Чтение онлайн

«А вы куда смотрели? – злорадно подумала Ольга Павловна Асташевская. – Тоже мне, служба безопасности…»

Она прекрасно слышала весь разговор – дверь тонкая, а слух, слава богу, пока у нее отменный. Никто ей не мешал – с репетиции все сразу пошли к кабинету главного на читку новой пьесы.

У толстого Тоши сегодня выдался на редкость неудачный день. Руки, прищемленные ящиком, болели, бок он отбил, падая на пол в холле театра, да еще вредная уборщица пнула его в зад ногой. После всего пережитого Тоше срочно понадобилось в туалет, а попробуй найди его в этом лабиринте!

Так что никто не мешал Ольге Павловне подслушивать у двери.

– Но это не я… – испуганно бормотала Ольга Стрелкова. – Я понятия не имею, кто мог назваться моим именем…

– А если подумать? – проскрипел страшный тип. – Если очень хорошо подумать? Такая, знаете, с хорошей фигурой, очень стройная, артистичная, голос приятный… Ольга Николаевна…

– Николаевна? – встрепенулась Ольга. – Я ее знаю, она и правда работала в нашем театре некоторое время. Но ее уволили за профнепригодность, она была совершенно непрофессиональна. Простые вещи сыграть не могла!

– Имя! – проскрипел шеф. – Имя и адрес!

– Чижова, Ольга Чижова! – заторопилась Ольга. – Адреса я не знаю, вот, кажется, где-то был ее мобильный… если я не стерла из памяти.

Брюнет выхватил у нее из рук мобильный телефон и нашел список контактов.

– На «Ч» нету, – сообщил он, – и на «О» тоже…

– Смотрите на «К», – сказала Ольга. – Кикимора.

– Кочерыжка, Каракатица… ага, вот Кикимора…

– Ну что ж, Ольга… Алексеевна, – проскрипел шеф, – я вас попрошу никому не рассказывать о нашем разговоре. Я очень на это надеюсь. Это в ваших же интересах.

– Я… да-да, конечно, – забормотала Ольга ему в спину.

Асташевская, вспомнив, как когда-то давно играла в детском театре Золушку, скакнула за угол так быстро, как будто карета уже превратилась в тыкву и мыши разбежались в разные стороны. Мышей Золушка не боится, объяснял тогда режиссер, она боится, что принц увидит ее такой замарашкой, а это, согласитесь, гораздо серьезнее.

Когда в коридоре затихли шаги тех двоих, старая актриса без стука распахнула дверь в гримерку.

– Ты что это устроила? – закричала она. – Ты зачем навела этих бандитов на неповинного человека?

– А вам какое дело? – огрызнулась Стрелкова. После ухода страшного типа в темных очках она быстро пришла в себя. – Что вы шляетесь по театру и подслушиваете у дверей? Больше заняться нечем?

Ольга Павловна прожила долгую жизнь, причем большую ее часть она провела в театре. И была там как рыба в воде, то есть прекрасно знала, что в театре процветают интриги, зависть и откровенная ненависть к более удачливой сопернице. И обычным человеческим хамством ее было не взять, она в свое время и не такое слыхала.

– Ты что, и правда думаешь, что Ольга Чижова стала воровкой? Она, с ее умом и талантом, опустилась до того, что таскает бумажники из карманов подвыпивших клиентов?

– Идите вы лесом! – заорала Ольга, окончательно съехав с тормозов.

Все же в театре никто не решался разговаривать с Асташевской в таком хамском тоне – главный ее по старой памяти уважал и при встрече даже целовал руку.

– И даже ты с твоим отсутствием чувства фальши должна была сразу понять, что эти люди откровенно врали! – продолжала Асташевская, и не думая никуда уходить. – И не из службы безопасности они, это же человек должен окончательно умом рехнуться, чтобы таких бандитов нанять для охраны! Или он сам бандит. И зачем-то им Оля Чижова нужна, они ее похитят или еще что плохое сделают. И ты им ее сдала за просто так! Господи, до чего людей зависть доводит… Ведь она уже в театре давно не работает, а ты все успокоиться не можешь…

– Слушайте, шли бы вы из моей гримерки! – Ольга пошла красными пятнами. – Или я уйду, меня давно уже у главного ждут!

– Никуда ты не пойдешь! – Асташевская встала у двери.

Она всегда была женщиной высокой и статной, со временем осанка еще осталась, но вес заметно прибавился. Ох, до чего же мешает жить старость…

– Дай мне ее номер, – сказала Ольга Павловна, – я хоть ее предупрежу, чтобы была осторожнее.

– И не подумаю! – злорадно ответила Стрелкова. – Наплевать мне на нее!

– Было бы наплевать, ты бы им ничего не сказала! – закричала Асташевская. – Отпиралась бы, кричала, я бы людей позвала – что бы они тебе сделали? Нет, ты ей до сих пор простить не можешь, что она Виолу из «Двенадцатой ночи» играла восхитительно, а ты в мужском костюме ходишь, как будто на шпильках, – частишь и задницей виляешь! А вот Оленька настоящим мальчишкой на сцене была! И в «Дяде Ване» Елена Андреевна у тебя говорит не как благородная дама, а как торговка рыбой! Ничего с голосом сделать не можешь!

– Ах ты, старая ведьма! – Стрелкова ринулась на Асташевскую, но в это время в гримерку заглянул Олег Медовуха.

– А что это вы тут делаете? – удивился он, увидев Ольгу – всклокоченную, с малиновыми пятнами на щеках, и Асташевскую, всю во власти праведного гнева.

Надо же, бабусе лет незнамо сколько, сама небось со счета сбилась, а глаза как сверкают и голос такой звучный, прямо бархатный! Живая иллюстрация к амплуа благородной старухи!

Стрелкова в бешенстве оттолкнула их обоих и пронеслась мимо, как фурия.

– Пойдемте, Ольга Павловна, я вас провожу! – Олег галантно подал старой актрисе руку.

– Подождите! – Она бросилась к столу, пошарила там. – Ах, эта зараза, конечно, унесла мобильник с собой. Что же делать, что делать… – бормотала она. – Голубчик, вы не подскажете, у кого я могу узнать телефон Ольги Чижовой?

– Я с ней не столкнулся, пришел в театр позже, но у Ксанки, у Оксаны Кочетковой, наверняка есть все телефоны.

– А, это такая шустрая… все время бегает…

– Ну да, все сплетни собирает, все про всех знает! – рассмеялся Олег. – Пойдемте, она у главного сейчас, на читке.

Они опоздали, потому что Асташевская еще поправляла прическу и красила губы – а как же иначе.

– Уж извините, – улыбнулась Ольга Павловна в ответ на грозный взгляд главного. – Не ругайте Олежека, он меня, старуху, провожал, пока дошли…

Во взгляде главного мелькнуло легкое подозрение – он-то прекрасно знал, что Асташевская в хорошей форме, недавно с ней беседовал вот тут в кабинете и по лестнице поднимался, так он на третьем этаже спекся, а она даже не запыхалась. Ох, надо бросать курить…