Мы выбираем,нас выбирают…
Шрифт:
– Похоже ты зациклилась на этой идее.
– Майкл с нежной улыбкой посмотрел на Ксению.
– И так как ты знаешь, что я ни в чем не могу отказать своей возлюбленной, то бессовестно пользуешься этим. Но раз ты такая зануда, может придумаешь предлог, под которым я мог бы затащить его сюда?
– Ты хочешь познакомить его со своей девушкой, какой предлог может быть лучше?
– То есть с тобой?
– У тебя есть еще одна девушка?
– Но ведь мы расстались!
– Что-то пару дней назад, проведя пару весьма пикантных часов со мной в постели, ты об этом старался не вспоминать.
– Ты вспоминаешь об этих минутах?
– Нет… Почти нет… Редко.
– Ты так прекрасна, когда врешь!
– Я никогда не вру!
– Просто блистательна!
– Ну, хорошо. Приводи его сегодня вечером.
– Надеюсь на этот раз ты не станешь учить Гавра целоваться.
– Ты знал?
– Милая, не оскорбляй меня, подозревая в полном отсутствии умственных способностей. Я достаточно хорошо знаю Гавра, чтобы предположить, что он попросит, и неплохо знаю тебя, чтобы быть уверенным, что ты согласишься. Развлечься подобным образом вполне в твоем духе.
– Ты прав, искушение было непреодолимым.
– Ксения состроила гримасу покаяния, но у нее это плохо получилось и они дружно рассмеялись. Майкл, убедившись, что физическое моральное состояние Ксении нормальное, удалился, пообещав вернуться вечером с Гавриилом. Ксения вспомнила о том, что ее ждет Василий и одевшись на скорую руку, помчалась завтракать. В шатре Милицы ее ждал неприятный сюрприз. За столом со всеми ее друзьями сидел глава службы безопасности господин Ферзь. Ксения непроизвольно поморщилась и села за стол.
– Здравствуйте, господин Ферзь.
– Здравствуйте, Ксения. Рад видеть, что вы все-таки живы и не покинул этот суетный мир слишком быстро.
– Ксения взяла тост и стала нервно намазывать на него масло.
– Прибыли охранять меня лично? Или поручите это кому-нибудь другому?
– Я прибыл с группой своих сотрудников. Кстати, Мари тоже здесь.
– Это первая и я думаю последняя приятная новость, которую вы могли мне сообщить.
– Могу я в таком случае надеяться, что вы позволите Мари охранять вас?
– Только Мари?
– Я думаю, что здесь вам не угрожает сатанинское войско, а одной Мари вполне достаточно, для того чтобы справиться с десятком другим расшалившихся женихов.
– Зачем же в таком случае целая группа?
– Остальные просто рассредоточатся по лагерю. На всякий случай.
– Что ж, не имею ничего против. Господин Ферзь, можно вам вопрос?
– Постараюсь ответить, если это возможно.
– Ваши люди охраняют моих родителей?
– Ферзь изумленно уставился на Ксению:
– Да, за ними ведется круглосуточное наблюдение.
– Спасибо. Я очень благодарна вам за это.
– И даже не будете обвинять меня в нарушении их права на личную жизнь?
– Я понимаю, что многим стою поперек горла, и понимаю, что родители это мое самое уязвимое место. Они беззащитны еще больше чем я. Многие могут подумать, что меня этим можно сломать. Я знаю, что ваши ребята знают свою работу, и мне будет спокойнее спать, зная что они всегда рядом с моими близкими.
– Ксения, порой вы потрясаете меня до глубины души. Иногда мне начинает казаться, что я понял вас, и могу предсказать вашу реакцию по какому то вопросу, но вы всегда умудряетесь удивить меня. Как вам это удается?
– Господин Ферзь, я считаю что одно из моих положительных качеств, это отсутствие закостенелости. Я умею извлекать уроки из жизни и не считаю, что познала уже все. Я все время учусь, а соответственно все время меняюсь. Вы ждали от меня ответа, опираясь на ту меня, которую видели месяц назад. За этот месяц я сильно изменилась, сейчас перед вами человек совсем с другим жизненным опытом. Поэтому предсказать мою реакцию, для вас представляет определенную сложность. Но не огорчайтесь, просто примите это. Возможно через год, когда я перестану удивляться чудесам, которые происходят в моей жизни, я стану более предсказуема, но пока этого не случилось, вам придется подстраиваться под мою переменчивую личность. Я и сама не всегда поспеваю за ее переменами.
– Ферзь смотрел на Ксению в немом восхищении. Ксения прервала его размышления вопросом:
– Вы намерены задержаться здесь или покинете нас?
– Мне надо возвращаться в Москву. У меня хватает работы. После некоторого перерыва стали поступать тревожащие сообщения от моих агентов в Преисподней. Похоже у Сатаны сорвало крышу. Он очень неадекватен в своих поступках.
– В чем это выражается?
– Сперва он писал стихи, потом разучивал серенады. Сейчас он выходит по ночам на Землю и смотрит на Луну.
– Все же это произошло, - задумчиво пробормотала Ксения.
– Интересно кто объект его страсти.
– Ксения, вы о чем?
– с подозрением спросил Ферзь, переставший понимать уже что-либо.
– А извините, просто мысли вслух. У меня есть теория, что после того как я наделила Сатану сердцем, рано или поздно он неизбежно в кого-нибудь влюбиться. Вопрос только в кого.
– И какие у вас версии. Кто основная кандидатура?
– Я сама.
– Ферзь подавился сэндвичем и потрясенно уставился на Ксению. Было заметно, что хотя ее друзья и пытаются сделать вид, что ничем не удивленны, им это плохо удается.
– И что, простите, натолкнуло вас на такую мысль?
– Ксения скромно пожала плечами:
– Ну, я девушка обаятельная, и в какой-то степени привлекательная. К тому же достаточно совершенное создание Отца Небесного. Одного этого достаточно, чтобы привлечь к себе его внимание. К тому же в недавнем поединке, я взяла над ним верх. Он должен испытывать ко мне жгучее чувство ненависти, но она с таким же успехом может перерасти в любовь. Да и вообще, скорее всего я последняя, кого он видел до начала своего добровольного заточения.
– Откуда вы знаете о его добровольном заточении?
– недовольно буркнул Ферзь.
– У меня свои источники. Не могу сказать, что я обладаю полным объемом информации, но кое-что мне известно.
– Я сдаюсь, - смиренно поднял руки Ферзь.
– Признаю, что вы мне не по зубам.
– А вы хотели меня укусить?
– насмешливо спросила Ксения.
– Сперва у меня была такая мысль, но я быстро передумал - испугался отравится.
– Дружеская пикировка привела всех завтракающих в задорное хорошее настроение. После трапезы, Ксения снова отправилась на свое временное рабочее место. Ангел с Василием проводили ее до самой палатки и ушли, только увидев, что в палатке ее ждет Мари. Девушки сдержанно поздоровались. Очень скупая на эмоции оборотень-рысь Мари, выразила радость от встречи одними глазами. И волна чувства вины, которое она испытывала каждый раз, вспоминая брата Мари Карла, погибшего, защищая ее от Астарота, была смыта.