Чтение онлайн

Она понимала, как глупо это звучит.
– Больше такого не повторится.

– Разумеется, - сказал Владиан холодно.
– Я переговорю кое с кем в контроле безопасности уровня. Ясна опустила голову еще ниже.

– Насколько серьезную, по-вашему, ошибку вы совершили?
– осведомился у нее куратор.

– Я... я не знаю.

– Вы уверены, что вообще совершили ошибку, младший медтехник первого класса Ладова?

Только теперь Ясна рискнула недоверчиво поднять глаза на куратора.

– Вы хотите сказать, что я поступила правильно?!

– Если на ПП вам было предложено войти, а не подождать, то лично вы сделали то, что от вас требовалось сделать. Однако запомните, что в будущем вам нужно сначала изучать принятые правила, а потом уже действовать. Вам понятно?

– Да, куратор Владиан, - виновато пробормотала Ясна, снова опуская голову.

– Могу я поинтересоваться, что заставило вас явиться к месту встречи за столько времени до срока?

– Я привыкла заранее приходить на работу. Владиан усмехнулся.

– Это я и имел в виду, когда сказал, что нужно сначала ознакомиться с правилами. На Фэр'Элун нет понятия "слишком рано". Госпиталь работает круглосуточно, и смена каждого начинается тогда, когда это ему подходит, лишь бы человек проработал шесть часов подряд и явился снова через девять.

– Не может быть!
– вырвалось у Ясны, - На Шанчане мы работали десять через десять.

– Там живут на поверхности и связаны сменой дня и ночи, в отличие от нас... Мы поговорим еще об этом, но несколько позже. А пока идемте. Члены группы не должны ждать друг друга.

Госпиталь Фэр'Элун оказался во много раз больше, чем в поселении Цинху и даже чем в космопорту Шанчан-1, где сначала находилась мать Ясны. Сектор двести девять был отделением для пилотов. Ясна поразилась: почти все ее подопечные оказались совсем молодыми, последних призывов, курсантами родом с самых разных планет, испытателями новых типов управления для военных машин. По счастью, большинство из них были поражены нетяжело, и Ясна не знала, радоваться ей или досадовать, видя, как быстро ее нейроконтроллер приносит ответ их сознания. Шанчанцы шли на контакт гораздо труднее и крайне редко испытывали к своему "оператору" такую почти чувственную симпатию.

Всех остальных медтехников группы проблемы взаимоотношений с пациентами, похоже, не смущали. Ясна попыталась поделиться с товарками своими сомнениями, но три из четырех едва не подняли ее на смех и отказались что-либо объяснять. Самая старшая, молчаливая имперка, только покачала головой:

– У тебя явно раньше не было парня.

Замечание девушки повергло Ладову в сомнения. Что значит, был ли у нее парень? В каком смысле? Как медик, она прекрасно понимала предназначение и суть физической близости двух существ, разбиралась в механизмах влечения и его причинах. Но в ее эмоциональном опыте на этом месте был пробел. Ясна считала себя вообще не способной на любовь, о которой ей доводилось так часто слышать, а иногда даже чувствовать ее отголоски в сознании своих пациентов. Конечно, хорошо было бы когда-нибудь... Но при подобных мыслях Ясна всегда безжалостно одергивала себя. Такой, как она, не дано испытать ни с кем духовного, а потому - и физического родства. Однажды на Шанчане немолодой, степенный и рассудительный чиновник из администрации госпиталя - завидный жених, прекрасная партия -преложил ей законное и достойное всяческого уважения брачное партнерство, но она не испытала при этом никакого внутреннего подъема, как следовало бы в подобных обстоятельствах. Если Ясна отвергла его, как она может поощрять стремления хоть одного из этих мальчиков-пилотов?

Наблюдениями и раздумьями первой пары недель работы Ясна постоянно делилась с Владианом. Он был ее куратором, медиком и специалистом - а новые впечатления Ясны были необычным и интересным аспектом чисто медицинской проблемы. Кроме того, Владиан специально приходил каждый раз после смены учить свою команду обращаться с новыми, незнакомыми девушкам прежде приборами, беседовать о подробностях "периода адаптации" - и особенно поощрял всех обсуждать с ним мельчайшие переживания и подробности прошедшего дня.

Поприветствовав Ясну и усадив ее в кресло с высокой массивной спинкой, Владиан вернулся к работе с каким-то громоздким агрегатом. Девушка излагала свою точку зрения, а куратор поглядывал на нее, то и дело отрываясь от своего дисплея.

– Так вам не кажется правильным, что эти мальчики видят в вас больше, чем друга?
– еще раз уточнил он, когда Ясна выговорилась.

Девушка чуть нахмурила лоб, пытаясь точнее выразить свою мысль:

– Понимаете... мой образ должен пробуждать в них желание вернуться к прежней жизни, но... мотивы этого желания должны быть иными.

– Вы полагаете, могут быть мотивы лучшие, чем тяга к молодой красивой женщине?
– осведомился Владиан.
– Вы не думали о том, чтобы, наоборот, поощрять их? Для ваших подопечных это может стать лишним стимулом.

– Я никогда не смотрела на это... с такой точки зрения, - с запинкой сказала Ясна.
– Может быть, если у меня будет назначение врача...

– Вы это сделаете?

Девушка в раздумье изучала свои руки.

– Наверное, не смогу, - тихо призналась она.
– Эти мальчики для меня только подопечные, а нейроконтроллер исключает в общении какую бы то ни было фальшь. Даже если бы я смогла себя заставить, было бы недопустимо и жестоко потом так разочаровать пациентов.

– В самом деле?

– "Потерявшиеся" похожи на тех, у кого завязаны глаза, - голосом и прикосновениями у них можно создать любой образ, но будет горькая трагедия, если придуманное не совпадет с тем, что они увидят, когда снимут повязку. А получилось бы именно так.
– Ясна невесело улыбнулась.
– Шанчан совсем отучил меня от эмоций, а зеркало каждое утро отрезвляет касательно внешности.

Владиан чуть искоса, оценивающе смотрел на нее:

– Зеркало вас именно "отрезвляет"? Интересно...

– Такая, как я, не может быть по-настоящему желанной.

– Я понял. Тогда, возможно, вы предпочли бы подопечного, вообще лишенного эмоций?

– Это невозможно...

– Отчего же? Общение на уровне логики и фактов, общение, которое с его стороны никогда не переросло бы ни во что большее... Я правильно понял ваше пожелание?

– Это было бы более честно, - сказала Ясна, не понимая, почему вообще признается в таких вещах.

– В какой-то степени я даже рад это слышать, - еще раз сверяясь со своими приборами, пробормотал Владиан.
– Что ж, посмотрим, что я смогу для вас сделать.

Прикосновением ладони Ясна открыла дверь квартиры, или блока, как говорили на Фэр'Элун. За дверью была санитарная зона - затянутая розовой пленкой опалесцирующая ниша в толстой стене, - а затем начиналось огромное, словно шанчанский закрытый стадион, полупустое помещение.

С течением времени человек так или иначе обрастает вещами, место, которое он называет домом, отражает личность своего жильца, его склонности и характер. По жилью Ясны сказать что-либо о ней было почти невозможно - несмотря на необъятные возможности внутреннего преобразовательного процессора, девушка все никак не могла собраться сменить стандартную, в гостиничном стиле, отделку квартиры. Единственное, что придавало помещению индивидуальность, стереокартины, в ряд размещенные на стене, позади мощного рабочего терминала.