Мятеж обречённых
Шрифт:
– Чем конкретно нам предстоит заниматься? – спросил солдат по имени Эйх, которого друзья называли просто Длинным – роста он и в самом деле был немаленького.
– Не волнуйся, Эйх, – усмехнулся Андрей. – Больше обычного напрягаться не придется. В свое время все узнаете.
– Значит, все как всегда, лейтенант Апстрак? – подал голе из второй шеренги Гесс Руут. – Солдат узнает, зачем он шел бой, только когда получает пулю между глаз?
– Я могу обещать тебе, Руут, так же как и всем остальным, – взгляд Андрея скользнул по лицам стоящих в строю солдат та словно лейтенант хотел запомнить каждого, – если я поведу вас на задание, с которого, возможно, вернутся не все, каждый из вас будет знать, ради чего он рискует жизнью.
– У вас плохая статистика, лейтенант Апстрак, – заметил рядовой Кадишш.
Прежде Андрей близкой дружбы с ним не водил, но знал Кадишша как первоклассного подрывника. Специальность сама себе была редкой, а второго такого аса, как Кадишш, не было всем гарнизоне, поэтому Андрей и взял его к себе во взвод. Невысокого роста, черноволосый, с маленькими юркими глазами, Кадишш казался Андрею похожим на цыгана.
– Что ты имеешь в виду? – сделав шаг в сторону, Андрей занял положение прямо напротив Кадишша.
– После недавнего вашего рейда в Гиблый бор назад с вами вернулись только двое человек.
– Ты ошибаешься, Кадишш, – ответил Андрей. – Тогда взводом командовал не я, а лейтенант Манн.
– Но после того, как вы взяли командование на себя...
– Когда Джагг взял командование на себя, мы уже по уши сидели в дерьме! – рявкнул Шагадди. – Ты там не был, Кадишш, поэтому и не говори о том, чего не знаешь!
– Я потому и задал вопрос, что хотел до конца прояснить для себя ситуацию, – спокойно ответил ему Кадишш. – Я не стану более ни о чем вас спрашивать, лейтенант Апстрак, – снова обратился он к Андрею. – Просто я хочу поделиться с вами некоторыми своими соображениями. Поскольку наш взвод особого назначения был создан вскоре после вашего рейда в Гиблый бор и командовать им были назначены именно вы, я могу сделать вывод, что нам предстоит и дальше раскапывать то, что вы там обнаружили. Не знаю, что вы нашли, но, похоже, штука эта смертельно опасна. И мне, признаться, хотелось бы узнать, насколько эта опасность велика и каковы шансы остаться в живых у тех, кому предстоит иметь с ней дело. Это не вопрос, лейтенант, а всего лишь размышления вслух. Вы можете на них ничего не отвечать. Но осудить эту проблему между собой мы имеем право.
– Где ты научился так красиво говорить, Кадишш? – с улыбкой спросил Андрей.
– У меня это врожденное, – ответил солдат, не принимая предложенного лейтенантом шутливого тона.
– Ответом на твой вопрос, Кадишш, являются Шагадди, Юнни и я сам. Если нам удалось остаться в живых, то, следовательно, смертный приговор для каждого из вас еще не подписан. Что касается больших потерь, которые понес взвод лейтенанта Манна в Гиблом бору, то причина этого заключается в том, что мы оказались не готовы к тому, что встретили там.
– И то, что Дрони Манн был полным остолопом, – не смог удержаться от замечания Шагадди.
– Верно, – коротко кивнул Андрей. – И это тоже сыграло свою роль. Теперь, если кто-то может сказать то же самое и обо мне, – прошу!
Никто из стоящих в строю не произнес ни слова. Казалось, солдаты даже боялись шевельнуться. Хотя команды "смирно" не было, каждый стоял, выпрямив спину и прижав руки к швам на брюках.
– Еще вопросы есть? – спросил спустя минуту Андрей. Вопросов не было.
– Отлично, – улыбнулся Андрей. – Но имейте в виду, что все претензии в свой адрес я готов выслушать сейчас. Через тридцать секунд я буду требовать от вас только беспрекословного выполнения приказов.
Андрей поднял руку и демонстративно посмотрел на циферблат часов. Когда секундная стрелка сделала пол-оборота, лейтенант опустил руку и снова обвел взглядом строй.
– Через полосу препятствий взвод поведет сержант Шагадди, – объявил он. – Рядовой Юнни – ко мне. Остальные – вперед!
Взвод разом сорвался с места.
– Живее! Живее! – с энтузиазмом принялся покрикивать на солдат едва успевший выскочить из общего строя Шагадди.
Быстро глянув на Андрея, он подмигнул ему и кинулся догонять взвод, который уже начал перебираться по бревнам на другую сторону затопленного водой оврага.
Андрей усмехнулся, увидев, как один из молодых солдат, сорвавшись с бревна, плюхнулся в воду. Ему вспомнилось, как он сам когда-то, лет пять тому назад, сидел в яме с грязной водой, а сверху на него, посмеиваясь, смотрел сержант, которого он тогда ненавидел всей душой.
Вообще-то это были воспоминания Дейла. Но Андрей уже настолько свыкся со своей ролью, что ему требовалось проявить определенное усилие для того, чтобы отделить собственные воспоминания оттого, что происходило с его напарником. Ему казалось, что это он сам прошел длинный и для других абсолютно м возможный путь от рядового до лейтенанта.
– Иди сюда, Юнни, – взмахом руки Андрей подозвал к се оставшегося вместе с ним солдата, который держался в стороне словно новобранец, не знающий, как подойти к офицеру.
После вчерашней встречи с Гефаром Юнни пребывал в совершенно не свойственном для него подавленном настроении. Временами, когда Андрей тайком наблюдал за ним, ему казалось что Юнни полностью замкнулся в себе и не воспринимает того, что происходит вокруг. Хотя пока особых причин для беспокойства не было, Дейл предложил поговорить с Юнни наедине. В конце концов, у парня могли быть и какие-то иные причины для грусти, никак не связанные с Гефаром и запредельной реальностью.
Подойдя к поваленному дереву, ствол которого был покрыт серыми пятнами лишайника, Андрей выбрал место, свободное от веток, и сел.
Юнни остановился в двух шагах от него.
– Садись, – ладонью похлопал Андрей по стволу дерева рядом с собой. – Или ты теперь, как и остальные, считаешь, что всего меня прежнего прихлопнул лейтенантский шеврон?
Юнни подошел к поваленному дереву и очень осторожно присел.
Андрей обратил внимание на то, что основной вес тела Юнни по-прежнему держал на ногах, словно опасался, что дерево под ним может вдруг исчезнуть и он упадет на землю.
– Ну так что? – спросил Андрей. Юнни молча пожал плечами.
– Ты не хочешь со мной ни о чем поговорить? – по-иному поставил вопрос Андрей.
Юнни снова повторил свой неопределенный жест.
– Послушай, Юнни, – Андрей положил ладони на колени. – Я не собираюсь вмешиваться, если ты считаешь, что способен сам справиться со своими проблемами. Но мне нужно быть уверенным в том, что это никак не связано с запредельной реальностью и со вчерашним визитом Гефара.
Юнни по-прежнему сидел сгорбившись, втянув голову в плечи и тупо глядя в землю под ногами.