Чтение онлайн

Но хорошо то, что хорошо кончается: трое раненых: двое несерьезно – царапина, о третьему пуля пробила бок навылет, прошла краем и ребра не задела. Перетянули, остановили кровь – жить будет… Из двух машин у одной повредили мотор, но и она пошла в дело: сняли все, что могло понадобиться для ремонта остальных. Как говорят – с трофеями и славою вернулись мы домой. А там – неприятность, хотя и ожидаемая: умер раненый в живот. Что поделаешь – война… Похоронили в лесу, недалеко от склада; воткнули крест с прикрепленной табличкой: кто… когда… Пока мы были на операции, оставшиеся тщательно упаковали в машины все, что мы забираем: оружие, продовольствие, форму красноармейскую и танкистов; медикаменты: в одном из первых захваченных нами грузовиков был полный кузов медикаментов – видимо для госпиталя… Здесь конечно хорошо, но немцы могут прислать сюда мотоциклистов-разведчиков: почему от трофейщиков нет сведений. И запрут нас здесь, как хомяков в клетке: и добра полна хата, но выхода из этой хаты нет ! Так что – пообедали, приготовили еще и ужин в дорогу: армейские термоса оказались на складе и расселись по машинам. Оглядел свое воинство на колесах: шесть грузовиков; кюбельваген и "Ганомаг" – все заполненные в перегруз; 45 бойцов и младших командиров для боя и диверсий. Бронетранспортер впереди, за ним моя машина, за мной – грузовики… На "Ганомаге" за старшего – ефрейтор Климов, "скромник". Всего в моем подразделении на момент выезда – 46 бойцов и командиров; 8 "стариков" не пригодных к активным атакующим действиям; три интенданта; один военфельдшер; восемь шоферов. Итого – 66 душ. Все машины загружены в перегруз – жалко оставлять продукты и патроны немцам ! Но – думаю это не надолго, да и поедем мы потихоньку. Подошел к командирскому кубельвагену; крутнул в воздухе пальцами и скомандовал – Вперед, за мной !

Пока ехали от склада до развилки, мне нужно было решить задачу огромной важности – для меня лично. 25е июня – четвертый день войны… Немцы подошли к Барановичам, а до них от нас – 130 километров и немцы продолжают рваться вперед – к Минску. Ехать на соединение с частями отступающей Красной Армии – самоубийство ! Или немцы выловят, или наши – как шпиона… Или бросят прикрывать отступление… Все одно: хрен редьки не слаще ! Конечно – можно организовать оборону, грамотно отступать, только вот кто мне такое позволит ? Сейчас комиссары разных уровней, спасая свои шкуры, бросают в прикрытие все, что можно, не жалея: лишь бы штабы вывести из под удара и их драгоценные шкуры в том числе ! Не все, конечно, но многие, многие ! И попасть под этот каток – увольте ! Дальнейшие мои действия продуманы на несколько шагов вперед, но одна мысль, словно заноза под ногтем не дает мне покоя: Брестская крепость… Моя колонна легко может пройти обходными лесными дорогами и крепость, и Брест стороной. Но там же гибнут наши ! А сегодня – решительный день: сегодня две основные группы пойдут на прорыв – последний, решительный ! И – потеряв большую часть атакующих, вернутся обратно – в развалины… И мне нужно решить – пока не доехал до фатальной развилки: направо свернуть, обходя Брест, или налево – к Брестской крепости ? Цена вопроса – честь, совесть, достоинство ! Замер перед развилкой, как перед прыжком в ледяную воду: и не хочется и страшно, но надо прыгать… И "прыгнул" - свернул налево…

