Чтение онлайн

Подумав, я согласилась на это. Понял ли он, что пьеса направлена на подрыв существующих в британских владениях порядков, я так и не узнала.

Впуская мистера Лоуренса в свой огород, я заранее понимала простую вещь: он будет не последним английским шпионом, которого придется терпеть возле себя. Но с другой стороны, не получится воздействовать на ситуацию в Британской империи, полностью отгородившись от контактов с ее поданными. В этом плане, чем больше их шпионов засветится вокруг меня, тем лучше для наших "рыцарей плаща и кинжала". К тому же, я не Бернард Шоу. Писать пьесу на английском языке, да еще в стихах, было мне не по силам. Сестры Джулиан мне в этом были не помощницы. Зато Лоуренс оказался кстати. Подобно Нахалкову и Алексеевой, он прекрасно понимал, что без помощи "литературных негров" я с поставленной задачей не справлюсь.

— Знакомьтесь Мэри! Подполковник Джон Киплинг! Официально он в отставке, но вы понимаете, что настоящие джентльмены в отставку не уходят.

Да уж! Глядя на подтянутого джентльмена, сразу понимаешь, что отставка не для таких как он. Таких во что не одень, все-равно погоны проступят через любой костюм. И кто сказал, что военные не умеют носить цивильный костюм? Глупость это! Если человек умеет носить форму, то формой для него сумеет стать любая одежда. Мой отец, когда ушел в запас, с неменьшим шиком носил и строгий костюм, и спортивную форму и даже рабочий ватник в сочетании с кепкой, потертыми джинсами и резиновыми сапогами. Кстати! А ведь в джинсах тут никто не ходит!

— Здравствуйте полковник! Рада с вами познакомиться!

— Спасибо мисс, но я всего лишь подполковник.

— Жаль! Вам полковничье звание явно к лицу. Надеюсь, что это не только мое мнение.

Все эти политесы я разводила не просто так. Киплинг конечно внушал почтение одним только своим видом, но это не главное. Наверняка он был не только блестящим военным и хорошим разведчиком, но и это сейчас главным не было. Сейчас для меня главными были его литературные таланты. А Лоуренс уверял, что Киплингу не чужд поэтический дар. А раз так, то пусть он и помогает мне писать пьесу! Но был у меня еще один мотив. Я давно мечтала легализовать в этом мире творчество настоящего Киплинга. Я много чего помню на языке оригинала. Почему бы не сделать подарок "Старой доброй Англии"? Мне ведь не жалко.

Так началось мое сотрудничество с этими людьми. Джон Киплинг действительно оказался поэтом. А еще прекрасным компаньоном. Да и просто как человек он мне очень нравился. А уж когда приступили к написанию самой пьесы, он и вовсе поднялся в моих глазах. Благодаря его трудолюбию и ранее неизвестному для широкой публике поэтическому таланту, дело двигалось весьма быстро. И вот настал день, когда была поставлена последняя точка. То, что у нас в итоге получилось, не было полным аналогом творения Бернарда Шоу. Но это и неизбежно. Иной век, совсем иная страна и конечно же иные люди. Я уже не говорю о внесенных мною изменениях в сюжет. Кроме того, у Киплинга было иное представление о такой вещи как юмор.

— Мэри, английский юмор — вещь своеобразная. Про это ты наверняка слышала. Но и сам английский язык вещь не менее удивительная. Одна и та же фраза, сказанная англичанином и человеком говорящем на английском языке, будет содержать в себе разный смысл. И хотя для жителей наших доминионов английский язык является родным, они не всегда поймут того, что на самом деле сказано нами. Я такие ловушки в текст нарочно заложил.

— Но для чего? Ведь пьесу и фильм будут смотреть не только в Англии!

— Понимаете Мэри, профессор Хиггинс мог в течении короткого времени привить девушке культуру речи. Я лично не вижу в этом ничего невозможного. Когда я проходил службу в африканских колониях, мне попадались среди аборигенов такие, которые владели нашей речью как истые англичане. Но при длительном общении, они все-равно хоть на чем то, но прокалывались. Думаете, что янки сильно отличаются от африканских негров? Они похожи на нас внешне, и говорят на одном с нами языке, но англичанами от этого не становятся. Англичанином нужно родиться и вырасти. Для нашей Элизы это невозможно. Она уже родилась и выросла. А значит, неизбежно выдаст себя. Профессор Хиггинс научил ее говорить как человек, но человека из нее не сделал.

Как только текст был готов, начались иные заботы. Проблема была в подборе исполнителей. С одной стороны, ее быть не должно. Перебравшийся в Аркаим Нахалков успел много чего сделать и возможности его кинофабрики весьма впечатляли. С другой стороны, привлекать свой съемочный коллектив не стоило. Как ни крути, но фильм предназначался в первую очередь для американцев. Поэтому следовало комплектовать съемочный коллектив в первую очередь американцами. Вот только какими?

