фэй. — Но подозреваю, что вы правы, хотя я сам еще не до конца разобрался с этим. Я бежал от мира, который постепенно уничтожал меня, отравляя мое сознание. Не мог больше выдержать. Мне стал отвратителен тип, каким я чуть не стал, не менее, чем мир, окружавший меня. Я хочу снова верить в простые истины — чистоту души, благородство и доброту. Хочу верить в человека. Больше всего мне хочется любить людей и доверять им, не боясь попасть в смешное положение. Хочу просыпаться по утрам, не опасаясь, что многие из близких мне людей не доживут до вечера, так как их разорвут в клочья бомбы или они погибнут в долгих мучениях.

Фэй замерла. Она не представляла себе жизни с таким грузом на душе. Медленно, словно заклинание, женщина произнесла:

— Молю Господа Бога, чтобы мне никогда не выпадали подобные испытания.

С торжественным выражением на лице Сильвер подхватил:

— Я тоже молю Бога об этом.

Внезапно он дернулся, вскочил на ноги. Катушка спиннинга бешено крутилась, а где-то на середине реки раздался громкий всплеск.

— Что-то есть!

Фэй тоже вскочила. Затаив дыхание, она смотрела, как Сильвер вытягивает добычу. Вскоре с торжествующим видом он показал крупную форель, переливающуюся серебром и всеми цветами радуги в бледном свете дня.

Следуя традиции, Денис взвесил рыбину на безмене.

Другие сидевшие на берегу рыбаки с интересом наблюдали за этими манипуляциями. Затем Сильвер сунул форель в садок. Рыба, не предназначавшаяся для стола, сохранялась живой и могла быть выпущена назад в реку.

— Пора обедать, — заметил Денис, вымыв руки после возни с уловом. — Есть хочется?

— Вроде да, — призналась Фэй, удивляясь появившемуся аппетиту.

— Это все свежий воздух. Я быка бы проглотил.

— Надеюсь, вы его не прихватили с собой! Я лучше умру с голоду, но не стану разделывать рогатого.

Сильвер заулыбался во весь рот.

— Тоже верно. Однако не беспокойтесь, быка я не привез. Зато припас кое-что поприятнее. Думаю, вам понравится. Послушайте, оставайтесь здесь. Я мигом.

Сильвер исчез в направлении автостоянки у реки, где оставил свою машину. Вернулся он с плетеной корзиной для пикников и складным столиком, который тут же был поставлен на ровной площадке у берега. Вместо скатерти Денис накрыл столешницу клетчатым шотландским платком, разложил тарелки, ножи и вилки, поставил стаканы. Затем наступил черед корзины. Сильвер извлек из нее неимоверное количество еды — кусок французского паштета из крольчатины с грушами, куриные ножки, пирог с дичью, сыр, коробку со свежайшим салатом, бутылочку французского соуса, баночку клубники, которая в это время года стоила целое состояние.

Фэй застыла с раскрытым ртом.

— Это уже не пикник, а настоящее пиршество!

Все это изобилие Сильвер дополнил шампанским. Он раскупорил бутылку и неспешно разлил в стаканы.

Последовал тост.

— За нас двоих, чтобы наша жизнь была мирной и счастливой!

— За всех нас, — поправила с улыбкой Фэй и чокнулась с ним.

Он кивнул, соглашаясь.

— Аминь. — Сильвер пригубил шампанское. — Ммм… Неплохо. — Он поставил стакан, взял нож, подцепил паштет. — Вам положить?

— Немного. Выглядит аппетитно. Люблю эти французские паштеты, особенно из крольчатины.

Ели, наслаждаясь, неторопливо. Затем выпили кофе из термоса Фэй. Убирали со стола вместе. Остатки еды возвратились в корзину. Мусор сложили в пакет.

Когда допили шампанское, бутылку отправили к опустевшему термосу. Сильвер отнес корзину и столик в машину, а Фэй откинулась на спинку раскладного кресла.

Отдых получился замечательный, как и весь день на природе. Все было лучше, чем Фэй ожидала. Она даже почувствовала сожаление, когда Сильвер сказал, что пора уезжать. Делать нечего: близился вечер.

Над рекой постепенно сгущались весенние сумерки. Птицы устраивались на ночлег, перекликаясь среди деревьев. Рыбаки рассаживались по машинам и уезжали. Вскоре стемнеет, и берег утихнет. Будут возиться лишь мелкие юркие зверьки — обитатели этих мест. На них начнут охотиться совы, бросаясь вниз с криками, от которых стынет кровь.

— Вы рады, что поехали? — поинтересовался Денис.

— Очень. У меня такое чувство, будто я совершила большое путешествие.

Странное ощущение: она отдохнула душой и телом, набралась энергии, но в то же время ее одолевал сон, двигаться не хотелось.

Домой добрались уже затемно и, как это ни странно, Фэй снова почувствовала голод.

— Вы не хотели бы закусить? — спросила она.

— С огромным удовольствием. Я надеялся, что приглашение последует. Как раз собирался намекнуть.

Они поднялись на второй этаж, вошли в квартиру Фэй.

Ей стало смешно, она состроила игривую гримасу.

— Ручаюсь, что вас бы ничто не остановило!

— Да уж, поверьте. Должна же быть справедливость на земле. Кто как не я обеспечил обед? Я — сторонник равенства: все пополам.

— Я тоже, — сказала Фэй.

Внезапно ей стало не до шуток. Она подумала о Джеральде: если бы он тоже верил в равенство между людьми! Оглядываясь на совместно прожитые полтора года, Фэй вспомнила, что никогда не имела доступа к его заветным мыслям. Джеральд никогда не доверялся ей, не позволял даже заглядывать в свой внутренний мир.

— О чем вы задумались? — непринужденно спросил Денис.

Она тряхнула головой, отделываясь от горьких размышлений.

— Прикидываю, что приготовить.

Фэй знала, что он не поверил. Денис отвел глаза и не стал досаждать любопытством.

— Могу я помочь? — спросил он, следуя за Фэй на кухню.

— Вы можете приготовить кофе, а я сварю яйца.

Они поужинали яйцами всмятку с парой кусочков копченого лосося, извлеченных из холодильника, доели поджаренный хлеб, паштет и сыр с галетами, оставшиеся от пикника.

Кофе пили в гостиной. Иногда перекидывались парой слов, слушали музыку Грига — вполне соответствующую настроению: проникновенную, ностальгическую, с какой-то недосказанностью, подтверждающей неуловимый смысл бытия. И все же вселяющую надежды.

Фэй спросила о книге Сильвера, и он с удовольствием рассказал, как идет работа. Говорил увлеченно, остроумно, временами с грустью, затем внезапно оборвал речь, прикрыв ладонью зевок.

— Извините. Видно, я устал больше, чем думал. Да и вам пора отдыхать. — Он взглянул на часы. — Боже милостивый! А время-то… Не удивительно, что я почувствовал усталость? Пойду, пожалуй. Спасибо, Фэй, за великолепный день.

— Это вам спасибо. Я замечательно провела время.

Фэй проводила гостя до входной двери. Денис остановился, с улыбкой глядя на хозяйку.