Чтение онлайн

— Не говори ничего, врач сказал пока нельзя. Я знаю, ты, наверное, не хочешь меня видеть…

Саша высвободил свою руку из ее ладоней и попробовал повернуть голову, но тут же поморщился.

— Саш… пожалуйста… — пресловутые, так измотавшие ее за последнее время слезы, опять подступали, не давая возможности нормально дышать. — Ты мне очень нужен.

Слова терялись и, казалось, не имели никакой важности. Она попробовала выразить в одной фразе то, что чувствовала, но не знала, как вместить все переживания за него, все страхи, как сказать, что без него ничего не будет иметь смысла. Лена снова вцепилась обеими руками в его руку, не желая отпускать. Пусть хотя бы так, но быть с ним рядом.

— Я была не права во многом. Во всем. Я поняла, что без тебя мне ничего не нужно…

Саша начал кашлять и в палате тут же появилась медсестра, которая попросила Вольскую немедленно покинуть помещение.

— Можно будет прийти к нему чуть позже? — с надеждой в голосе спросила Лена.

— Да, конечно.

Она вышла в коридор и прислонилась к стене. Самым главным сейчас было то, что Саша жив, и что он, несомненно, пойдет на поправку.

Главный тренер "Ястребов" сидел в тренерской, задумчиво просматривая запись недавней игры, делал заметки, вносил правки в планы… Еще нужно было внимательно изучить все нюансы противников, с которыми совсем скоро предстояло встретиться команде, и в особенности, манеру противника вести атаку, чтобы дать своим ребятам четкие установки.

— Петрович, не помешаю? — в дверь заглянул Беркутов и сразу расплылся в широкой улыбке.

— Саня!!! — коллега немедленно поднялся со своего места, оглядел Сашу с ног до головы, дабы убедиться, что все в порядке, после чего заключил друга в крепкие объятия, хлопая по спине. — Мы же у тебя только вчера были, о выписке речь не шла.

— Ну, как видишь, выписали. Не стали на меня казенную еду расходовать, ты же знаешь, ем я много.

— Выглядишь неплохо.

— Только ошейник мешает, — Саша, поморщившись, потер ладонью шею, нетуго стянутую бинтом. — Снять бы, но перевязки, осмотр врача и все такое.

— Чего говорят?

— Говорят, повезло. Немного ниже полоснул бы, и… Но я к тебе не за обсуждением моего состояния пришел. Помощь моя нужна?

— Ты уверен, что работать можно? — Сергей нахмурился.

— Ну, я не вагоны тут разгружаю. Ругаться громко нельзя, шеей вертеть нельзя, поэтому я на робота похож, а так — подсказать чего, помочь с расстановками и прочим — это пожалуйста.

— Добро. На вечернюю придешь?

— Да я домой не поеду сейчас, мне еще к директору зайти надо, звонил несколько раз.

Сергей скрестил руки на груди и произнес, как будто сомневаясь:

— Тут такое дело. Отец Градова приезжал. Лично разговаривал со мной, с руководством.

— И что?

— Почему ты сразу не рассказал, в чем была причина конфликта?

— Серег, это мое личное дело, ты же…

— Сань, — коллега не дал ему договорить, — личное дело пересеклось с работой. И сказалось на всей команде. Ты не хуже меня знаешь, как проблемы могут влиять на коллектив, тем более, если это связано с женщиной. Я столько примеров подобных историй знаю среди наших ребят…

Саша пренебрежительно хмыкнул:

— Нашел с кем сравнивать, с пацанами, которые младше на десяток лет.

— А возраст тут не при чем. Вы с Русланом вели себя так же, как парни из молодежных команд.

— Так что в итоге отец Градова от вас хотел?

— Чтобы не давали ход делу, чтобы ты заявление не писал. За нанесение тяжких телесных привлечь ведь могут. Собственно говоря, рассказали нам, как все было. Уж не знаю, с помощью чего из Градова это вытянули, но столько личных подробностей я давно не слышал.

Саша вроде бы и не хотел больше возвращаться к этой теме, но версию о случившемся он решил выслушать. Слушал рассказ коллеги внимательно, не перебивая, в общем-то, кое-что он знал, о чем-то догадывался, что-то его оставило равнодушным…

— Еще рассказал про анонимный подарок говорил, про комплект нижнего белья, мол нарочно передал через коллегу, попросил положить к остальным подаркам, чтобы тебя спровоцировать на конфликт, — продолжал Сергей, а Саша начал понимать, что Вольская, оказывается, действительно была не в курсе, кто является автором презента. Вот только это уже неважно, да и дело совсем не в подарке.

— Понятно.

— Ну и не первый случай это. Когда Руслан в Канаде играл, дочку тренера пытался окрутить, замужнюю… Тоже скандал замяли, поэтому его в Россию и отправили. Санта-Барбара какая-то, честное слово. Я думал, что подобные разборки мы оставим в молодежной лиге, но нет, здесь то же самое, только в иных масштабах. Ну а с Леной у тебя как?

На лице Беркутова не дрогнул ни один мускул.

— Никак, — сухой и лаконичный ответ. — Серег, если есть чем помочь, я готов. Если нет — пойду к руководству.

— Давай тогда сходи сначала, потом посмотрим записи игр.

Разговор с начальством получился недолгим, совсем не информативным. Спортивный директор пояснил, почему нельзя давать широкую огласку инциденту, пообещал в кратчайшие сроки возместить материальный и моральный ущерб, пожал Беркутову руку, и в очередной раз попросил не выносить на обсуждение личную жизнь тренеров и игроков.

Тусклый свет настенного бра привычно рассеивался по комнате, включать лампочки на люстре Лене не хотелось, ей было достаточно и такого освещения. Она закончила очередную статью, устало потерла глаза и взглянула на экран мобильного. Снова ни одного звонка от Саши, ни одного смс.

Им так и не удалось поговорить нормально, хотя Лена каждый день приезжала в больницу, но беседа не клеилась. Вольская не знала, что сказать, а Саша и вовсе предпочитал молчать, поскольку каждое слово давалось ему с трудом. Так что девушка первое время просто ухаживала за ним по мере сил и возможностей, а потом он попросил ее больше не приходить. Вот так. Без лишних фраз и эмоций. Ничего не объясняя.

Подсчитав, что она не звонила ему уже пять дней, Лена все же набрала номер, не особо надеясь услышать Сашин голос вместо гудков — несколько раз Беркутов вообще не брал трубку. Но Лена не успела даже сосчитать до десяти, как раздался хрипловатый усталый голос:

— Слушаю тебя.

— Привет. Как ты?

— Хорошо.

— Рана затянулась? Не сильно беспокоит? — Лена пыталась говорить ровно, без дрожащих ноток.

— До свадьбы заживет.

Она лихорадочно выдумывала, о чем еще спросить Сашу, что сказать, но как назло, на ум приходили лишь нелепые банальности.

— Как тренировки у вас?

Саша помедлил с ответом, а потом жестко произнес:

— Тебе стали интересны эти вопросы в одиннадцать вечера?

— В другое время ты мне не отвечаешь.