Чтение онлайн

Мы дошли до кабинета Альберты и, постучавшись, дернули ручку двери, которая не подалась нам. Нахмурившись, я попыталась открыть ее еще раз, но на этот раз сильнее дергая за нее.

– Хэзевей, - окликнули меня за спиной, - так ты только дверь сломаешь.

Я оглянулась. Юрий. Единственный страж, с которым я нормально и даже весело общалась во время своего нахождения в Академии в качестве стража и учителя.

– Здравствуй, Юрий, - поприветствовала я его, не скрывая радостной улыбки от встречи давнего знакомого. Он тоже улыбнулся мне.
– Но, - решила поправить его я, - Не “Хэзевей”, а “Беликова”, - с неприкрытой гордостью сказала это, и уголки губ Дмитрия еле заметно поднялись.

– Оу, искренне извиняюсь, - сказал он, немного кланяясь.
– И поздравляю, правда немного поздновато, но лучше поздно, чем никогда.

– Спасибо, - поблагодарила я его.
– А где Альберта тогда?

– Она скоро придет, - ответил он мне после того, как поздоровался с Дмитрием.- Вам срочно?
– Мы кивнули.
– Она в детском корпусе, разбирается с документами тех, кто начал учиться.

Дмитрий кивнул и поблагодарил за информацию. Попрощавшись с Юрием, мы направились совершенно в противоположную сторону, что немного подбешивало меня. Чертово невезение. Почему оно случается именно со мной даже в таких простых делах?

Мой муж уверенно шел, находя нужные двери и коридоры, по которым нужно было пройти. Я лишь поспевали за ним, так как он шел неизведанными для меня путями. Хотя когда была тут стражем, то это было доступно мне, но я не пользовалась ими, так как не было в этом необходимости. Поэтому сейчас бежала за огромными и быстрыми шагами Дмитрия. Но без моей помощи тоже было никак. Он остановился напротив двух дверей, не зная точно, какая именно нам нужна, так как одна вела к детям дошкольного возраста, а другая к спальным корпусам младшей школы. Тут я, с гордо поднятой головой, подошла к левой двери и уверенно открыла ее, глядя на Дмитрия так, как будто этим спасла ему жизнь.

– Это элементарно. Что бы ты без меня делал?
– качая головой, возмутилась я и прошла в корпус.

Кабинет, где работала Альберта и где хранились документы, по мне, был расположен неправильно - прямо в игровой зоне малышей. Я не понимала логики. Дети могли спокойно забраться в кабинет и все там разрушить, испортить нужные бумаги, изрисовав их. Да и вообще работать в шуме невозможно. Последний факт я поняла точно, когда мы открыли дверь и нас встретили громкими криками дети, которые носились, что-то кидали, с кем-то делили игрушки.

– Так, - начала я разбираться в ситуации, чтобы не запутаться в этом хаусе еще больше, - ты стой тут, я быстро зайду к Альберте, отдам ей документы, переговорим, и быстро уйдем.

Не дождавшись его ответа, я быстро зашагала, огибая маленьких детей, которых мне было жаль. Их оставили в Академии из-за разных причин: или их бросили, или родители умерли. Я понимала их, пусть сейчас они не осознавали всей своей ситуации. Может на кого-то это повлияет, детство, проведенное здесь, а может и нет. Все зависит от них самих.

Постучав в кабинет, что было ненужным, так как стенка у него была стеклянная, чтобы следить за детьми и заниматься своими делами. Альберта заметила, как я подхожу, и встала, поприветствовав меня кивком. Я ей улыбнулась и закрыла дверь, после чего прекратились крики и оры детей.

– Здравствуй, Роза. Я тебя ждала.

– Мы тоже, но Вы оказались не у себя в кабинете, и нам пришлось пройти всю Академию, - сказала я в шутливом тоне, но все же жалуясь.
– Держите, - вспомнив, зачем меня Лисса посылала сюда, сказала я, протягивая огромную папку.
– Тут личные дела, а также документы.

Альберта взяла все из моих рук и направилась к столу, чтобы проверить, что я довезла все, что нужно было. Мне ничего не оставалось делать, как следить за Дмитрием, которого окружили дети, что не могло не вызвать улыбку. Они казались такими крошечными, по сравнению с Дмитрием, который, чуть ли не сгибаясь, что-то им говорил. И что же малышей привлекло к мужу? Вопрос, ответ которого я знала и уже давно.

К нему тянутся дети - это факт, который признали все вокруг. И это меня умиляло, так как такой высокий серьезный сильный хладнокровный дампир и так мягок, услужлив и игрив с детьми. Но потом улыбка медленно исчезла с моего лица.

Слишком рано всплыла эта тема. Тема про детей, которых у нас не может быть. Я думала, что это будет около двадцати пяти лет, когда Лисса забеременеет, будет светиться счастьем и все наши разговоры будут кончаться ее положением и выбором имени будущего ребенка. Думала, что можно пожить спокойно еще несколько лет, пока эту проблему нужно будет уже решать непосредственно в разговоре, а не заминать эту тему у себя в мыслях, думая, что до этого еще много времени. Но никогда нельзя полагаться на время, которое изменчиво и которое слишком быстро идет.

– Тут должно быть тринадцать личных дел, а тут всего одиннадцать.

– Посмотрите в конце или межу документами, - бросила я ей, пристально наблюдая за Дмитрием, как к нему пристало несколько мальчуганов, которые о чем-то восхищенно тараторили. Наверное, восхищались им как стражем. А кто бы не восхищался Дмитрием?

Он из-за чего-то рассмеялся и присел на корточки, чтобы быть практически одного роста со своими собеседниками, которые яростно размахивали руками. Я видела, как он им что-то объяснял, делая это увлеченно и с явным интересном. Я завороженно смотрела на эту картину, как Дмитрий общается с детьми и как ему это идет. Такой человек обязан быть отцом.

– Да, все верно. Я их нашла, - оповестила меня Альберта, собирая документы обратно в стопку.

Я рассеянно кивнула, нисколько не обращая внимания на ее слова и на окружающих, неожиданно для себя заметив, что задумалась о таком, о чем даже два года назад подумать не могла, и это меня испугало. Мое выражение лица не скрылось от Альберты, которая закончила разбираться с папкой.

– Что-то случилось, Роза?
– сказала она, а я покачала головой, отрывая взгляд от окна.

– Нет, ничего не случилось. Мы закончили?
– перевела я незаметно тему, на что капитан стражей кивнула головой.

Попрощавшись и обменявшись еще несколькими общими фразами, я вышла из кабинета и встала рядом с Дмитрием, не мешая и, тем более, не прерывая его разговора с мальчиком, который не отвлекся на игрушки и продолжал восторженно делиться своими мыслями о работе стража, что было уморительно. Всегда смешно, когда ребенок говорит о серьезных вещах.

Дмитрий на мгновение отвлекся от монолога мальчика, который все время отбрасывал головой свои не подстриженные волосы назад, и улыбнулся мне. Теперь он мне восторженно рассказывал, как ему восторженно рассказывал мальчик про стражей. От смеха я никак не могла сдержаться, а мысль, которая сначала показалась мне абсурдной, все больше обретала смысл и логичность.