Чтение онлайн

— Ты решил, что это футбол, и хочешь немедленно отобрать мяч, — продолжил я. — Но обычные способы тут не подходят. Потому что ты маленький, а я большой.

— Ну вот.

— Что «ну вот»?.. Подумай, как можно его отнять.

— Не знаю, — пожал он плечами. — Если только бегать за тобой, пока тебе не надоест.

— Совершенно верно, — улыбнулся я. — А надоест мне, как ты понимаешь, минут через десять, не больше. Все! Пятнадцать минут — и задача, которая только что казалась тебе небывало сложной, становится выполненной.

Сережка расцвел.

— Эх, ты! — добавил я. — Тоже мне трудность нашел. «Нечестно», «не буду», «не могу»… В жизни есть вещи и потяжелей, чем отобрать мячик у старшего брата.

— Какие? — неожиданно серьезно спросил Сережка.

— Ну… — растерялся я. — Например, когда стихийное бедствие какое-нибудь налетает — ураган или цунами. Или там экзамен очень важный, а ты понимаешь, что совсем не готов.

— А, понятно, — удовлетворился ответом мой братишка.

«Когда твоя любовь детства делает второй аборт, продолжая гулять с подонками, — подумал я, — когда хороший друг подсел на иглу, бросил институт и начал воровать у собственных родителей; когда мать с тремя детьми теснится в маленькой комнатушке в коммуналке, когда домой возвращается ее в стельку пьяный муж и бьет ей морду, и дети это видят, а всякие уроды в правительстве продолжают „плевать“ в лицо, выдавая подачки, на которые и батон колбасы не купишь… Когда пенсионеру инвалиду выписывают лекарство за пятьсот баксов, когда… Вот тогда действительно сложно. Но тебе, Сережка, все это знать еще слишком рано…»

Отобрал он этот злосчастный мячик. Причем, естественно, на прогнозируемые пятнадцать минут меня не хватило. Тут же я выдохся и якобы случайно споткнулся. Сережка был на седьмом небе от счастья.

— Ну что, молодец, — похвалил я его, отдышавшись. — Вставай теперь на ворота. Побью тебе чуток.

— Только не очень сильно, — засеменил мой братишка на вратарскую позицию.

— Кстати, знаешь, как отличить по-настоящему сильный удар от обычного? — решил немного поиздеваться я.

— Как?

— Если мяч после удара попадает в стенку за воротами, отскакивает назад, попадает вратарю в затылок, влетает от него в ворота, а горе-голкипер даже не понимает, что случилось, — тогда удар сильный. Остальное — слабые удары. — Я зловеще захихикал.

Замерший на ленточке с широко расставленными ногами Сережка сглотнул.

Но я пошутил. Я никогда не бил ему сильно, ведь это нечестно.

«…Когда в концлагере у ждущего очереди в крематорий парнишки не сдерживают нервы, он с криком бежит прочь, и его начинают рвать собаки — это нечестно! Когда пьяный водитель слетает на обочину со скоростью сто пятьдесят километров в час и сбивает молодую женщину; когда из-за того, что мать пила и курила во время беременности, рождается душевно больной ребенок — это нечестно! Нечестно, когда костьми сорока миллионов человек вымощена вся наша Сибирь, а усатый маньяк даже после смерти уносил за собой жизни мальчишек, которых расплющенными, словно блины, доставали из толпы на его похоронах. Когда в соседней стране половину населения перерезали лопатами, лишь только потому, что они умели думать. Вот когда нечестно, братишка!»

Когда тебя, мой Сережка, убили волки в человеческом обличье. Это — нечестно!!!

Не было никаких черных обрядов, тайных посвящений, жертвоприношений и даже молитв. Мне не надо было приносить выводок черных котят, клясться кровью или вешать на шею перевернутый крест.

— Ты добровольно дал согласие, — сказала мне старуха, — этого вполне достаточно. Я передам Ему, и Он согласится… Он всегда соглашается. Наши души — слишком ценный товар.

— И что мне теперь делать? — недоверчиво спросил я.

— Просто хорошенько представь себе того, чьи мысли ты хочешь угадать, — и окажешься там, — ответила она.