Как всегда, на помощь пришла Бонни. Все-таки она лучше меня ориентировалась в мире кинематографа. Американский кинематограф в этом мире стоил не очень дорого. Прежде всего потому, что сами англичане не очень были заинтересованы в его развитии. А если учесть, что никто не ставил себе целью распространять в мире то, что у нас именовалось "американскими ценностями"? А раз так, то щедрых денежных вливаний здешний Голливуд отродясь не знал. А раз так, то многие американские актеры получившие хоть какую то известность, стремились завязать контакты с европейскими режиссерами, чтобы обеспечить себе сносную жизнь. При этом, вход пускались любые, самые постыдные средства достижения личного успеха. Уже поэтому, словосочетание "американский актер" не являлось комплиментом. Про американских режиссеров можно было сказать весьма коротко: такие в наличии есть. И это все, что про них можно было сказать. Стоит ли удивляться отсутствию у них больших успехов? Уже поэтому Бонифация мне в течении часа накатала список более или менее приличных людей среди них. Но как выбрать нужного мне? Хорошенько подумав, я решила с ними сыграть в одну игру.

— Господа! Сейчас каждый из вас получит на руки примерный портрет главной героини фильма.

Как только я начала это говорить, служители сразу начали раздавать собравшимся в рекреации кандидатам распечатки с портретом главной героини. Портрет был сделан в лаборатории нашей Марго, на основе моего эскиза. То, что у нас вышло в итоге, очень здорово напоминало портрет несравненной Одри Хепберн. Что делать, если она мне всегда очень нравилась?

— Контракт мы станем заключать с тем из вас, кто сумеет раньше всех найти ту актрису, которая будет соответствовать нашим требованиям. А они таковы: помимо вполне определенного типа мордашки, она должна быть американкой. Возраст — от восемнадцати до тридцати лет. Далее, за ней не должно числиться скандальных историй. Она должна быть обаятельной и иметь приличные мозги. Дополнительное требование — желательно увлечение спортом или танцами.

В глубине души я не надеялась на то, что мне предоставят сразу то, что я хочу. Но вышло именно так. Уже на следующий день, уроженка Канады Маргарет Киддер, привела именно ту девушку, которая нам и требовалась! Где она ее нашла? В балетной студии Моисеевых! Именно там уже пятый год занималась так похожая на эталонный образец Патрисия О'Лири. Было Патрисии в данный момент девятнадцать лет. Насчет ее благонравия сомневаться не приходилось. Про порядки, что царят в балетном клане Моисеевых, нам как то говорили супруги Максимовы. Там выживал только тот, кто умел держать себя на привязи. Вольностей Моисеевы в своей епархии не допускали. И кроме того, бездари долго у них не задерживались. Плюсом было и то, что Патрисия свободно говорила на русском языке. Но не только я оценила ее достоинства. Лоуренс и Киплинг, которым предстояло сыграть роли профессора Хиггинса и полковника Пиккеринга, тоже оценили ее положительно. Гораздо сложней было найти исполнителя на роль Альфреда Дулиттла. Как ни крути, но герой этот весьма колоритен. Не знаю, с какой попытки, но нужный нам актер был найден. С прочими тоже пришлось повозиться. Помогло то, что почуявшая свой шанс Маргарет Киддер отнеслась к своей работе очень ответственно. Нужный нам коллектив был набран и работа закипела. Не сказать, что был этот коллектив чисто англоязычным. Ставить танцы я привлекла Максимову. Музыкальное сопровождение — тоже отечественное, хотя композитора пришлось выписывать из Америки.

А еще костюмы. По примеру виденного мной фильма, я и свой хотела сделать костюмированным. Поэтому пришлось привлекать не наших модельеров, а британских. Что влетело нам в хорошую копеечку. Но не только в затратах было дело. Высоко оценивающие себя мастера оказались теми еще снобами. Они наотрез отказались моделировать саржевые костюмы для главной героини и ее отца. А ведь мне уже запала мысль о том, что неплохо бы было одеть в джинсу хотя бы американцев. Вообще то, одежда из саржи американцам была хорошо знакома и даже одно время была распространенной. Но это была рабочая, а не повседневная одежда. И конечно же она давно вышла из употребления.

Раз признанные мастера отказались работать с джинсой, пришлось привлечь к этому делу соплеменников нашего Ривкина. Те морщить нос не стали, а внимательно выслушав мои пожелания, уже через неделю выполнили заказ, не забыв при этом запатентовать созданные по моим эскизам модели одежд. Получилось у них ничего так, стильненько! Я во всяком случае осталась довольна и разместила у них дополнительный заказ. На этот раз для себя.