Мятеж обречённых
Шрифт:
– Значит, попытаемся договориться с полковником Бизардом, – принял окончательное решение Андрей.
– Надеюсь, ты понимаешь, что Статус ни при каких обстоятельствах не даст нам – добро" на проведение операции, в которой будут задействованы местные жители, – внес окончательную ясность Дейл. – А следовательно, нам придется действовать на свой страх и риск. И в случае неудачи мы, если останемся живы, будем держать ответ перед Коллегией Статуса. При сложившихся обстоятельствах я бы не стал надеяться на вынесение оправдательного приговора. В лучшем случае нас вышибут из Статуса пинком под зад.
– Можешь утешиться тем, что это будет мой зад, – усмехнулся Андрей.
Глава 6
ВЗВОД ОСОБОГО НАЗНЕЧЕНИЯ
На пороге штаба Шагадди открыл дверь и сделал шаг в сторону пропуская вперед офицера, который все еще ходил с красным сержантским шевроном на груди.
– Ты как будто с кем-то меня спутал, Шагадди? – изобразил! удивление Андрей.
– Нет, но... – Шагадди замялся, не зная, что сказать.
Андрей усмехнулся и, взяв Шагадди за локоть, заставил его первым войти в дверь.
– Имей в виду, Шагадди, что офицерское звание само по себе вовсе не подразумевает того, что обладатель его является тупым и самодовольным рекином.
Едва они переступили порог, как вскочил со стула и вытянулся в струнку дежуривший по штабу сержант.
– Похоже, что все солдаты мыслят одинаково, – криво усмехнулся Шагадди. – Жизненный опыт подсказывает, что как только кому-то удается забраться на ступеньку выше других, то первым делом он начинает испражняться оттуда на тех, кто остался внизу.
– Он делает это только потому, что сверху на него льет помои кто-то другой, – ответил Андрей. – И у нашего героя не остается иного способа самоутверждения, как только путем унижения тех, кто не может ответить ему тем же. Кто-то в свое время мудро заметил, что самыми жестокими тиранами становятся бывшие рабы.
Коротко постучавшись, Андрей приоткрыл дверь в кабинет командира части.
– Разрешите?
– Входи, лейтенант, – махнул здоровой рукой полковник Бизард. Посмотрев на красный треугольник на груди Андрея, он недовольно сдвинул брови. – Мне врач успел дырку на плече залатать, а у тебя не нашлось времени новый шеврон пришить?
Полковник успел сменить перепачканную кровью куртку на новую. Левую руку Бизарда поддерживала белая перевязь, но, судя по тому, что к командиру части вернулись его обычные решительность и напористость, ранение было не настолько серьезным, как могло показаться в первый момент. К тому же от тех, кому приходилось прибегать к помощи гарнизонного доктора, Андрей не раз слышал, что, несмотря на свой комичный вид, врач он превосходный.
– Извините, полковник, но у меня действительно не было времени, – ответил Андрей.
Чтобы обозначить свое недовольство таким ответом, полковник хмыкнул, но высказываться по данному вопросу более конкретно не стал.
Помимо командира части и только что вошедших Андрея и Шагадди, в кабинете находился еще и рядовой Юнни. Как школьник, сложив руки на коленях, он тихо сидел на задвинутом в угол полумягком стуле.
– Ну так с чего начнем? – А вот этот вопрос был совершенно не в духе полковника Бизарда. Видимо, он все же испытывал некоторые сомнения по поводу произошедшего. – Сейчас здесь присутствуют все участники недавних событий. И мне хотелось бы знать, кто из вас сможет дать мне вразумительные объяснения.
Юнни, опустив голову, внимательно изучал складки на брюках. Он даже не шевельнулся, словно и не услышал обращенный ко всем троим вопрос полковника.
Шагадди, хмыкнув чему-то своему/искоса посмотрел на Андрея.
– Полковник, – начал Андрей, – я могу дать вам объяснения, но не могу быть уверенным в том, сочтете ли вы их достаточно убедительными. Впрочем, вы сами видели большую часть того, что происходило в комнате для совещаний, и, надеюсь, вполне отдаете себе отчет, что объяснить это с точки зрения привычной повседневной логики практически невозможно. Начнем с того, что в своем отчете я умолчал о некоторых весьма важных обстоятельствах нашего рейда по Гиблому бору...
Далее в течение часа Андрей рассказывал полковнику Бизарду о расположенном на территории Гиблого бора секретном исследовательском центре, созданном около шестидесяти лет назад по прямому указанию Нени Линна. О том, что, движимый параноидальными идеями заговора против существующей диктатуры Пирамиды, Нени Линн приказал уничтожить исследовательский центр, взорвав на его территории ядерный заряд. И о том, как работникам института удалось спастись, открыв проход, который в старинных легендах назывался Вратами Зла, и переместив заряд в зону запредельной реальности. Только благодаря тому, что им удалось вновь взять под контроль Врата Зла, запредельная реальность не хлынула в мир неудержимым, сметающим все на своем пути потоком. Но возможности людей из группы Кармера небезграничны. Не получив помощи извне, они не смогут бесконечно долго сдерживать запредельную реальность, рвущуюся в мир через открытый некогда проход.
– Почему Кедлмар? – негромко спросил полковник Бизард, когда Андрей прервал свой рассказ, решив, что уже дал своим слушателям достаточно информации для того, чтобы они могли осмыслить ее и сделать определенные выводы.
– Простите, полковник? – переспросил Андрей.
– Я хочу знать, почему это случилось именно в Кедлмаре? – В голосе полковника не было даже намека на недоверие. Безоговорочно принимая на веру все, что рассказал Андрей, он просто хотел получить ответ на заданный вопрос.
– Как я уже сказал, проход в зону запредельной реальности был обнаружен и открыт в результате исследований, проводившихся в Гиблом бору. Но столь плотное скопление запредельной Реальности в районе Кедлмара стало следствием не научных исследований, а жестокого социально-экономического кризиса, из второго страна не может выбраться вот уже на протяжении нескольких десятилетий. Даже если бы проход на территории Гиблого бора не был открыт, запредельная реальность нашла бы иные пути проникновения на территорию Кедлмара. Да, по сути это уже произошло. Скажите, разве могли бы люди с нормальным, нетрансформированным сознанием, видя собственными глазами то, что происходит вокруг, верить при этом в бравые официальные рапорты Пирамиды об очередных успехах в экономике, в государственном строительстве и в борьбе как с внешними, так и с внутренними врагами?
Полковник Бизард кашлянул и покрутил головой так, словно воротник слишком сильно давил ему на шею. При этом он подозрительно покосился на Юнни, а затем на присевшего рядом с ним Шагадди.
– Как ни странно, но, только побывав в Гиблом бору, я окончательно убедился в том, что мы живем в мире, где все перевернуто с ног на голову, – негромко произнес Шагадди. – Я не знаю кто в этом виноват – Пирамида или какая-то там запредельная реальность. Я не знаю, как все поставить на свои места. – Шагадди сделал вращательное движение руками. – Но если найдется человек, который скажет мне, что это можно сделать, то я пойду за ним. – Шагадди поднял голову и твердо посмотрел в глаза командиру части. – Надеюсь, полковник, вы не сочтете это изменой воинскому долгу. Я дал присягу защищать свою родину, и именно это я намерен делать всегда и везде.