Мятежный князь. Том 5
Шрифт:
«Скорпионы» потеряли свой «столб», что их поддерживал, но нашли «небо», которое сумело их укрыть.
В чужой стране, среди недобрых взглядов, они сумели найти короткий приют. Короткий миг мира сменился привычной подготовкой к войне.
И «Скорпионы» тряслись от нетерпения. Снова они шли в бой, но под новым «небом».
Леденящий душу снег Сибири развеял их последние крупицы сомнений, словно песчаная буря, что перемалывает царственные барханы из сыпучего золота в Халифате.
Но даже сейчас их новый господин их снова удивил. То, с какой яростью он сражался…
Так не воевали люди. Так дрались больше боевые звери, загнанные в клетку с своим извечным противником.
Подобной злобы Дарий не видел никогда.
Птеродактиль ворвался в ряды армады, подобно метеору в ничего не подозревающую равнину.
Грянул громогласный грохот от сотен трескающихся костей. Вой кобольдов, казалось, взывал к радужным небесам, моля о быстрой смерти.
И костяное творение их господина ответило на эту просьбу. Воздух разрывался от вихрей, что окрашивались в кровь. В ущелье пошел по-настоящему кровавый дождь.
Багряно-черные капли падали им на головы, пока в ушах свистели порывы ветра, также били песок и пыль в глаза.
А над головой, среди всего этого безумия стихии проглядывалась крылатая фигура, что своим мрачным блеском бросала в дрожь.
Она издала нечеловеческий рев, после чего влетела в грудь самому крупному троллю и оставила в ней сквозную дыру. Сердце монстра покоилось в ладони рогатой фигуры.
После чего она же и раздавила орган, сжав кулак, и тут же атаковала смертельно раненного противника.
Дарий видел изумрудные завихрения возле их господина. И они пугали пуще кровавой бойни кругом.
Так полыхала чужеродная энергия… Чуждая их миру, которую не стоило принимать и от которой следовало бежать, как от Белой чумы.
Сжав зубы, мужчина сосредоточился на рубке кобольдов. Сначала он должен был исполнить задачу, выданную ему господином.
Остальное — подождет. Ведь еще неизвестно, переживут ли они этот день или все и полягут, ослепленные славой воинов…
«Ты же хочешь силы…»
Десяток монстров сгинул во вспышках взрывов маны. Другую группу уничтожила под собой лапа голема.
Снова этот голос.
Я его слышал также отчётливо, как шепот костлявой из раза в раз.
Подобно старому приятелю, голос обволакивал мое сознание в нежную пелену, заставлял отстраниться от происходящего, забыть на долю секунды о всех переживаниях.
Тролль лишился половины головы, но тут же начал регенерировать даже с поврежденным мозгом. Но я успел вычислить местоположение его ядра, оттого следующий удар стал для него последним.
Чего я… хотел?
«Власти, могущества, влияния и славы. Ты не святой».
Когти из застывшей крови вспороли брюхо кобольду. Сразу после я взмахом метнул еще горячую кровь в монстров за оппонентом, наполнив ту приличной порцией маной.
Ущелье задрожало от новой встряски, уже полноценные булыжники обрушились на головы армады.
Так даже лучше…
Да. Я не лишен недостатков. Никто не идеален. Но я старался действовать на благо себе и тем, кто вокруг меня.
«И для этого тебе не хватает сил…»
Голос вновь был прав. Как бы я ни пытался, мир показывал средний палец. Всегда есть кто-нибудь сильнее тебя, а на каждую гору найдётся пик повыше.
«И это делает только всё интереснее. Тебе нравится это пьянящее чувство азарта. Ты наслаждаешься резней. Как и тогда…»
Перед глазами всплыли послеобразы бойни в день нападения на особняк Ливен. Я не хотел признавать очевидного.
Тогда я действительно допустил серьезную ошибку. Пошел против Империи. Встал на дыбы. И едва ли избежал наказания.
Нельзя было позволить случиться подобному во второй раз. Мне следовало держать себя в руках, держать под контро…
«ВЗДОР!» — прогремела отчётливая мысль в сознании.
Голем взревел во всю силу, оглушая монстров, после чего широким ударом крыла обратил в кровавую кашу полсотни существ. Даже несколько троллей не избежали своей участи.
Меня же с ног до головы залило кровью.
Омерзительный привкус металла на губах вызывал только лишь тошноту и головокружение.
За спиной начал мерцать изумрудный блеск эфира.
«Прими себя, забудь о всей этой мишуре и бреднях вокруг. Есть только ты. Есть только…»
— Я… — на губах засиял непринуждённый оскал. В одно мгновение кровь стала походить на божественную амброзию, стоны, плач и вой армады обратился в ласкающую слух мелодию.
Все поле битвы точно преобразилось в неспешную игру в шахматы. Вот, белый слон с моей стороны делает шаг по диагонали на две клетки, срубая три коня неприятеля.
Пешки двух цветов, черные, как смоль, и белоснежные, как снег в Сибири, срубают друг дружку каждую секунду баталии. Следующие за ними фигуры даже не успевают сменить друг друга.
«Яви себя миру. Укажи ему его ничтожество, его несовершенство. Исправь его на свой лад. И займи заслуженное место у верхушки…» — всё напевал голос.
Он так манил. Так пленял.
Я широко расставил руки, паря над основной массой чёрных пешек.
Над ладонями зажегся эфир. Все ущелье задрожало в страхе от доминирующей энергии Плеяды.
Радужные небеса недовольно разразились молниями, что породили первые признаки облавы.
Треск молний и шум грома эхом расходился по округе.
А следом все стихло. Все звуки пропали. Всё замерло в благоговении и трепете, даже бой подо мной остановился на короткое мгновение.
Потому как мои пальцы, сжавшись, схватились за саму материю.
Отблески изумруда виднелись в глазах, крылья и рога мерцали чужеродным светом.
А пальцы вдавили воздух, точно тот стал осязаемым. Он сопротивлялся, трещал по швам, да с таким нежеланием и шипением, что, казалось, дрожали барабанные перепонки.
И вот…
Эфир сломал очередную грань реальности, разорвав саму материю. Черные полосы появились в пространстве, которые следовало только лишь мне направить.