Чтение онлайн

– Вот так встреча! – послышался позади меня писклявый голос, от чего я непроизвольно скривился.

– Николас, милый, давно я тебя здесь не видела! – всплеснув руками, проговорила особа, которая меня дико раздражала.

– Почему один сидишь, скучаешь?

– Привет, Джоузи! – ко мне подошла местная певичка.

– Привет, привет. – протяжно сказала она, при этом нагнувшись так, что вся её грудь была наружу, в метре от моего лица.

– Хочешь я проведу вечер с тобой? Вспомним наше прошлое.

– У нас нет с тобой прошлого. – холодно ответил я.

– Конечно, но в моих мечтах и вот здесь, и вот здесь. – женщина стала откровенно себя демонстрировать, указывая на область груди.

– Мечтать, Джоузи, это хорошо. – проговорил я, отодвигаясь от назойливого тела блондинки.

– А ты не изменился, всё такой же бука. Может я спою тебе и твоё сердце растает, а?

– Слушай, Джоузи, ты нормальная женщина…

– Девушка! – возмутилась Джоузи.

– Хорошо, девушка. – я лишь отмахнулся согласием на её замечание и настойчиво продолжил свою мысль.

– Просто найди себе того, кто будет тебя ценить.

– Я сейчас с ним разговариваю. – кокетливо сказала она, потянувшись своей рукой к моему лицу. Но я успел отвернутся, чувствуя при этом сильное раздражение.

Джоузи с её манерами и стилем жизни можно описать одним словом – "вульгарность". Не смотря на это, лицо женщины могло бы выглядеть довольно мило, если бы не слой макияжа. Но в голове этой барышни не переставал гулять вечный февраль, с полным отсутствием чувства самосохранения и уважения к себе. Если бы не жила она в Ричмонде, а например в одном из городков штата Техас, при этом работая в придорожном баре, давно бы влезла с головой в неприятности.

– Джоузи, не хочу с тобой ругаться, давай договоримся, ты идёшь работать, помня о благоразумии ко мне не приставать. Договорились?

– Да, сладкий, договорились. Мне и так уже нужно идти, сам знаешь, Фаррух не любит опозданий. Но петь я буду для тебя всё это время.

Она поцеловала свои пальцы и быстро коснулась моего лица.

Я даже не успел среагировать, как она, смеясь, убежала на сцену. Схватив микрофон, она сказала:

– Это песня посвящается моему Николасу. Милый, для тебя. – отправив мне воздушный поцелуй, она начала петь.

– Что я пропустил? – сказал пришедший, Джерри, ошарашенно глядя на меня.

– Мы с Джоузи теперь вместе.

– Ты серьёзно?

– Куда уж серьёзнее?

– Николас, ты что уже набрался?

– Джерри не тупи, лучше помоги мне избавиться от неё.

– Ну! – сделал паузу друг. – Нужно найти ей кого-то. Кого-то, такого же пришибленного. Либо вечно бухого. Трезвенник её точно не вынесет.

Я засмеялся.

– Ты, что будешь пить? – вставая, спросил Джер.

– Мне пока достаточно этого.

Я указал рукой на литровый бокал с пивом.

Джерри пошёл к бармену, а я взял свой бокал и сделал вкусный глоток холодного напитка мутного карамельного цвета, который вместил в себя горечь гречишного меда, запах коры дуба и свежесть полевых трав. Я почти наслаждался, если бы не одно назойливое пятно – Джоузи.

Все это время она пела "Огненный поцелуй". Обычно Джоузи исполняла песню не так уж плохо, хотя меня раздражал её голос в принципе, в особенности верхние ноты. Но сегодня она опошлила и испортила эту композицию так, что джазовый метр точно перевернулся бы в гробу и не раз. И да, я не посещал этот бар так часто, как мне хотелось бы из-за нежелания весь вечер слушать творчество этой особы. Однако, именно здесь продают самое лучшее нефильтрованное пиво и только поэтому я был готов стерпеть даже Джоузи.

Пытаясь пропускать мимо ушей раздражающий голос, моё внимание привлекла женщина. Она шла быстрыми широкими шагами ко выходу, а следом за ней также быстро шёл недовольный Фаррух. По её походке можно было понять, что она расстроена. Вид у неё был по-детски мил: комбинезон жёлтого цвета, короткие светлые волосы и обиженная зажатость в движениях, свойственная скорее подростку, чем молодой женщине. Она резко остановилась у центрального выхода, и спустя несколько секунд, развернувшись, что-то сказала Фарруху. Тот незамедлительно пришел в ярость. Не знаю почему, но что-то меня побудило встать и подойти к ним. Мне показалось, что раньше я уже где-то видел её. Я ощутил как во мне возникло стойкое чувство дежавю.

