Чтение онлайн

— Есть!

Адъютант еще немного постоял и осмелился спросить:

— Разрешите идти?

— Идите, Крет.

Щелкнув каблуками сапог, он отдал честь и четким строевым шагом покинул кабинет.

«Постращал его немного, — подумал маршал, — пусть не теряет голову. Надо бы подыскать на его место кого-нибудь другого, но только потом, пусть сначала эта дыбанная война закончится, а то убьют его в первом же бою. Хотя, может быть, в нем проявится хороший воин, а робеет он по молодости перед моими маршальскими звездами.»

Герцог-текронт покинул кабинет и спустился гравилифтом в комнату допросов. У дверей его встретили караульные бээнцы и «взяли под ружье».

Комната была просторна, особенно из-за нехватки мебели.

— Здравия желаю, господин командующий, — приветствовал его Цет.

— Здравия желаю, генерал.

Они пожали руки.

— Вот, смотрите, — с очень довольным видом показал генерал в сторону своих подчиненных, которые устраивали в кресле для «промывки мозгов» Аль Кора.

— Много же мне нервов потрепал этот ублюдок, но теперь я ему воздам должное.

Бээнцы с силой пристегивали отчаянно сопротивляющегося ирианца к креслу. Тот дико визжал и брыкался, чувствуя неотвратимое. Невольно возникала аналогия с животным, которое привели на бойню, и которое чувствовало приближение смерти и изо всех сил упиралось. Только в случае Аль Кора на кону была не смерть, а сумасшествие.

— Сейчас приступим, — Цет злорадно ухмыльнулся и потер в предвкушении руки. — В его голове много ценного. Эфор безопасности будет доволен.

— К сожалению, вынужден вас покинуть, генерал, — с деланной досадой сказал Хок.

— Неужели вы лишите себя удовольствия поприсутствовать? — Цет искренне удивился.

— Я понимаю ваше нетерпение и разделяю вашу радость, генерал, но вы прибыли немножко не ко времени. У меня через час важное совещание, я должен подготовиться.

— Понимаю, господин командующий. — Удивление генерала сменилось радостью, которую он замаскировал под нетерпение от ожидания будущего мозгового штурма пленника. И было от чего. В секретных инструкциях, адресованных лично Цету, Эфор Ивола выражал желание, чтобы некоторые сведения извлекались из пойманных главарей мятежников вне присутствия армейского начальства.

— Я надеюсь, вы поделитесь со мной результатами? — спросил Хок для виду.

— Непременно. Копию записи психосканирования я вам отдам лично.

«Подкорректированную, естественно, — подумал маршал. — Некоторую информацию армейцам знать не положено, с точки зрения БН. Не положено даже мне, герцогу-текронту, кузену императора! А, плевать!»

Хок кивнул на прощание и, выкинув из головы Цета с его садистской командой, стремительно вышел из помещения.

Вновь вернувшись в кабинет, он хотел было поработать с донесениями тыловиков, но вспомнил о пленном.

Сегодня утром он выезжал в район дислокации одного из корпусов 80-й армии, побывал в штабе корпуса, на командных пунктах дивизий, некоторых бригад и отдельных полков, беседовал с офицерами. Такие выезды приходилось делать не раз, важно было лично оценить обстановку на сложных участках, выявить потребности войск, слабые стороны в боевой подготовке, сопоставить снабжение войск и их реальные нужды и многое другое.

Возвращаясь во дворец, его гравитолет пролетал мимо лагеря пленных повстанцев. Маршал решил побывать и в нем. Лагерь ему не понравился. Много грязи, большая смертность, разболтанная дисциплина охраны. Он снял с должности начальника лагеря и с понижением направил на передовую, а на его место назначил другого офицера, указав тому на недостатки в организации конвойно-караульной службы и содержании пленных и приказав их устранить. А чтобы новый начальник лагеря побыстрей шевелился, он оставил одного из своих офицеров-порученцев.

Во время обхода одного из бараков маршал заметил среди пленных нишидов. Это поразило его. Он приказал доставить к нему одного из них званием повыше. Привели изможденного, но от природы крепкого офицера в потрепанном мундире светлокоричневого цвета с майорскими погонами на манер имперских. Впрочем, погоны и были имперскими, как и эмблемы танкиста. Хок встретился с ним взглядом. Ни страха, ни сожаления в его глазах не было, маршал увидел в них обреченность и одновременно вызов. Он приказал поместить этого пленного в один из гравитолетов его эскорта, а солдатам покинуть машину. Обожженные руки пленного, перевязанные грязными обрывками офицерских кальсон, зажав не до упора, сковали наручниками.

Оставшись один на один внутри гравитолета, Хок и пленный долго смотрели друг другу в глаза, взаимно оценивая.

Хок не ощущал ни ненависти, ни презрения, только интерес.

— Ты ведь нишид и служил в сорок восьмой армии, не так ли? — для начала задал очевидный вопрос маршал.

Пленный кивнул.

— Нишид, а воюешь на стороне ирианцев. Против своих же.

Пленный молчал.

— Я герцог-текронт маршал Хок, командующий объединенной группировкой на ирианских мирах. Теперь прошу представиться вас.

— Майор Аринс, командир первого батальона восьмого среднего танкового полка ирианской революционной армии.

— Почему вы перешли к ним, майор Аринс?

Пленный молчал и все так же с вызовом смотрел в глаза Хоку.

— Что тебя подвигло на предательство? Ты же нишид, давал присягу, а потом воевал против своих же товарищей.

— Мои товарищи там, в лагере.

Хок отвел взгляд в сторону. Наступила пауза. Аринс уставился в пол.

— Крет! — вызвал маршал по передатчику адъютанта.

— Слушаю, господин командующий.

— Организуй сто грамм.

— Понял.

Спустя пару минут открылся люк десантного отсека гравитолета. Адъютант принес кружку с водкой и завернутый в бумагу бутерброд с ветчиной. Поставив все это на одно из сидений у амбразуры, он удалился.

— Пей и закусывай.

Пленный взглянул на принесенное и отвернулся. Хок понимал, что это проявление гордости и знал, что Аринс голоден.

— Не отказывайся. Пей. Я тут не собираюсь тебя исповедывать, объяснять, какой ты есть. Я просто хочу понять.

Несколько минут никто не произносил ни слова. Маршал ждал, а Аринс вел с собой внутреннюю борьбу и вовсе не с голодом, а с врожденной нишидской гордостью.

— Понять, — прошептал майор и, протянув скованные руки, ухватил ими кружку. Сделав резкий выдох, он залпом ее опорожнил. Потом, развернув бумагу и быстро заработав челюстями, расправился с закуской.

— Сигарету?

— Благодарю, маршал.

Хок вынул из пачки две сигареты, одну дал ему и чиркнул зажигалкой, после чего подкурил сам.