Что значило это ее «окажешься там»?..

Почему-то сейчас, когда я вернулся домой и сидел в своей комнате, уставившись в одну точку, старая карга казалось мне обычной шарлатанкой. И все же попробовать стоило…

Я закрыл глаза и перед мысленным взором сразу же нарисовалась ненавистная рожа Дани. Я был почти на сто процентов уверен, что в смерти моего брата виноват именно он. Хотелось только выяснить, кто именно привел «приговор» в исполнение. Кому именно я буду мстить так жестоко, как только может мстить человек, у которого вырвали самый дорогой клочок души!

Я очень четко представил его физиономию, повертел ее в нескольких ракурсах, вспомнил в детстве — ничего. Еще раз, а потом еще… Снова ничего. А на что я, собственно, рассчитывал? Что загробный голос из-под земли сразу же покорно назовет мне виновного?.. Бред!

Я мысленно обругал спятившую старуху, Дена, всех сатанистов мира, а заодно и себя самого, и открыл глаза…

Вокруг царила тьма… Это было настолько неожиданным, что я чуть не вскрикнул. Кожа мгновенно ощетинилась мурашками. По спине пробежал неприятный, колкий холодок.

Еще десять секунд назад на улице был ясный день, и солнечные лучи играли переливающимися, запутавшимися в тюле зайчиками. Так может, я ослеп?.. Эта мысль настолько испугала меня, что я боялся не то что шевелиться, а даже дышать.

Наконец, мои выпученные от ужаса, постоянно моргающие глаза немного освоились в темноте, и я начал различать какой-то едва заметный, совсем тусклый свет, идущий от стены напротив. Стены? Где я?!

Это была точно не моя квартира. Присмотревшись получше, я понял, что нахожусь в небольшой квадратной комнате без окон — полностью пустой и с двумя дверьми на противоположных стенках. Что это? Куда я попал?.. Может быть, я умер? Может, это ад?.. Я всегда представлял себе ад огненной пустыней — этакой эпической картинкой с чертями, бьющей раскаленными ключами магмой и стонами мириадов грешников. А вдруг он вот такой — пустынный и безлюдный? Просто тьма и вечность…

Все это пронеслось в моей голове за какую-то секунду. Бывает так: ты уже понимаешь, что не прав, а мысли все продолжают мчаться и мчаться — тянуть твое сознание в ложную, пугающую сторону… Причем тут ад?

Я вдруг отчетливо услышал, как колотится мое сердце, и только сейчас понял, насколько вокруг было тихо. Даже ночью, даже под землей, на самых запредельных глубинах, не бывает такой тишины.

Я, наконец, нашел в себе силы и сделал аккуратный шаг вперед. Мое обмякшее от ужаса тело хоть и нехотя, но подчинилось. Я медленно вытер рукавом выступивший на лбу пот… Нет, на смерть это совсем не походило. Я куда-то попал. Но как и куда?.. А может, это глюки? Сон?.. Нет, все было слишком реальным — я ощущал каждую клеточку своего тела.

— Напрасно паникуешь, — неожиданно раздался сзади чей-то хриплый голос, — все так, как должно быть.

Я резко обернулся. Из темноты на меня смотрели два ненормально больших желтых глаза с узкими вертикальными, как у кошки, зрачками, но в то же время совсем по-человечьи разумными.

— Кто ты? — не своим голосом спросил я.

— Уверен, что хочешь видеть мое лицо? — усмехнулось существо. — А ты совсем не трус.

И мой таинственный собеседник зажег небольшой огонек, осветивший комнату подрагивающим оранжевым светом.

Непроглядный ужас снова сковал мой разум. Я, конечно, догадывался, что это будет не человек, но чтоб настолько кошмарная тварь!

Существо было совсем маленького роста — буквально мне по пояс, но с гигантской головой и ненормально длинными, острыми пальцами. Все тело — в мелкой черной шерстке. Уши совсем как у летучей мыши — острые, гигантские, постоянно шевелятся. Нос сильно приплюснутый, будто бы сломан в нескольких местах. И пасть… она с трудом на морде помещалась! Только рогов и копыт для полного набора и не хватало!