Мне были знакомы её силуэт и жесты, и в особенности её расстроенный вид.

Я стал идти быстрее, желая поскорее рассмотреть поближе её лицо, но не успел. Она выбежала на улицу, вытирая по дороге свои слёзы.

Я смотрел ей вслед, не отрывая взгляда, и не мог понять, почему мне знакома её персона. Я не мог понять, почему мне так хочется побежать вслед за ней, догнать её и сказать "Не плачь!"?!

Спустя минутные порывы жалости и сочувствия, я почувствовал сильное раздражение на самого себя. Я понял, что не хочу новых вопросов. Никаких. А тем более вопросов касательно женского пола. Я отбросил в сторону все свои порывы и проследил уже равнодушным взглядом за плачущей женщиной в жёлтом комбинезоне. Она вбежала в припаркованный автобус, который скрылся за следующим же поворотом, а я постарался успокоить все свои спонтанные чувства, списав их на градус алкоголя в крепком пиве.

– Фаррух, что случилось? – спросил я, пыхтевшего от злости индийца.

– Да так, издержки работы. Бывают же такие ненормальные!

– Так, что именно произошло? – шёл я рядом с ворчащим Фаррухом.

– Я ждал её сегодня на собеседование. Но эта особа, нет в голове не укладывается, эта особа опоздала на час!!! Час!

– Ну, она, наверное, как-то это объяснила?

– Нет! Я не позволил этого сделать, я слушать её не стал! Ещё чего?! Такую несерьёзность я не терплю! А ещё американка!

– А на кого она хотела устроиться?

– Певицей. На один месяц, пока Джоузи будет в отпуске. Но это уже неважно. Я всё равно не допущу её к работе.

– Да? – задумчиво спросил я скорее себя, чем Фарруха. – Она приезжая?

– Да, с США. – язвительно произнёс последнее слово индиец.

– И чем тебе так Штаты насолили? – смеясь спросил я. – Тоже опоздали?

– Нет, они не приняли Фарруха.

– Ясно. – сказал я и оставил его бубнить у кабинета.

Фаррух живёт уже более двадцати лет в Канаде. Разговаривает он на английском почти без акцента, я бы сказал, что почти как носитель. Но исключением является ситуации, когда он взбешён или сильно нервничает, как сейчас. В такие моменты, в моменты летящих в стороны от гнева слюней, у него через слово проскальзывает индийская манера произношения. Внешне Фаррух выглядит очень колоритно. И одежда здесь вовсе непричём. Будучи толстым пятидесятилетним мужчиной, с тёмно-шоколадной кожей, ярко выраженными пышными усами и не менее пышной причёской, он производит порой впечатление злодея из индийских фильмов. Трудно сдержать улыбку, видя его недовольным, к тому же с проскальзывающим акцентом. Как человек, он нормальный, но жадный к деньгам. Он часто говорит, "Время – деньги", а учитывая его любовь к доллару, считает настоящим грабежём, когда кто-то опаздывает к нему на встречу. Но ему стоит отдать должное, он добился своего и владеет теперь лучшим баром Ричмонда, вложив в него немало сил и труда.

С Джерри мы расстались в два часа ночи. Он хорошенько напился, я бы сказал, за двоих. Естественно домой довести его пришлось мне. Думаю, что он не вспомнит с утра, как чуть было не женился на сорокалетней женщине. Она кстати была с ним на одной волне. Такая же пьяная и такая же свободная от семейных уз, решив за ночь остепениться. В общем, помимо приключений с ним, мне пришлось справляться в одиночку с соблазнами непонятливой Джоузи.

Кое-как добравшись до кровати, я посмотрел на время. Цифры электронного будильника показывали четыре утра. Мне очень хотелось спать, поэтому как только я закрыл глаза, а "пьяная от мыслей" голова оказалась на подушке, мой мозг стал быстро отключаться от реальности. Но перед полным отрешением от мира, я почему-то опять вспомнил ту женщину из бара. Меня до сих пор не покидало ощущение, что я видел её раньше…