Колонна двигалась медленно: пешеход, конечно не обгонит, но если побежит… Все машины загружены под завязку: даже моя легковушка заполнена сзади обмундированием: брюки, гимнастерка, майка, трусы... Только маленький просвет имеется, чтобы посмотреть назад в окошко… Места эти мне знакомы по картам, фотографиям, схемам, а капитану – визуально: он здесь в округе все ножками облазил со своими бойцами. И в погоне за контрабандистами, и в погоне за диверсантами, и в ознакомительных целях… И все это – у меня в голове… До выезда из леса к стенам Брестской крепости осталось – по карте: 4-5 километров. Где то тут должен быть "потайной ход". А вот и он: весьма приметная сосенка, причудливо искривленная. А за ней – ответвление, почти незаметное и не широкое: телега здесь проезжала, а вот грузовик ?! Это как труба: только вперед или назад ! Свернул и медленно поехал, петляя между деревьями. Еле заметная колея, после нашего проезда, станет, конечно, очень заметной, но кто из немцев сунется сейчас в такую глушь ? Лес, вокруг становился все чаще: деревья по обеим сторонам стояли как солдаты в плотном оцеплении на параде… Если бы я не знал, что впереди точно есть выход – ни за что бы не поехал ! То-то, наверное, думают следующие за мной – куда же он нас ведет – Сусанин новоявленный ! Так проехали около часа… А вот и то, что нам нужно: слева появилась, в разрыве лесных стволов небольшая, но длинная лощина. Сюда мы и загоним нашу колонну. Здесь же я и увижу: так ли были самоотверженны, патриотичны наши предки, или это выдумки пропагандистов ?! Разьехались под деревья; натянули маскировочные сети над машинами. Чуть в глубине леса – определил место для приема пищи и политинформации. До ужина – далеко, так что посмотрим, пощупаем предков на наличие или отсутствие…

– Товарищи бойцы ! – обратился я к замершему передо мной строю – здесь у нас будет привал. Либо на час – полтора, либо до завтрашнего утра. Дело вот в чём: там… - показал рукой в сторону севера – сражается из последних сил гарнизон Брестской крепости… Сражается на пределе своих возможностей ! Нет воды; нет продуктов; заканчиваются патроны… Немцы не дают им выйти из крепости ! Хотя - выход у них все таки есть: или сдаться, или умереть… Сдаваться они не будут. Помощи от Красной Армии тоже не будет: немцы уже подошли к Барановичам… Кто то охнул; кто то выматерился… - А до Барановичей отсюда – 180 километров…

– Я хочу помочь нашим в крепости… – продолжил я после недолгой паузы – Я хочу и Я смогу помочь – я уверен ! Но мне нужны добровольцы – 20 человек. Не скрою – будет трудно и возможно, обратно вернуться не все, хотя я сделаю все возможное, чтобы сохранить моих бойцов. Вам надо решить сейчас – кто вызовется добровольцем ? Помолчал с пару минут:

– Добровольцы – шаг вперед ! Нестройно качнувшись: кто раньше, кто позже, весь строй шагнул вперед ! Даже "старики" ! Вот это да ! Я такого не ожидал, честно говоря… Тогда надо провести отсев…

– Кто принимал участите в боестолкновениях – шаг вперед ! Шагнули почти все, даже интенданты. Ну эти то куда ? Отправил их назад, не смотря на возмущение. Новый отсев:

– Кто убил лично хоть одного врага ? И снова "старички" шагнули вперед. А вместе с ними и военфельдшер…

– Борисова – а ты кого и когда убила ? – спросил строго.

– Моя обязанность, товарищ капитан – раненые. А убивать будете вы – дерзко ответила военфельдшер. Так – Такое надо пресекать в зародыше !

– Встаньте назад в строй военфельдшер – это приказ ! Из остальных выбрал два отделения, стараясь не разрушать уже сформированные полуотделения по семь человек: пулеметчик с помощником; два автоматчика; два снайпера и командир полуотделения… Четыре полуотделения: для задуманного мною хватит за глаза. Подошли старички, солидно, без криков обьяснили – их надо брать: у них большой военный опыт. Оглядел прищурившись и спросил:

– Ножом спящего зарезать сможете ? Кое кто из отобранных мною побледнел, а "старички" ответили – так дурное дело не хитрое… Выслушал и решил взять и их – пригодятся… Есть у меня одна задумка: надо только ее в реальности проверить, хотя дома у меня получалось… С настроя проверить меня сбил молодой интендант – тот, с которым меня первым свела судьба – начальник склада, с которого мы выгребли все продукты длительного хранения. Подошёл, обратился официально – Возьмите меня ! Не стал отшивать, поинтересовался – Зачем ?

