Чтение онлайн

Из-за двери раздались мягкие шаги. Андреев не верил своим ушам, его нервные громкие вздохи заглушали едва уловимый звук. Он затаил дыхание и услышал шорохи, словно кто-то не решался войти.

– Кто там? Входите! – попытался крикнуть Андреев, но его дрожащий голос напомнил стон больного.

Шорохи прекратились. Андреев повалился на койку. Неожиданно лязгнула дверь. На пороге возвышался огромный мужской силуэт.

– Здравствуйте, Иван, - сказал вошедший и закрыл за собой дверь.

– Здравствуйте, - растерялся Андреев. – Кто вы?

– Мои имя, внешность и все прочее не должны иметь для вас никакого значения, - грудным голосом ответил мужчина.

Андреев почувствовал в теле мелкие острые покалывания. Конечности свело. Он чувствовал смесь страха и покорности. Ему стало душно. Со лба крупными каплями стекал пот.

– Что вам от меня надо? Выпустите меня отсюда, - прошептал Андреев.

– Мне от вас ничего не надо. А вот вам от меня надо, иначе бы вы сюда не попали. Думаете, так просто понять, кто вы, и собрать вас по крупицам? Вам повезло, что вы встретили меня, - четко, с нажимом произнес мужчина.

Его голос странно убаюкивал. Но от слепоты было страшно. Андреев кинулся к нему и схватил его наощупь за предплечье. Оно оказалось мощным и твердым. Собеседник явно был настоящим исполином или на крайний случай - атлетом. Мужчина вздрогнул и попятился назад. Андреев закипел от внезапно вспыхнувшей ярости. И он уже наступал на гостя не для того, чтобы его ощупать и идентифицировать, он хотел задушить.

Андреев припер мужчину к стенке и двумя руками схватился за его бычью шею, пытаясь повалить на пол. Андреев сжимал руки все сильнее и сильнее, пока тот бился в конвульсиях. И вдруг они исчезли, наставник больше не сопротивлялся. Андреев разжал руки и начал исступленно хлестать его по щекам. Но тот никак не реагировал.

– Вставай! Вставай! Хватит симулировать! Вставай!
–  кричал Андреев.

В ответ не раздалось ни звука. Мужчина не шевелился. Теперь он был самым покорным обитателем дома на холме. «Что же я наделал, что же наделал?!» - Андреев схватился за голову и был готов зарыдать, как ребенок в этой звенящей тишине.

Через приоткрытую дверь просачивался электрический свет. Андреев в панике выбежал в пустой коридор. Двери других комнат были заперты. Он пробежался в одну сторону, потом обратно. Никого не было. Ему даже показалось, что во всем огромном доме он совсем один. А человек, которого он убил, мог бы стать ему единственным другом.

– Помогите!
–  закричал Андреев со всей мочи.

– Чего кричите?
–  донесся голос из-за спины Андреева.

– Ты откуда взялся?!

Перед Андреевым стоял тот самый понурый жалкий Коленька. Он теребил край черной рваной футболки и влажными собачьими глазами смотрел на Андреева.

– Услышал ваш крик и вышел, - наивно ответил Коленька.

– Как вышел? – удивился Андреев.

– Вот так. Открыл дверь и вышел, - парень посмотрел на него, как на больного.

– Не может быть! Все двери заперты.

Андреев истерически задергал ручки. И, действительно, все двери были открыты. Из каждой комнаты на него смотрели чьи-то глаза. Он не верил, что все оказалось так просто - он свободно вышел в коридор и свободно говорил с Коленькой.

– Я же вам говорил… Я не вру, - улыбнулся парень.

Андреева бросало то в жар, то в холод. Он сел на пол, упершись в противоположную стену ногами. Тело стало ватным и неподатливым.

– И давно они открыты?

– Всегда, сколько здесь нахожусь. А прибыл я сюда давно, не помню, сколько лет - сбился со счета.

– Оказывается, можно выходить?

– Можно гулять по коридору, но нельзя заходить в чужие комнаты.

– И мы можем так просто стоять и разговаривать?

– Это не приветствуется. Главное, чтобы нас Василиса не увидела вместе, - шепнул Коленька.
–  Просто вы так орали, я не мог не выйти.

Андреев схватил парня за руку и потащил в свою комнату. Как только дверь открылась, парень замер на пороге. Внутрь он отказался заходить.

На кровати Андреева лежало безжизненное тело мужчины. Багровое одутловатое лицо с черными нависшими бровями, следы пальцев Андреева на бычьей шее. Андреев закрыл ему глаза.

– Что с ним? Ему плохо?
–  испугался Коленька.

– Все гораздо хуже. Я убил его.

Коленька не проронил ни слова, постоял, посмотрел и быстрыми мелкими шажками утопал. Андреев остался наедине со своей жертвой. Но жалко ему было себя. Он чувствовал себя слабым, доведенным до ручки человеком. Конечно, он не виноват. Его вынудили убить - они сами пускай и отвечают! Он всегда был добрым и отзывчивым человеком, мухи не обидел. Любую мысль даже о теоретическом убийстве всегда отвергал. Как же он мог? Что на него нашло?

Его взгляд суетливо бегал по комнате. Горько ему было - так хотелось, чтобы его кто-то обнял, пусть и незнакомый, чтобы протянули руку помощи и не судили строго. Андреев пошел возвращать Коленьку. Парень сидел на своей кровати, накрывшись с головой простыней.

– Поверь мне, я не хотел, - неубедительно произнес Андреев.

– Плохо, плохо ты поступил, - шептал Коленька из-под простыни.
–  Уходи!

– Судишь, значит, - поник Андреев.
–  Не имеешь права! Ты такой же, как я. Здесь прозябаешь, а не на воле радуешься жизни.

– Меня скоро выпустят.

– Как же! Мечтай, - ухмыльнулся Андреев и ушел.

Слезы он больше не сдерживал. Забился в угол своей комнаты и рыдал навзрыд, как в детстве. Гадко было осознавать, что ничего уже не исправить, гадко было жить.

На шум прибежала Василиса. Она с недоумением смотрела на труп и не могла понять, как Андреев мог убить такого здоровяка.

– Андреев, что вы натворили?
–  как нашкодившему ребенку, назидательно сказала Василиса.

– Я не знаю. Вы сами в этом виноваты!
–  шмыгал носом Андреев.

– Вы лишили жизни одного из наших лучших наставников. С ним у вас был шанс на исправление. Теперь - не знаю. Но вы точно здесь не зря оказались.

Василиса сдернула с кровати Андреева серую простынь и накрыла тело. Затем привела двоих неказистых мужиков. Они долго крутились возле мертвеца, не зная, с какой стороны к нему подступиться. Один за ноги, другой под мышки, с трудом его подняли. Ноги покойника выскользнули из рук одного. Второй не выдержал резко увеличившейся нагрузки, и труп упал на пол. Еле подняли второй раз. Но покойник снова выскользнул. И обессилившие мужики решили его, как они выразились, «аккуратно доставить волоком».