Чтение онлайн

Я откинулась на спинку стула, глядя, как закатное солнце заливает золотом наш двор, где Кир и Аленка, наконец-то помирившись с пчелами, строили из палок невероятный замок для лягушек. Лис подошел сзади, обнял меня, положив свои большие теплые ладони поверх моей руки на животе.

— О чем думаешь? — тихо спросил, касаясь губами моей шеи.

— О том, что рецепт счастья мой отец оставил мне не в книгах, — прошептала, закрывая глаза. — Он здесь. В запахе мяты и свежего хлеба. В звуке твоего смеха. В тепле этого дома. Нужно просто найти свое дело, своих людей и свою любовь. А все остальное… все остальное обязательно приложится. Даже пчелы.

Он рассмеялся, и его смех слился с вечерним звоном колокольчика, созывающим всех к ужину. Мы были дома. Мы были семьей. И это было не просто счастливое завершение истории. Это было ее самое сладкое, душистое и бесконечно прекрасное начало.

— Простите, миледи, — к нам подошел Гораций.

Его походка была по-прежнему церемонной, но лицо, изборожденное морщинами, светилось безмятежным спокойствием. В руках он держал пожелтевший конверт.

— Миледи, милорд, — произнес с легким поклоном. — Простите за беспокойство. При разборе старого архива в восточной башне я нашел это. Оно было замуровано в нише за панелью. Адресовано вам.

Он протянул мне конверт. Бумага была хрупкой, а чернила чуть выцвели. Я с трепетом развернула его. Это было письмо от моей матери. Той самой нежной женщины, чей образ почти стерся в моей памяти.

«Моя дорогая, ненаглядная Маттэя, — гласило письмо, и ее ласковый, певучий почерк, казалось, звучал у меня в голове. — Если ты читаешь это, значит, ты уже выросла и столкнулась с трудностями, которые жизнь так щедро раздает нам всем. Я пишу это, чувствуя, что мое время уходит, и хочу оставить тебе самый главный свой урок…»

Я читала, и по щекам моим текли слезы, но они были светлыми, как утренняя роса.

«…и помни, дитя мое, наше настоящее богатство не в золоте, не в титулах и не в стенах замков. Оно — в силе духа, что позволяет подняться после любого падения. И в верности своему сердцу, которое всегда подскажет верную дорогу. Храни его. Береги тех, кого оно избрало. И тогда ты будешь по-настоящему богата, что бы ни случилось…»

Я опустила письмо и посмотрела на Лиса. Он смотрел на меня, его темные глаза были полны понимания и безграничной любви. Потом мой взгляд скользнул за дверь, где Кир и Аленка, затаив дыхание, пытались подкрасться к Бестии, чтобы прицепить ей на хвост бантик. На Горация, который с умилением наблюдал за ними. На сияющие стены нашего дома.

Мама была права. Я была невероятно богата. У меня была сила духа, чтобы возродить все это из руин. И верность сердцу, которое привело меня к этому удивительному, сложному, прекрасному мужчине, к этим детям, к этому дому.

— Что там? — тихо спросил Лис, его пальцы нежно сомкнулись на моих.

— Рецепт счастья, — улыбнулась я ему сквозь слезы. — Проверенный и одобренный.

И я знала, что все сделала правильно. Каждое решение, каждая слеза, каждая трудность — все это привело меня сюда.

К моему настоящему богатству.

К моей жизни.

К моей любви.

Отчет Верховной Главнокомандующей о сохранении очага, порядка и собственного спокойствия в условиях нашествия двуногих котят

Мяу. Точка. С этого следовало бы начать и этим же закончить, ибо все, что происходит в этих стенах, настолько очевидно и предсказуемо, что не требует лишних комментариев.

Но поскольку вы, двуногие, отличаетесь излишней любознательностью и хроническим непониманием сути вещей, мне придется взять на себя труд все разъяснить. Итак, слушайте и впитывайте мудрость, усыпанную шерстью.

Пять зим назад в моей размеренной жизни наступил Перелом. Я, Бестия, Хранительница Очага и Главный Дегустатор Всего Съестного, заметила первые тревожные звоночки. Моя Большая Теплая Самка, та, что пахнет мятой и лаской, стала странной. Чаще задумывалась, меньше двигалась, а ее живот, идеально приспособленный для моей дремоты, начал менять форму. Я выразила протест легким укусом за мизинец, но меня лишь потрепали за ухом и назвали «ревнивицей». Унизительно.

Потом появился Первый. Маленький, красный, громкий комочек. Они назвали его Лео. С точки зрения тактики — полный провал. Он постоянно спал и пахнал молоком. Скучно. Я проигнорировала его. Затем, через какой-то смехотворно короткий по кошачьим меркам срок, появилась Вторая. Алиса. Та же модель, другой цвет упаковки. Я вознамерилась сохранять нейтралитет.

Но двуногие в своем безрассудстве не остановились. Год спустя — Третий. Марк. Еще через год — Четвертый. Ирина. Четыре. ЧЕТЫРЕ источника хаоса, криков и вечно разбросанных игрушек, на которые так и тянет наступить в темноте лапой.

Моя некогда империя покоя и порядка рухнула. Мои владения стремительно сокращались. Мой любимый подоконник в солнечном пятне теперь приходилось делить с двумя младенцами, укутанными в пеленки. Мою корзинку у камина постоянно занимал кто-то из этих мелких, издавая во сне странные булькающие звуки. Попытка устроиться на ночь между Большой Теплой Самкой и Высоким Теплым Самцом (который, к слову, в темноте приобретал весьма удобную для массажа когтями текстуру) теперь натыкалась на баррикаду из мягких тел.

Я пыталась установить правила. Легкое предупреждающее шипение. Игнорировали. Шлепок лапой без когтей. Хохотали и тянулись потрогать мои прекрасные, шелковистые усы. Я была в отчаянии. Мое достоинство было попрано!

Но я — Бестия! Даже дракон, мерзкий Джардар де Рагдар меня боялся и обходил стороной!

После тщательнейших размышлений тактика была изменена. Если ты не можешь победить хаос, возглавь его. Я начала проводить рекогносцировку. Лежала посреди комнаты и наблюдала. И вот что я выяснила.

Эти маленькие двуногие не лишены определенной пользы.

Они — источник падающей еды. Печенье, кусочки сыра, фрукты. Стоит им сесть за стол, как вокруг начинается дождь из съестного. Дело за малым — занять стратегическую позицию под стульями и проявлять бдительность. Это не попрошайничество. Это сбор дани от двуногих рабов!

Они отменно греют. После активных игр эти котятки падают без сил и засыпают, где попало. Мягкие, теплые, дышащие. Греться об них — высшее благо. Особенно зимой. Я разрешаю им побыть моими грелками, но всегда довожу до их сведения — что это честь!

Их можно дрессировать. Я разработала систему. Смотрю пристально на дверь — хотят выйти. Смотрю на холодильник — хотят есть. Трусь об ноги и мурлыкаю на повышенной громкости — требуют ласки.

Они еще несовершенны, но прогресс налицо. Старший, Лео, уже научился открывать дверцу шкафа с моим кормом после третьего настойчивого взгляда.

Высокий Теплый Самец, тот, что пахнет лесом и силой, сначала относился к потомству с трогательной, но смешной осторожностью, словно боялся раздавить их одним пальцем. Но демоническая кровь, видимо, хороший фундамент для отцовства. Теперь он запросто таскает на плечах сразу двоих, а двумя другими ловко жонглирует…