Чтение онлайн

— А чего ты взвилась? — протянул я ей кружку, — тебе еще никто, ничего не сказал, а то, что ты себе сама уже успела придумать… ну уж извини, твои проблемы. Держи чай.

— Спасибо, — буркнула она в ответ, — да просто последнюю неделю вся на нервах… я с «Вождем», ну с Андреем в смысле разругалась… В сталкеры не брали, определили всех баб в стиле «молчи женщина»… а я так не привыкла, понимаете? Я самодостаточна, всю жизнь одна и многое умею.

— Самодостаточность и умения это отлично, — сказал Юра, — стрелять умеешь?

— Конечно, — даже удивилась она, — три года на стенде…

— Ого! — это радует.

— Вот, тебя радует, а в Цоколе мои навыки никому не нужны… жрать только им готовь!

— Ну у нас тут тоже, скажем «наряды» по кухне…

— Мне Воронцов, мент который, сказал, что у вас тут все на равных правах.

— Правильно сказал, — кивнул я, — за некоторым исключением.

— Каким же? — снова нахмурилась она.

— Вот к примеру Юра, — ответил я, — все что касается вооружения и безопасности, то он у нас главный. Вовка, он выживальщик на всю голову, я в технике неплохо разбираюсь, а Серега нам всем помогает и всему учится.

— А… в этом плане, — отпила чаю Наталья, — ну, я мотоцикл вожу, стреляю, готовить… ладно, готовить умею, а вообще по профессии я художник, и в школе работала до «дня тишины».

— А семья?

— Нет семьи, детдомовская я.

— Понятно. Что, успокоилась?

— Ага, — улыбнулась она, и расстегнув комбинезон добавила, — уф… и согрелась.

За боротом было в пределах относительной нормы по нынешним временам, т. е. около минус двадцати, но было очень ветрено. Снег не шел с того дня, когда прошел град и ураган, и теперь даже при сильном ветре особо не вьюжило, было нечем, по всей поверхности снежного покрова образовался толстый наст. А в городе можно было уже наблюдать тропы, нахоженные ногами и параллельно лыжня, накатанная теми, кто использовал для передвижения лыжи. Люди перемещались спокойно, кое где можно было наблюдать одиноко стоящего человека у какого-нибудь магазина или магазинчика — на стреме стоит… значит, в самом магазине явно орудуют его друзья. Причем среди мародеров выработался определенный «этикет» — пока одна группа обчищает магазин, другая туда не суется, и мирно ждет в стороне, пока место освободится. Мордобоя особо не было, не удобно и просто не возможно сходиться в рукопашной, когда на тебе «сто одежек» и ты передвигаешься подобно роботу. А вот пальбу периодически слышно, да и трупы нет-нет да попадутся. Сначала их, т. е. трупы, присыпали снегом, а потом уже никто не стал утруждать себя этим.

Проезжая мимо АЗС Роснефти я сбавил ход и показал рукой в ее сторону.

— Да, окопались, — прокричал Вовка мне на ухо, — не привлекай внимания, у на свои дела…

— Угу, — кивнул я, и повернувшись махнул рукой ехавшей позади Наталье, к снегоходу которой были прикреплены сани.

У нас на буксире тоже «мыльница» с крепко увязанными канистрами. Едем за топливом на старую заправку, где мы с Вовкой уже были. Почти добрались, не доезжая до заправки метров двести мы остановились.

— «Столовка» ответь снегоходу, — сделал я вызов в рацию условным кодом.

— На связи…

— Мы на обед.

— Понял, подходи на раздачу…

Остановившись у емкости с бензином я заглушил «Викинга», подъехала Наталья и встала параллельно.

— Ну что, как аппарат? — спросил я у нее.

— Нормально, по началу «козлил», потом поняла что к чему, а вообще не сложно совсем управлять.

— Ну, вы тут начинайте, я пойду, обозначусь ребятам из Цоколя.

Люди Воронцова уже несколько дней как заняли будку кассира АЗС, поставили там «буржуйку» и сменяя дежурных несли суточные вахты. Нет, они не меняли и не продавали топливо, они просто застолбили место, что бы как обещали вояки, не было повода для провокаций. А так подходи, набирай, в порядке живой очереди. Информация разошлась, и люди пошли, в основном за керосином, который к слову начал быстро заканчиваться, его брали для ламп и для керосиновых печек. Ну и мы себе решили сделать запас.

— «Открывай сова, медведь пришел!» — развернувшись спиной и постучав ботинком в дверь сказал я, спародировав Винни-пуха.

За железной дверью лязгнул замок.

— Заходи быстрей, — сказал открывший мне парень из Сталкеров.

— О! А вас тоже сюда на вахту что ли подпряг Воронцов? Привет.

— Здарова… Да, не хватает же людей, чтобы держать все объекты, ну скоро полегче станет, заводской детский сад почти вывезли.

— Ясно, как обстановка? Что вояки?

— Позавчера подъехали, поговорили, даже сигаретами нас угостили… Сказали раз АЗС занята «Цоколем», то они не претендуют.

— Т. е. если бы АЗС была занята маленькой группой выживших из какого-нибудь другого подвала, то они бы их «подвинули»?

— Получается так.

— Ясно, ладно, поду помогу своим.

— Ага, давай…

Наполнили шестнадцать канистр, три из них керосином, равномерно распределили по саням, закрепили и поехали домой. Двигаясь привычной дорогой по объездной т. е. «огородами и к Котовскому», до гаражных кооперативов оставалось чуть больше километра, когда из-за высокого бетонного забора старого хлебозавода, рыкнув двигателем и включив фару выкатилась «маталыга», и качнувшись остановилась преградив нам дорогу. Я успел среагировать в последний момент и уж не знаю, как нам удалось избежать столкновения с этим куском железа. Маленькая башенка развернулась в нашу сторону и ПКТ угрожающе «покивал» нам. Я оглянулся на снегоход Натальи, она ехала позади и успела отвернуть, уткнувшись в сугроб у забора, видно было только ее сани.

— Кто такие? Куда едем? — спрыгнули с брони на снег два бойца с автоматами в руках, в «юдашкинской теплой цифре», в масках и танковых шлемах.

— Вы чего, охренели? Мы же чуть не врезались в вас! — заорал я, и демонстративно «схватился за сердце», нащупав в нагрудном кармане радиостанцию.

— Ну извини, «мазута» у нас молодой еще, — гыгыкнул один из бойцов, — так куда едем, что везем?

— А вы собственно, с какой целью интересуетесь? — спросил Вовка, который уже слез со снегохода и поправлял завалившуюся на бок «мыльницу».

— Движки глушите, — неприятным голосом и сказал второй, что был выше ростом.

— Кое-кто из ваших старших обещал, что со стороны военных не будет провокаций.

— Вот кто обещал, пусть тот и исполняет, — ответил «неприятный» голос, — глуши говорю! Чума, проверь второй снегоход.

«Опа! А вот это интересно… и нифига не успокаивает… т. е. эти бойцы либо из дезертиров, либо просто забили болт на командиров», — сделал вывод я, решая что надо тянуть время…

— А что вы тут у старого хлебозавода катаетесь? Брать тут нечего, одни железо-бетонные изделия советского периода, — сказал я начав копошиться со снегоходом, проверяя лыжи и дергая за тросики…

— А вот таких как вы выпасаем… короче, один снегоход оставляете и можете ехать.

— Это с какого перепуга? — развел руками Вовка

— Я не собираюсь тут с вами вообще что-то выяснять, — рявкнул «неприятный», и разложив рамочный приклад АКС-а спросил, — или у тебя зубы лишние?

— Водила слинял! — крикнул боец, которого назвали Чума от снегохода Натальи, — тут тоже канистры на санях.

— Ну вот, тот снегоход и оставите, раз ваш водила слинял…

— Сани хоть перецепим? — вздохнув спросил я.

— Ты чего Андрюх? — растерянно спросил Вовка.

— Все правильно твой друг решил, — обратился к нему «неприятный», — здоровье оно дороже снегохода.

Провозившись минут десять с «вероятной неполадкой» я сказал Вовке, практически зашипев на него:

— Пошли за санями…

— Стой! — резко сказал высокий, и направив на нас фонарь сказал вернувшемуся напарнику, — Чума проверь… вот у того ствол в кармане похоже.

Я опустил взгляд на предательский силуэт ПММ-а в набедренном кармане.