– Я немецкий язык знаю и умею говорить по-немецки… Проверил, поговорил… Не так, чтобы очень, но в темноте, да еще пробурчав невнятно – сойдет за немца… Взял в группу – может пригодиться. Озадачил своего зама Рощина на предмет занятости оставшихся бойцов, а сам повел отобранную группу в лес – подальше от любопытных глаз. Там дал задание: воткнуть нож в землю наклонившись; присев; разными хватами… Затем – отработать то же на живом человеке, но без ножа… Сам отошел подальше от любопытных глаз отрабатывать задумку…

Дома я однажды довел мою ведьмочку до истерики с криками, метаниями подушек, разбиванием тарелок, но – своего добился: вытащил из памяти моей подруги жизни все о отведении глаз и уходе в невидимость. Она обьяснила, а позднее я и сам с изумлением узнал, что отведение глаз во всю используют спецы из службы наружного наблюдения. Но – только спецы ! В двух словах: отведение взгляда – это способность слиться с окружающим миром, ничем себя из него не выделяя. А невидимость: ею они пользоваться не могут – способность закрыть всего себя от взглядов из окружающего мира. Технология "стелс"… Наука обьясняет и то и другое и теоретически обьясняет – как это нужно сделать, но вот ни у кого не получается ! А с магией – запросто: Мария показывала… Вот сейчас я и попробую… Слился с природой, "отключил" голову: хожу мимо тренирующихся и хоть бы кто голову поднял ! Они меня не видят ! А если в невидимость ? Ушел… Машу рукой у бойца перед глазами, а он не замечает моей руки, только среагировал на поднятый ею ветерок перед носом ! Получилось ! Ну – теперь повоюем ! Покажем гансам кузькину мать !

Осталось проверить еще одно… Выстроил всю команду. Отобрал пятерых бойцов; поставил против строя. Команда для строя – Кругом ! Оба стоя развернулись. Взял крайнего из отобранных бойцов за локоть и отвел в сторону. Снова команда – Кругом ! Повел бойца посередине – никто на нас внимания не обращает ! Продолжил… Шестеро – друг за другом или четверо – если держать за руки или плечи ближних ко мне. Прекрасно – будут мне партнеры по работе !

Поужинали горячим из термосов и я ушёл на разведку. В ручье набрал под крышку воды в 10ти литровый армейский термос, а в вещмешке за спиной лежит 20 плиток шоколада и патроны к винтовкам . Еще светло, как днем – лето же, а я иду у немцев на виду. В невидимости… Иду и примечаю все, что понадобится ночью: где и какие посты; где пулеметные точки; где размещение солдат… И снаружи крепости и внутри. И где сидят наши: подвалы пекарни; подвалы саперного батальона и подвалы Восточного форта… Часа два ходил, высматривал, вынюхивал, выслушивал… Решил зайти в пекарню к бойцам разведроты. Там их чуть больше двадцати человек – начну с них – этих легче вечером сдернуть с места… Прошёл осторожно по обломкам, мимо лежащего с винтовкой бойца; присел; придавил коленом спину и закрыл ладонью рот, чтобы не закричал сдуру:

– Тихо боец, тихо… Я свой… Мне надо к командиру. Если кричать не будешь – отпущу. Если не будешь – помотай головой. Тот с трудом помотал – я чуть ослабил хватку. Я за спиной – вышел из невидимости, чуть сместился в сторону, снимая вещмешок с плеча. Боец пристально следил за мной, а я развязал горловину; достал пачку – 40 патронов и бросил ему. Тот поймал. Достал шоколад; развернул; отломил три полоски, протянул ему. Тот обтер руку об гимнастерку и взял шоколад. Открыл крышку термоса, набрал в кружку грамм сто, протянул бойцу – Пей не торопясь… Какой не торопясь – провалилось сразу ! Парень жадными глазами глядел на полный термос чистой холодной воды ! Налил еще сто грамм. Эти уже он выпил растягивая. Закрыл термос, завязал вещмешок: