Чтение онлайн

31 декабря, дом Юн Ми, утро.

Позанимался фитнесом, шаффл потренировал, растяжку, лунную походку. За завтраком предложил онни тоже заниматься, для улучшения фигуры, ссылаясь на свою. Как же, заставишь ее. Позвонил юристу, пояснил свои хотелки по фонду, договорились, что после Нового Года пришлет мне проект договора. Поздравил его с наступающим. Вообще корейцы отмечают Новый Год скромно, так себе для них этот праздник. Третьего уже все работают. Мама сорвалась на продуктовый рынок, заказал ей говядинки для меня, пожарю сам. У нас в садике стоит мангал и столик с жаровней, и угли есть. Чего-то мне не хватает, такое чувство, что надо что-то делать, а что- не знаю. А пойду-ка я балет ваять, еще работы там- почти половина. Или заняться роликами. Что-то я забыл все таки. Точно, АВВА!!! Ноты и слова зарегистрировал, и забыл. Все, надо успеть *Happy New Year* записать и спеть, в подарок всем моим подписчикам и покупателям.

Дом Юн Ми, вечер.

Успел я таки сделать ролик с *Happy New Year*, просто записал на камеру, как я пою, сидя за *Коргом*, и забросил на все странички портала. За два часа управился, навыки растут. Себе для фитнеса начал делать "Hallo" от МоДо, но это уже на потом. Попробовал по партиям записать *Крейзи трайн* в виде смеси Спидоганга и Оззи. Часть сделал даже, а там и перекус пришел, ужинать мы позже сядем. В новостях сказали, что по традиции с европейским Новым Годом нас поздравят айдолы, это до полуночи, а после полуночи всё, все спать идут. Прокрутили даже кусочек моего поздравления от АВВА. Настоящий Новый Год- Соллаль, будут праздновать в конце лунного месяца, это конец января, начало февраля. Вот там уже и в ханбок одеваются, старшую родню навещают и едят национальные блюда- суп ттоккук, пулькоги и кимчи. Ну и мне говядинки не острой, кх-кх-кх. Что же, можно считать, что Новый Год уже пришел, все равно кроме позднего ужина ничего интересного сегодня уже не будет. У меня и нашей команды почти год до очередного сунына, который в этом году забрал почти полторы сотни подростков. Наш марафон начинается!

2015г., 8 февраля, вечер, Стэйплс-центр города Лос-Анджелес.

Мы с онни сидим во втором ряду, обе начесанные, наманикюренные и в шикарных платьях. Мне в уши под угрозой трех лет расстрела вставили свежекупленные серьги-висюльки, накрасили и напудрили. Кого бы укусить... Рядом с нами...Та-дам, сидит довольный, как слон, Сан Хен, который прилетел получать премию вместо "Фристайла". Как это он выразился: -Щеглы пусть учатся петь и танцевать, а не шляются по Лос-Анджелесам. Для этого есть солидные люди! Не соврал- в хорошем и дорогом костюме он очень солидно выглядит.

Меня объявили. Не спеша поднимаюсь на сцену, ведущий чмокает воздух около моих щек, и вручает небольшой граммофон на подставке. Подхожу к микрофону и говорю: - Я очень рада присутствовать в этом зале, видевшем много великих музыкантов и певцов, и хочу выразить благодарность в первую очередь моим маме и сестре, верившим в меня и поддерживавшим. Так же я благодарна своей подруге Ю Чжин и моей кошке Мульче, научившим меня разбираться в людях. Спасибо всем.
– Я поднимаю "Грэмми" над головой, и радостно улыбаюсь. В голове проскакивает мысль, что будучи Юркиным в Москве, у меня и в мыслях не было попасть на эту сцену. Спускаюсь к онни, обнимаемся, у меня даже две слезинки выкатились. Ни на какие пресс-конференции или банкеты мы не остаемся, сейчас в отель, и завтра домой. Слава мне не уперлась, так что огородами и в норку.

Тоже время, палата в санатории "Горные сосны".

Девушка в пижамке и тапочках недавно проснулась и завтракает. Вместе с ней ест женщина постарше, плотного телосложения, в блузке с коротким рукавом и приличными бицепсами на руках. Девушка смотрит новости, ей недавно разрешили смотреть почти все, и сейчас идет программа, посвященная вручению премии "Грэмми". Девушка, по мнению врачей, практически здорова и ей разрешили просмотр. И вот показывают момент вручения премии композитору из Кореи Пак Юн Ми. Девушка на сцене принимает награду, и произносит речь.

– Я очень рада присутствовать в этом зале, видевшем многих великих музыкантов и певцов, и хочу выразить благодарность в первую очередь моим маме и сестре, верившим в меня и поддерживавшим. Так же я благодарна своей подруге Ю Чжин и моей кошке Мульче, научившим меня разбираться в людях. Спасибо всем!

Девушка успешно делает вид, что ей все равно, только слегка прищурившиеся глаза и сжатые губы ее выдают. Надзирательница-сиделка смотрит на экран и не замечает этого.

– Ты мне заплатишь за все! Я уничтожу тебя, нищенка из Гванак-Гу и Чжу Вон опять станет моим! Осталось недолго терпеть.
– Лицо девушки принимает прежнее безмятежное выражение.

2015г, 15 февраля, воскресенье.

Около торжественно украшенного здания стоит кучка журналистов, пара групп телевизионщиков, и просто зеваки. Вход украшен цветными шариками, над входом вывеска- *Первый Сеульский Центр Детского Развития*. На высоком крыльце стоит девушка с русыми волосами, в джинсах и курточке, в руках у нее микрофон, за ней несколько мужчин и женщин в красивых костюмах, похожих на домашние. Девушка щелкает несколько раз по микрофону, потом радостно кричит: -Строили мы, строили, и наконец построили! Ура-а-а! Все хлопают.

Да, мы сделали это! Модернизировали приют. Я выкупил у собственников участок земли около приюта, где возвели пристройку с дополнительными спальнями, кухней и комнатами досуга- изостудией, игровой и музыкальным классом. Все полы теперь с электроподогревом, в старом здании удалось объединить старые маленькие комнатки по две с аркой между ними, совсем снести перегородки не вышло. Так же есть небольшой бассейн для ребятишек постарше и на втором этаже спальни для школьников начальной школы. Провели водопровод, частично уже по своей земле, заплатил, конечно собственникам не своей земли, но не много- их за это внесли на доску почета приюта как спонсоров. Окна с тройными стеклопакетами, стены утепленные. Чего не отнять у корейцев- строить они умеют быстро и хорошо, только плати. На старом здании переделали крышу- там теперь зимний сад, будем прививать маленьким корейцам тягу к труду, будут помогать ухаживать за садом. Конфетка получилась, а не приют. Обошлось в три с лишним миллиона, а не в пару сотен тысяч, как я наивно думал, и в несколько литров моей крови, выпитой чиновниками. Забодали они меня проверками и намеками *поделиться*. Они-то решили, что это такой распил хитрый, или схема мошенническая. Прям как дома, в России. Хорошо, что я теперь практически чеболь. Или чеболиха??? Принцесса Кореи, короче, младшая сестра нации с орденом Яшмовой Короны второй степени, ага. Титул официальный, орден же почти зажали, но тут Папа Римский собрался в вояж по католическим странам, и из его секретариата ненавязчиво так поинтересовались, а как там поживает Благочестивая и Благословленная Господом Дева Юн Ми? Я то есть. Сразу меня и показали в новостях, и орден дали как знамени Халлю, и титул. Подношу микрофон к губам.

– Приветствую вас, жители Сеула! Кланяюсь и продолжаю.

– Этот приют является пилотным проектом нашего фонда *Доброе сердце*. Девиз нашего фонда- *Спасение мира в наших руках*, и уже сейчас в первом приюте находится 38 сирот. Да, я знаю, почти у всех живы родители, но я их такими не считаю- их родители теперь они! Показываю на работников приюта.

– А я и наш фонд присмотрим, чтобы им никто не мешал, и будем помогать дальше. Сейчас начинается реконструкция двух приютов в районе Гванак-Гу. А теперь можете задавать вопросы. Это я акулам пера и операторам диктофонов.

– КБС.
– Во сколько обошлась реконструкция первого приюта?

– Из-за сложного расположения довольно дорого. Несколько миллиардов вон. Все пораженно выдыхают.

– Чосон Ильбо.
– И вам не жалко таких денег? Вы так богаты?

– На будущее Кореи никаких денег не жалко! И да, я богата, у меня есть омма, онни, дядя и моя кошка, это мое главное богатство.

– СБС.
– А при чем тут будущее Кореи?

– Мы вымираем, рождаемость достигла рекордно низкого уровня воспроизводства в одну целую, две десятых, а правительство разбрасывается готовыми детьми, никак им не помогая. Еще и на Запад отдает на усыновление. Или вон полторы сотни школьников опять покончили с собой после сунын. Где те средства, что выделены на борьбу против самоубийств? Ни одной социальной рекламы не видела по телевизору, ни одного плаката не висит в Сеуле. Это испанский стыд какой-то! Во я ляпнул-то! Меня к журналюгам надо выпускать в наморднике. Еще по правительству прошелся зачем-то, договаривались же с Сан Хеном пока их не трогать.

– Корея Таймс.
– А почему стыд испанский? Ну вот и самоубийцы им пофиг уже, нашли, что спросить.

– Даже испанцам за нас стыдно, вот почему. Желающие могут осмотреть приют, но не более одного человека от СМИ.

Пока папарацци щелкали меня, вход и персонал, вспоминаю последнее свидание в кавычках с Пацаком. Почему последнее? Так оно одно и было, после Нового Года Пацак пролетел. КНДР запустила какую-то хрень через-над Японией, в какую-то только им известную цель, и Пацака угнали на учения. Как оно связано, я не понял, да мне и не надо, мне в армии не служить. Короче, напугав всех северян, бригада Пацака вернулась в место дислокации только в начале февраля, но сразу мне не до того было, а вот перед открытием приюта мы посвиданкались.